Восхождение лорда Темпера (СИ)

- Дайте угадаю – он даже основу судов не заложил? – Спросил я, прекрасно догадываясь, что будет, если идиоту доверить такую работу как строительство флота.
- Нет. Корабли он построил. – Усмехнулся Лайл, вылив в себя очередной кубок эля – вино он не любил и не признавал, считая напитком женщин и неженок. – Десять кораблей с тремя сотнями весел, двадцать с двумя сотнями и пятнадцать с сотней. Величественных, украшенных львами и позолотой, с бордовыми парусами, хищными скорпионами и, как он хвастался перед всеми, новинкой в кораблестроении – вращающимся требушетом, способным стрелять во все стороны. А какое торжество в честь этого организовали. Пригласили всех важных лордов, кроме оказавшихся в немилости у Ланнистеров, как Леффорды и Колды. “У Запада снова есть флот! Теперь ублюдки с Железных островов не посмеют даже смотреть на наши берега!” говорил этот хряк. Все было хорошо, пока суда не спустили на воду и они мгновенно не ушли на дно. – В порыве чувств взревел Дикий Вепрь, ударив кубком по столу и оставив отчетливую вмятину. – Этот кусок сала для корпусов использовал дорогой золотой дуб, к тому же моренный. Суда получились как из стали отлитыми. Так что теперь пятьдесят позолоченых гробов покоятся на дне гавани Ланниспорта, до сих пор мешая проходу крупных кораблей.
- Фь-ю-ю-ю… – Присвистнул я, в уме прикидывая как в этот момент себя чувствовал Тайвин Ланнистер. Хотя зачем, если можно спросить?
- И что случилось дальше?
- Лорд Тайвин внешне оставался спокойным, как и всегда, но если бы взглядом можно было сжигать заживо, то весь Ланниспорт вспыхнул бы словно спичка. – Сказал Адам, грустно улыбнувшись. Как мне докладывали, в юности он служил пажом в Утесе Кастерли и с тех пор дружен с Цареубийцей, поэтому такой фееричный промах дома своего друга ему был неприятен.– Сир Ригер тогда упал замертво на месте – не выдержало сердце. Позже было проведено расследование и оказалось что под его руководством из казны Утеса Кастерли, сверх потраченных сорока тысяч золотых, было украдено еще тридцать. Вой поднялся знатный. Но неприятности на этом не закончились – пока лорд Тайвин приходил в себя и затыкал самые болтливые рты, несколько особо “инициативных” решили наказать семью провинившегося.
На этом моменте Адам поморщился, будто вспомнив что-то не слишком хорошее.
- Родители Ригера, его дети и слуги были убиты, изнасилованы и сожжены в стенах своих домов. Зачастую именно в том порядке, котором я описал. – Да… чем в этот момент думали эти дураки мне не понятно. Ведь семья этого дурака была частью Ланнистеров, чистокровных Ланнистеров. Что с ними сделал Старый лев, за такое оскорбление семьи, мне даже представить страшно. – Выжила лишь жена сира Ригера, вовремя пробившаяся на аудиенцию к лорду Тайвину, и принесшая ему книги расходов.
- Именно она сказала кто и сколько забрал из сокровищницы львов. – Продолжил Лайл, даже не заметив, что перебил собеседника. Одна из фамильных черт Крейкхоллов – невероятная толстокожесть. – В список входили все “инициоди”… “инициапи”…“инициуке”… тьфу, те самые которые всю семью того дурака порешали. Лорд Тайвин был в ярости и чуть не устроил второй Кастамере. Все стихло лишь недавно, когда королева с детьми посещала Утес Кастерли. В итоге теперь львы не досчитаются тридцати двух Ланнистеров разных ветвей, и хрен его знает скольких Ланни, Ланнетов и Леннитов. А любое упоминание о кораблях вызывает у правящей ветви львиного дома лишь приступы холодного бешенства.
Все рассказанное я уже знал, но без особых подробностей. Все же обсуждать Тайвина Ланнистера и эпичные провалы его рода, пока львы сильны как никогда, будет только полный идиот. Из-за этого эти новости почти не выходили за пределы Запада, хотя при желании их мог узнать любой более-менее обеспеченный лорд.
- И как вы к этому относитесь? – Спросил я, прекрасно понимая, что несмотря на всю развязность и непочтение Лайла, передо мной сидели представители самых преданных Ланнистерам домов. А то, что они спокойно общались со мной, бывшим торгашом, и Эйрисом, лордом не слишком любимого львами дома, показывало их как незашоренных и умных людей, знающих, когда нужно показывать зубы. – Извините мое любопытство, мне но всегда было интересно – как поступят вассалы Утеса Кастерли, когда боги придут за Старым львом? Сир Джейме королевский гвардеец, Серсея королева и женщина, а Тирион… даже до меня доходили слухи, как лорд Тайвин относится к своему младшему сыну. К тому же он карлик и известный пьяница. Как бы он не был умен, люди за ним не пойдут. А зная лордов Кивана и Тигетта, они не пойдут на убийство племянника ради Утеса.
 
Воцарившееся молчание не продлилось долго. Не было никаких размышлений или сомнений. Адам и Лайл почти сразу дали свой ответ.
- Мы пойдем за Бесом. – Улыбнулся Крейкхолл, уполовинив полную кружку эля. – Как бы к нему не относился лорд Тайвин, но он один из лучших из ныне живущих Ланнистеров.
- Это верно. – Согласился с ним улыбнувшийся Адам, тоже пригубив вина. – Хоть Тирион и карлик, но он унаследовал от своего отца ум и расчетливость. Нам, его верным вассалам, большего и не нужно.
Их слова ненадолго ввели меня в ступор. За долгие годы жизни в Дорне я уже привык, что большинство лордов готовы вонзить тебе кинжал в спину, даже из-за самой нелепой причины, а тут… Подобную преданность можно встретить только на Севере, где большинство вассалов даже не задумываются о предательстве Старков. Хотя если вспомнить, что дом Ланнистеров по древности не уступает самим Королям Севера, то становится понятна преданность Марбрандов и Крейкхоллов – ими уже тысячелетия правят львы, и преданность сюзеренам уже въелась в эти дома на уровне воспитания.
За оставшийся вечер не было поднято никаких интересных тем. Об охоте, доспехах и винах намного веселее рассуждать, чем о происходящем в Семи Королевствах кризисе. Единственной неприятной темой, поднятой Адамом, было состояние моего сына. В отличие от Пса, не отходившего от наследного принца ни на шаг, Лораса Тирелла, сопровождавшего Мастера над Законом, и Цареубийцы, с плохо скрываемым отвращением охранявшего королевское тело, Аларик отсутствовал на пиру, отлеживаясь в фактории. Нет, он бы мог, как и остальные полуфиналисты прийти на пир и показательно демонстрировать, что с ним все хорошо. Но любому опытному войну было видно, что Клиган немного шатался и постоянно опирался на стоящие рядом столы – последствия нескольких десятков ударов ленсов по шлему не проходят просто так. Рыцарь Цветов тоже не ушел сухим из воды – хоть он и был правшой, но весь ужин пользовался только левой рукой. Правую ему отсушил Мендон Мур, удачно попав в плечо. Легче всех отделался Цареубийца – сир Барристан оставил ему прощальный подарок сломав или оставив трещины на нескольких ребрах. Это было видно по его позе и редким касаниям к груди, куда был нанесен удар.
«Финал и полуфинал будет состязанием инвалидов» – Подумал я, накидывая на плечи плащ и покидая Великий чертог. Пир уже зашел в ту стадию когда гости напились и начали терять сознание от количества выпитого. Даже король, несмотря на свои габариты и давно проспиртованный организм, уснул, уткнувшись лицом в большую грудь какой-то служанки.
Завтра будет последний день, который я проведу в Королевской гавани.
***
P.O.V Роберт Баратеон 
Одиннадцатый месяц 298 года от З.Э 
Ристалище, Королевская Гавань 
«Скучно… Как же все это скучно…». – Устало думал я, сидя в этом большом и неудобном троноподобном кресле. – «Побыстрее бы напится… чтобы не слушать их всех…»
- Лансель, вина! – Гаркнул я, подставив рог, в котором вскоре очутилось фруктовое дорнийское вино. Единственная радость в моей пустой жизни.
Ворчание Неда. Тихое презрение жены. Ненависть Цареубийцы. Надоедающие попытки Джоффри найти мое одобрение. И лесть, Лесть, ЛЕСТЬ, ЛЕСТЬ… как же меня достало, что все только и делают, что пытаются поглубже поцеловать мою задницу.