Восхождение лорда Темпера (СИ)
— Да, конечно. — Немного заторможено, видно задумавшись над моими словами, ответила Мать дракона, взяв со стоящего рядом стола еще один лист с донесениями. — Брат наконец закончил свои дела в Азабаде и уже плывет в домой. Через пару месяцев уже будет дома.
— Что же молодому господину понадобилось в Азабаде? — Поинтересовался я, вспоминая свой визит в этот город много лет назад. Простой перевалочный город между Инем и Квартом, где часто останавливались караваны из Баязабада. Интересное сочетание культуры Золотой империи и давно павшей Вотчины Гиркуна. Но ничего интересного, что могло привлечь одного из богатейших торговцев Вестероса там нет. Что там мог забыть наследник семьи Темперов, особенно в такое смутное время мне оставалось только гадать.
— Я сама точно не знаю. — Задумчиво помассировав подбородок, ответила миледи. — Но отец упоминал об оружии. Оружии способном при правильном использовании сжечь до тла целый город.
— Не слышал, чтобы нечто такое было в Золотой империи. — Заметил я, вспоминая все что знал об И-Ти.
— Я тоже, но у отца много друзей по всему миру и он наверняка смог достать нечто такое, о чем простые люди не знают. — Сказала миледи, положив на свой стол письмо и взяв другое, но не из бумаги, а из дерева, на котором были легко узнаваемы символы из валирийского, гискарского и итийских языков. — Но есть новость гораздо важнее. Пришло письмо от Великого старейшины наших змееподобных друзей. Они приглашают нас на праздник через три дня. Я в раздумьях — идти или не идти вопрос глупый. Сколько людей нужно взять туда и какие дары подготовить. Мастер Марвин вы лучше всего смогли разобраться в их языке и традициях.
— Он упоминали название праздника? — Поинтересовался я.
— Тха... Тхакер-пса-джалат. — С запинкой прочитала госпожа, поднеся деревянную табличку почти вплотную к глазам.
— День тихих лесов… — С трудом вспомнив название одного из важнейших праздников аборигенов. По рассказам нескольких старейшин, с которыми мне доводилось иметь беседы, когда посещал их деревни, за несколько недель до этого дня у пятнистых людей начинаются целая череда праздников и фестивалей, со всеми присущими им атрибутами. Жертвоприношениями, некрофилией, каннибализмом и многими другими подобными вещами. И пользуясь такой возможностью змеелюди, большую часть года скрывающиеся в своих скрытых селениях, собираются вместе и проводят большое собрание, служащее одновременно ярмаркой, местом заключения браков, союзов и много другого. Об этом я и рассказал леди Фиоре.
— Значит, возьмем побольше товаров и пару «ценных» даров. Что на счет людей? — В очередной раз спросила у меня госпожа.
— На празднике соберется большая часть их народа. Если верить словам их старейших, то там соберется порядка двух-трех тысяч человек. Думая полторы сотни воинов хватит.
— Хорошо. — Кивнула Фиора, подойдя к одному из шкафов и достав стопку свежих неисписанных листов. — Выступаем следующим утром. Мейстер Марвин, предупредите, пожалуйста, сотников Робба и Льина.
— Слушаюсь, миледи. — Легко поклонился я, накинув на голову капюшон и выйдя из ее покоев, отправившись в сторону казарм, находящихся всего в минуте пути от жилья миледи. Все ради безопасности — если в крепость проникнет враг, то главной задачей воинов будет защита хозяйки дракона, а уже потом остальных.
Робб и Льин Сэнд были бастардами из дома Вилей, которых старый лорд Виль не желал видеть и выгнал еще мелкими детьми из дома. Еле-еле они смогли добраться до ближайшего замка, где бы их не вздернули как дорнийских отродий (Штормовые земли) или продали в рабство в ближайший детский бордель (весь остальной Дорн), и попали в лагерь, где лорд Феликс готовил себе будущих солдат.
Хорошая родословная, неплохой ум и невероятная преданность тому, кто спас их от голодной смерти, сделали их идеальными кандидатами для отправки в тайный поход и охраны тайной Таргариен.
Два высоких поджарых дорнийца, не расстававшихся со своими мечами, несмотря на то что один был лучником, а другой копейщиком, спокойно выслушали мою просьбу и быстро принялись за организацию двухдневного перехода, в который нужно было взять как минимум несколько загруженных телег и две сотни охраны. В крепости, по их словам, останется сотня мечников и пять десятков гвардейцев, прибывших вместе с миледи из Осгилиата. Причина была проста — в сырых и кишащих всякой гадостью варгам, которые были жителями холодного севера, было очень не уютно. А без своих напарников мечники не могли никуда уйти. Единственная причина почему их не отправили обратно, был феноменальный нюх псов. Те прекрасно чувствовали чужеродные запахи и заранее предупреждали о приближении к крепости какой-нибудь опасной и скрытной твари.
«Например, Ночных фурий» — Невольно содрогнувшись, подумал я, направляясь в свои покои, планируя продолжить свои исследования крови виверн. Та крылатая черная тварь, чтобы убить которую пришлось использовать почти все настенные скорпионы, до сих пор вселяла страх в простых людей, прекрасно видевших ее, когда она смогла своим телом пробить деревянную стену и разрушить несколько складов.
Люди у Темперов всегда были вымуштрованы выше всяких похвал. Конечно, всегда находились лентяи и жулики, стремившиеся получить все не делая ничего, но на Соториос отправлялись отобранные с особым вниманием работяги и воины, которые даже после ужасов первых месяцев продолжали делать свою работу. Так что на следующий день из ворот Пелагира выступил отряд в двести с лишним человек, в сопровождении прибывших рано утром проводников, направился в самую большую деревню змееподобного народа.
— Эх, хорошо. Теперь я понимаю валирийцев и их гордость за свои дороги. — Довольно улыбаясь, сказал один из лучников, рядом с которым, на козлах, сидел я.
— Парень, валирийцы и вправду строили хорошие дороги, но на Соториосе их в помине не было. — Заметил я, в очередной раз пооражаясь знаниям, которые обладали воины лорда Феликса. Как я слышал в самом обучающем лагере кроме умения дубасить железом других людей обучали письму, счету, валирийскому языку и простейшей истории. На мой вопрос на кое пекло он это делает, милорд лишь улыбнулся и сказал что от воина для хорошего воина умение думать и богатый кругозор полезен, особенно когда он кажется в полнейшей заднице.
— Да? — Удивленно посмотрел на меня солдат, сразу вернув взгляд на дорогу. — Давно не повторял истории Валирии. Но согласитесь, мейстер, дракончик нашей леди настоящее благословление в этих лесах.
«Здесь он прав» — Подумал я, посмотрев в начало колонны, где на открытой повозке, рядом с одетой в защитный плащ хозяйкой сидел сильно выросший и окрепший дракон.
Огнедышащие владыки небес всегда были главной целью людей, решивших посвятить свою жизнь магии. И многие работы, посвященные им были об их росте, взрослении и силе. Дракон растет всю жизнь. Это неоспоримый факт, часто указываемый в дневниках почти всех Таргариенов, живших до Танца Драконов, и это знают все, даже самые ленивые и глупые школяры. Но немногим известно что самый буйный период роста у драконов происходит в первые три года взросления. Именно это время определяет будущий потенциал повелителя небес и то насколько сильным будет его пламя.
Ведь Балерион Черный Ужас, дракон Эйгона Завоевателя, считался сильнейшим даже во времена существования Валирии. Как писал мейстер Эйрион, близкий друг и троюродный брат Таргариена, что Балерион изначально выращивался как дракон высочайшего класса, специально для главы семьи Таргариенов.
Тут нужно сделать небольшое отступление. Сам Валирийский фригольд или Валирийская республика, как ее называли другие народы, контролировалась сорок одним могущественным семейством, которые, несмотря на право каждого из свободных граждан участвовать в жизни страны, правили государством. При этом Таргариены, если верить некоторым квартийским книгам в библиотеке лорда, занимали не самую высокую позицию, едва держась в третьем десятке по богатству и силе.