Для него важнее другая (СИ)

Но с Тайлером была проблема в другом.
— Дело не в том, что это задевает мои чувства, — я по подбородок опустилась в воду. — Разве ты не понимаешь, что это неправильно?
— Слишком дохрена происходит неправильного. Уточняй.
— У меня жених есть. И я его очень люблю. Думаю, у тебя к твоей невесте тоже сильные чувства, но, тем не менее… — я запнулась.
И как это все объяснить? Тем более, стоило упомянуть Черона, как в груди вновь заболело. Сильно. Так, что дышать стало трудно. Но не сказала бы, что до этого мне было легче. Чувство тревоги преследовало постоянно. Впрочем, как и стыд перед Чероном. Ощущение собственной никчемности.
— У тебя есть невеста, а у меня есть жених, — в итоге сказала кратко. — Пока что на время мы можем выбрать дружеские взаимоотношения, но все равно не очень хорошо то, что мы сейчас почти голые. Мне бы не понравилось если бы я узнала, что Черон полуголым купался с какой-нибудь омегой.
Я посмотрела на Тайлера. Телосложение у него было до безобразия безупречным. Разве что на смуглой коже виднелись шрамы. Еще я обратила внимание на дорожку светлых волос, ведущих от пупка до резинки боксеров.
Тут же отвернулась. Туда мне смотреть точно не стоит.
— Я правда очень люблю своего альфу, — я вновь начала перебирать камни. — Мы с ним уже давно вместе…
— Все равно мне ты принадлежала раньше, чем ему, — Тайлер меня перебил. Взял с камня пачку с сигаретами. Достал одну.
— Это ты к тому, что истинные принадлежат друг другу с самого рождения? — спросила, пытаясь понять его слова. — Глупо, Харис. Мы были рождены врагами.
— Я не про это, а про то, что ты в течение года была, блядь, моей девушкой, — щелкнула зажигалка. Тайлер подкурил сигарету.
Я обернулась и посмотрела на него, пытаясь понять, что это значит. Издевка? Какой ее смысл? Может, альфа ударился головой и бредил?
Будто прочитав мои мысли, а еще увидев глупую улыбку на моих губах, он сказал:
— Мы с тобой переписывались, — глаза Хариса потемнели. Резко. Словно по щелчку пальцев. — Не помнишь меня, Луна?
Губы дрогнули. Мне захотелось рассмеяться, ведь слова Хариса о том, что мы когда-то переписывались, выглядели не просто глупостью, а скорее полнейшим бредом.
Вот только, даже желая рассмеяться, я так и не смогла этого сделать. А все из-за его слов про год отношений и то, как он меня назвал… «Луна».
Горло сдавило и сердце забилось гулко. На разрыв.
— Откуда ты про это знаешь? — я не узнала собственный голос. Тайлер не может быть Им. Не может!
— Мне рассказать про все, что ты мне писала? — взгляд Хариса обдал тяжестью. Он выглядел настолько мрачным, как никогда раньше. — Знаешь, я тоже охренел, когда понял, что тогда это была ты. Сразу не поверил.
— Как?.. — мой голос все же сорвался. По коже скользнули мурашки.
Еще во времена моей учебы в колледже, мы с подругой, от скуки, придумали игру. Выдумываешь телефонный номер и пишешь на него сообщение. Если тебе отвечают — значит, ты выиграл.
Мендис, ответили почти сразу, а я, не желая проигрывать, пыталась хоть как-то вывести на диалог того человека, номер, которого придумала. Конечно, был шанс того, что такого номера просто не существовало и я писала в пустоту, но ставка спора была слишком высока — месяц убираться в общей комнате и я, надеясь хотя бы на ничью, отправила уже сообщений двадцать.
Чего я только не писала. И то, что влюблена в этого человека и то, что нашла его паспорт. Да вообще все, что угодно. Даже провокационное. Но реакции – ноль. Я прекрасно помнила, как тогда успела отчаяться. Мендис ведь всегда все хаотично разбрасывала и меня в дрожь бросало, что мне придется весь этот ужас убирать ровно тридцать дней.
Я даже почти смирилась со своим отчаянием, когда предприняла последнюю попытку. В следующем сообщении написала чистую правду — объяснила про спор и про то, что, если ответа не придет, я буду погребена под завалами уборки.
Я уже ни на что не рассчитывала. Поняла, что номер действительно не рабочий или человек просто не видит сообщений, как, через минуту, мне пришло сообщение с этого номера:
 
«Отвечаю тебе, малолетняя идиотка. Будешь должна»
Это было достаточно грубо, но я от понимания того, что спор приобрел ничью, ликовала.
Тогда все началось со спора, а вылилось в долгое общение. Как говорят? Незнакомцу можно высказать все. Вот я и высказывала. Без имен или названий городов. Вообще какой-либо конкретики. Не замечая того, насколько сильно со временем этот незнакомый парень стал для меня дорог.
Закончилось все нашей встречей. Единственной. Произошедшей в темноте.
Его поцелуем и моими словами, что я разрываю наши отношения.
До сих пор те воспоминания жгли. Разрывали сердце в клочья и было легче повеситься, чем поверить в то, что тот случайно набранный номер принадлежал Тайлеру.
— Это не можешь быть ты, — выпалила, мгновенно поднимаясь на ноги. Наверное, желая уйти или еще что-нибудь сделать. Главное, оказаться подальше от альфы, который абсолютно точно мне лгал.
Но случайно я оступилась и чуть не упала. Пытаясь удержаться на ногах, ладонью схватилась за скалу.
И тут же ощутила, как спиной была вжата в огромное, горячее тело. Понять не могла, как у Тайлера получилось настолько быстро оказаться рядом со мной. Или это просто я сейчас была настолько заторможена?
Но стоило ему положить на меня руки и одним резким движением притянуть к себе, как у меня перед глазами все поплыло. Я вздрогнула, когда одна ладонь Хариса легла на мою талию, а вторая пальцами сжала подбородок, заставляя повернуть голову.
— Значит, это на своего жениха ты променяла меня тогда, — произнес он мне на ухо. Его дыхание было тяжелым. Голос хриплым. — Это я должен был ждать твоего пробуждения. Не он.
37
— Отпусти, Харис, — мне внезапно стало жутко. Онемевшими пальцами вцепилась в ту руку альфы, которой он держал меня за талию, но, как на зло, даже на миллиметр не смогла ее сдвинуть. – Неужели ты думаешь, что я действительно поверю в то, что тогда это был ты? Совсем идиоткой меня считаешь?
Как? Как Тайлер узнал про того альфу? Я ведь сама про него никогда и никому не рассказывала. Разве что некоторые мои подруги из колледжа знали, что я общаюсь с неким парнем, но без каких-либо подробностей.
Общение с ним было слишком сокровенным, чтобы я даже по секрету с кем-то делилась этим.
— Рассказать, как я понял, что это была ты? – убирая пальцы от моего подбородка, Харис перехватил мою ладонь. Я прекрасно ощущала тяжелое дыхание альфы на своем затылке. От него кожу изрезало мурашками.
— И как же? – спросила, стараясь вкладывать в свой голос скептичность. Вот сейчас я точно поймаю Хариса на лжи. Ему не следовало лезть в эту часть моей жизни. За нее я могу загрызть.
— Из-за этого шрама, — Тайлер подушечкой указательного пальца, провел по средней фаланге моего безымянного пальца. Вернее, по тонкой выпуклости на коже, длинной примерно сантиметр. – Я тогда обрабатывал тебе этот порез. Не забуду его.
Горло сдавило и нервы были накалены до такого предела, что, казалось, уже в следующее мгновение я буду испепелена вместе с ними.
Невозможно. Этого быть не может.
Но перед глазами все же вспыхнуло воспоминание о первой и единственной моей встрече с тем альфой. Началась она с того, что я положила ладонь на деревянный забор, не замечая там гвоздя, который тут же проткнул мне палец. Я закричала и от боли была готова расплакаться, а альфа снял свою кофту. Ею остановил кровь и пошел искать аптеку. Потом вернулся, посадил меня на лавочку, а сам сел на корточках передо мной, начиная промывать порез и обрабатывать его.
— Таких совпадений не бывает, — произнесла одеревеневшим голосом. – И, если бы это действительно был ты, не смог бы узнать меня только по шраму. Я не единственная во всем мире, кто поранил себе ладонь.