Восхождение лорда Темпера (СИ)

— Прошу прощения, миледи, за проявленную слабость. — Слегка поклонившись, извинился он, введя меня в легкий ступор. — До меня доходили слухи о вас. И в большинстве своем они рассказывали о маленькой безвольной девочке, подчиняющейся сначала своему брату, а после его смерти — мужу, не способной и слова сказать против. Но сейчас я вижу, что все это было ложью и за это прошу прощения.
«На самом деле раньше так и было» — Мелькнула у меня шальная мысль, пока я, взяв себя в руки, ответила:
— Я прощаю вас, сир Темпер. Ведь сама прекрасно знаю насколько могут быть ложны разные слухи и домыслы. Но теперь ответьте, почему вы так бесцеремонно остановили и почти захватили штурмом мои корабли?
— Я не рыцарь, миледи, но еще раз прошу у вас прощения. — Еще раз извинился он, приложив руку к сердцу. — Но когда я в свою мирийскую трубу увидел воплощенную в плоть и кровь магию, — показал он в сторону все еще настороженно косящихся в его сторону Дрогона, Визериона и Рейгаля, — то не смог отказать себе в желании посмотреть поближе на них, — повернулся он ко мне, — и их матерь. Миледи, я приглашаю вас и ваших спутников, старого друга моей семьи сира Джораха Мормонта и величайшего рыцаря Семи Королевств сира Барристана Селми, отобедать со мной в моей каюте.
— Что?! — Одновременно выкрикнули мы с Джорахом, в шоке посмотрев на вообще не удивленного Арстана, который лишь смущенно поглаживающего свою длинную бороду. Этот старый оруженосец, которому на вид лет пятьдесят и постоянно ходящий с палкой, один из легендарных рыцарей Семи Королевств, песни и баллады о которые даже в Эссосе знают и помнят?! Как это возможно?
— Так это был секрет. Мои извинения, сир Барристан. Что-то часто мне сегодня приходится это делать. — Сказал Темпер, на которого бывший лорд-командующий Королевской Гвардии посмотрел без какой-либо злости, а с каким-то добрым родственным укором. Я такое видела, когда старые рабы в Пентосе смотрели на своих провинившихся внуков.
— Ничего страшного, юноша. Правда рано или поздно все равно бы вскрылась, так что причин для обиды у меня нет. — Ответил он дорнийцу, а после, повернувшись ко мне, встал на колено и сказал. — Мое настоящее имя Барристан Селми «Отважный».Бывший лорд-командующий Королевской Гвардии. Я служил в Королевской Гвардии вашему деду Джейхейрису II Мудрому, его сыну Эйрису II и его сыну Рейгару Серебряному. Теперь же позвольте служить вам, как истинной королеве Вестероса.
Меч, извлеченный из оказавшимся складными ножнами посоха, лег на обе руки и был протянут в мою сторону, дожидаясь того, чтобы я приняла его клятву.
«Сегодня слишком много событий». — Устало подумала я, пока в моей голове проносились сотни ругательств на валирийском, дотракийском и андальском языках.
В итоге мы приняли предложения Темпера. Хоть меня и предупреждали не идти на корабль тех, кто уже однажды предал мой дом, но особого выбора не было — дорнийцев было слишком много, чтобы мы могли с ними справится. Сира Барристана, который, по словам Джораха, служил Узурпатору, хотя клялся служить моей семье, я пока решила оставить рядом с собой, дав ему в шанс в будущем искупить свою вину. Человек, всю жизнь прожившего среди лордов Семи Королевств и покинувшего их лишь из-за желания одной женщины посадить своего любовника-брата повыше, был для меня очень полезен, не только как воин и советник, но и друг. По словам Селми он знал еще моего отца и деда, и был близким другом моего старшего брата Рейгара. Мне хотелось больше узнать о своей семье. О матери, отце, старшем брате, дедушке и бабушке.
— Хотите выпить, миледи? — Спросил меня Лайон, после небольшой трапезы, состоящей из свежих фруктов, жаренного мяса и овощей. Сейчас он снял верх своей брони и по-хозяйски развалившейся на многочисленных подушках, лежащих вдоль большого дубового стола, на маленьких ножках. Вся его каюта, обставленная в ройнарском стиле, изобиловала роскошью и различными диковинками, которые я даже в доме магистра Иллирио не видела. Например, огромный бивень, висевший на стене, явно принадлежал не слонам, которых мне доводилось видеть в Волантисе и Пентосе. — В моих трюмах есть все виды вин, начиная от знаменитого жидкого золота Арбора, заканчивая жидким огнем Севера, один глоток которого способен заставить порозоветь даже медведя.
 
— Ты разговариваешь с королевой, Темпер. — Сделал замечание ему сир Джорах, даже не думавший садится и продолжавший стоять за моей спиной, как и сир Барристан. Бельвас же себя этикетом не утруждал и спокойно сидел на предложенной ему большой подушке и с наслаждением потягивал вино из предложенного одним из слуг кубка. — Следи за своим языком.
— Не нужно сир Джорах. — Остановила его я, прекрасно понимая что ссорится с хозяином этого места было, по меньшей мере глупо. — Я хотела бы попробовать знаменитое в Эссосе персиковое огненное вино. Мой брат всегда выпивал его, прежде чем дать мне попробовать, а на рынках Ваэс Дотрака его попросту не было.
— Конечно, миледи. — Кивнул слугам Темпер, вышедшим на пару минут и вернувшимся с запечатанной бутылью, цвета чистейшего янтаря из-за находящегося в ней напитка. Даже Мормонт и Селми не отказались от предложенных им бокалов, ведь слава о винах Темперов гремела уже многие годы, и попробовать их удавалось не многим людям. Слишком трудно их было достать за пределами их домена.
— Очень вкусно. — Искренне ответила я, ощущая на языке приятный сладковатый вкус и насыщенный аромат спелых фруктов, заполняющих мои ноздри. Вместе с приятным теплом, заполняющим мое горло, грудь и живот это создавало ощущение, будто я вновь оказалась в Браавосе, в доме с красной дверью, в окружении доброго старшего брата и строгого, но доброго Виллема Дарри. Будто бы я вновь оказалась дома.
— Я рад, миледи, что смог вас удовлетворить. — Улыбнулся мягкой и какой-то саркастической (может мне показалось) улыбкой на мои слова дорниец.
— Почему вы называете меня «миледи»? — Поинтересовалась я, давно заметив этот странный момент. — Все, кто до этого со мной общался, называли меня либо королевой, признавая мои права на Железный трон, либо пытались меня убить, желая отобрать драконов и избавится от последней надежды Семи Королевств на возвращение настоящей династии. Вы же общаетесь со мной как с простой леди, а не королевой. В чем причина?
— Мой отец по-своему уникальный человек. С самого рождения он учил меня смотреть на деяния человека, а не череду его предков, среди которых иногда попадались достойные люди. Лорд может всю жизнь пировать в своем замке, обдирая своих крестьян до последней нитки, и умереть как славный представитель своего рода, чье имя будут учить его внуки и правнуки на уроках истории. Крестьянин же, с кличкой вместо имени, может быть добрейшим из людей, за свою жизнь собственным трудом и потом создав из маленького хутора процветающую деревню, кормящую сотни семей. Но его имя забудут. Уже следующее поколение будет славить лорда, при котором деревня процветала, а бедного трудягу просто забудут. Так что я сужу о людях на основе их поступков и деянияй, а не длинных родословных, большей частью имен, из которой можно смело подтереться. — Усмехнулся в ответ блондин, беря бокал из рук чернокожей служанки и делая небольшой глоток напитка. — Сейчас я разговариваю с Дейнерис Таргариен. Матерью Драконов. Кровью от крови древней Валирии, вдовой Великого кхала Дрого, которого она погубила своими руками. Но королевой андалов, ройнаров и Первых Людей, вы сейчас точно не являетесь.
— Да как вы смеете! — Выкрикнула я, разозлившись и стукнув по столу своим бокалом, расплескав часть вина по всей комнате.
— Смею. По праву близкого знакомства. — Усмехнулся в ответ Темпер, посмотрев на меня с легким налетом снисхождения, еще сильнее разозлив. А затем шокировав. Слегка повернув головой, он продемонстрировал маленький колокольчик, вплетенный в неприметную косичку за правым ухом. — Я был знаком с вашим мужем, кхалом Дрого. Мы встретились в Саате, когда его кхаласар возвращался из Омбера пять лет назад. Его отец знал моего отца, у них даже был ритуальный поединок, где кхал Бхарбо выиграл, поэтому он согласился обменять добытые драгоценные камни и золото в обмен на дорнийских коней и хорошую сталь. После этого раз в год мы встречались с ним в разных частях Эссоса и вели взаимовыгодную торговлю, приносящую нам обоим очень высокую прибыль. Именно я подарил ему его любимый аракх, который он постоянно носил с собой. Вы наверно помните его — с черной гравировкой коня, коричневой оплеткой и надписью на валирийском. «Сила кхала это величие всех его коней…