Восхождение лорда Темпера (СИ)

«И все это произойдет благодаря мне» – Пришла я в восторг, почувствовав, как между ног становится горячо и мокро. – «Все узнают, кто лучший из всех детей нашего отца. Все поймут, что именно я должна править вместе со своим сыном. И все послушают меня, когда я скажу, что надо убить то маленькое чудовище»
- Джейме. – Села я на живот проснувшегося брата, потеревшись об него влажными от возбуждения бедрами. – Что ты говорил на счет еще одного раза?
В ту ночь покои королевы долго сотрясали громкие крики и стоны, полные страсти и желания, пока в соседней комнате спал ее храпящий муж.
*** 
Середина десятого месяца 298 года от З.Э 
Фактория Темперов, Королевская Гавань, Королевские земли 
- Что ты здесь делаешь?
- Приехал поучаствовать в Турнире Десницы, конечно же.
- Шмяк… 
- Ай! Как ты можешь бить старшего брата!?
- Еще раз – что ты здесь делаешь, Эйрис? – Спросил я этого великовозрастного ребенка, даже на четвёртом десятке не обредшего хоть немного серьезности.
- Эх, ну что, мне нельзя увидеть своего любимого брата? – Улыбнулся он, разведя руки в стороны и поманив меня к себе. – Обнимемся?
«Господи, за что мне все это?». – Устало подумал, крепко сжав в объятиях давно не виденного старшего брата. Все же как бы я не ворчал, но за пятнадцать лет разлуки очень трудно не соскучится.
С Эйрисом и домом Колд мне пришлось оборвать все официальные связи сразу после окончания Восстания. За считанные дни в Дорне прирезали, отравили или утопили всех известных купцов и выходцев с Запада, и только стараниями Дорана это не переросло в межрегиональный скандал.
Выбора не было. Ко мне и так первые пять лет после войны относились не слишком дружелюбно, за один факт того что я родился в Западных землях, а если бы узнали про мою сохранившуюся связь с одними из западных домов… дорнийцы обладают очень извращенной и богатой фантазией, и яд в стакане с вином – один из самых безобидных способов.
Это не значило, что я полностью порвал связи со своей альма-матер. Еженедельная переписка, частые визиты нашей матери в Осгилиат, торговля новой породой лошадей, выведенной отцом от северных тяжеловозов, дорнийских тонкокостных и просторских рыжегривых, и лагерь для тренировок моей немногочисленной конницы не давал забыть нашим детям про братство наших родов.
Особенно интересно получилось с моей кавалерией. Все принадлежащие мне земли это горы и плотно застроенные или засаженные долины. В них недостаточно места, где можно было тренировать всадников. В отличие от земель Колдов, которые брат с моей помощью сильно расширил, перекупив большую часть земель у обедневших рыцарей или лордов. Благодаря этому молодой рыцарский дом Колд уже считается одним из средних родов Запада, способным спокойно выставить почти восемьсот хорошо вооруженных и обученных всадников.
- Как твои земли, дети, жена? – Спросил я, усадив Эйриса на кресло и приказав слуге подать вина. – Слышал, что у тебя, наконец, родился сын?
- С четвертой попытки, но да. – Радостно улыбнулся он, погладив небольшой локет на шее. – Двое близнецов. Локи и Тиша. Алисанна счастлива и почти от них не отходит, на зависть остальным девочкам.
Алисанна Колд, в девичестве Леффорд, была самой большой удачей в жизни моего брата, после меня естественно. Когда я узнал, что этот охламон, которому тогда было тридцать умудрился женится на шестнадцатилетней девушке из главной ветви Леффордов, я гадал – как старый Лео Леффорд отдал свою единственную дочь за ленного рыцаря?
История получилась на диво банальной – на охоте, организованной лордами северо-западной части Западных земель, он спас главу дома Леффордов от стаи волков, убивших его лошадь и едва не отгрызших ему ногу. В знак признательности благородный лорд Лео отдал богатому и сильному рыцарю в жены свою единственную дочь, хоть этим и был недоволен Тайвин Ланнистер. Это сразу повысило значимость дома моего брата, дав ему нужный репутационный толчок, позволивший ему, хоть и со скрипом, войти в ряды высшего света Утеса Кастерли. А уж когда, пять лет назад, в родах умерла жена старого Лео, отказавшегося еще раз жениться, дети моего брата автоматически стали первыми претендентами на место лордов Золотого зуба.
 
- Главное чтобы это не вылилось в зависть или ненависть. Обиженные маленькие девочки способны на многое. – Заметил я, вспомнив, что происходило когда обижалась Элейна. Плохо было всем.
- Личный опыт?
- Личный опыт.
- Звяк… 
- Хорошее у тебя тут вино, братец. – Заметил Эйрис в один глоток осушив свой бокал и сразу налив новый. – Такое на Западе тяжело найти
- Слышал во время своего последнего визита в Ланниспорт, ты вдрызг напился вместе с Тирионом Ланнистером. – Сказал я, вспомнив свой сегодняшний разговор с двумя старшими львами.
- Я виноват, что только Бес может пить со мной на равных? – В притворном удивлении подняв брови, ответил вопросом брат.
- Какой он из себя? Наследник Утеса Кастерли? – Спросил я, ведь в моих воспоминаниях был только маленький четырехлетний мальчик, с очень большой головой.
- Хм… – Задумался брат. – Если его описывать одной фразой – умный, хитрый расчетливый и начитанный король грудей и вина.
- Пф… - Едва не подавился я вином, услышав наверно самое странное описание человека за обе жизни. – Эйрис, можешь быть серьезен?
- Я вполне серьезен, младший. – Глотнув вина, ответил он. – Мы недолго вместе веселились, но прежде чем он умотал в бордель, а я в теплые объятья Алис, у нас состоялась очень интересная беседа, посвященная бастардам, калекам и сломанным вещам. И знаешь, что я понял? Вся его слава развратника и пьяницы не более чем маска.
- Маска?
- Да, маска. – Подобрался брат, показывая, что сейчас он очень серьезен. – Все эти пьянки, остроты, продажные женщины и прочие “пороки” лишь служат доспехом для простого человека, которого с детства презирал отец и ненавидела семья.
- И ты все это понял по одному разговору? – Удивился я, раньше не замечая за Эйрисом таланта психолога.
- Нет, конечно нет. – Отмахнулся он, откинувшись на спинку кресла и став рассматривать блики на гранях бокала. – Но если знать о его детстве, посмотреть на отношение к нему лорда Тайвина и его семьи и просто поговорить с ним по душам картина складывается сама собой.
- Да… – Задумчиво потянул я, поняв, что как брат я немного провалился – узнать о даре Эйриса спустя столько лет… можно было и навестить его лично, а не сидеть в своем замке пятнадцать лет. – Ладно, спасибо за интересную информацию, старший. Давай не будем больше обсуждать львов. Как поживает отец?
- Плохо. – С грустью в голосе ответил брат, убрав на столик бокал и сложив руки в замок. – После смерти матери он как сам не свой. Все время сидит в своем саду и пьет вино, смотря куда-то в даль. Даже своих любимых лошадей забросил. Он не хочет жить, брат.
Воцарилось гнетущее молчание, разбившее на осколки радость от долгой встречи.
- Он слишком сильно любил ее. Сильнее чем мы с тобой, Элией и Теей вместе взятые. – Сказал я, после недолгих размышлений. – Боюсь, мы ничего не сможем с этим сделать.
- Но, брат… – Начал было Эйрис, но был остановлен поднятой вверх ладонью.
- Человек сам определяет свою судьбу, и мы не в праве ему мешать. – Твердым голосом ответил я, хотя внутренне мне самому хотелось поехать в старый дом и увидится с отцом. Наверно не стоит противиться этому желанию. – Но мы можем хотя бы его поддержать. Я отправлю письма сестрам в Дредфорт и Солнечное Копье. Отец будет рад увидеть нас четверых. Быть может, это вернет ему вкус к жизни.
- Надеюсь. – Ответил грустно Эйрис, осушив очередной бокал вина.
Весь следующий месяц мы провели в моей фактории. Разговаривая, вспоминая детство, думая о женихах и женах для наших детей, обсуждая пристрастия жен в постели, иногда ездили на охоту или смотрели выступления столичных циркачей. Одним словом отдыхали, как давно не видевшиеся братья.