Хранители Сердца (СИ)

Но Думов отправил ей шар в ноги и Дарина не успев отскочить упала на живот. Тихо недовольно зашипела.
— Это займёт не мало времени. — хмыкнул Думов, опустившись на скамейку и параллельно создавая новые шары. — Если хочешь избежать неприятных травм и потрясений, то советую шевелится быстрее.
Дарина посмотрела на него, как на врага и недовольно морщась поднялась на ноги.
— Мне кажется, что мы очень быстро перешли с зажигания свечек и медитации к активной деятельности. — проворчала девушка и снова отклонилась от шара.
— Не правильная тактика. — предупредил Думов, прежде чем в Дарину снова врезался шар. На этот раз прилетело в её многострадальный живот. Она поморщилась, но устояла на ногах, увернулась от ещё одного шара и тихо прошипела, когда следующий сбил её с ног и впечатал в ограждение.
— Ты долго будешь дурака валять? — спросил Думов, разглядывая, как Пламенева поднимается на ноги. — Разозлись и шибани меня уже огненным шаром.
Дарина передёрнула плечами, но ничего не ответила. Думов сощурился и запустил ещё пару орудий.
Дарина вскинула руки и перед ней появился ярко-красный огненный щит. Шары исчезли в его жаре, Думов приподнялся с трибуны, предчувствуя неладное.
Щит легко обратился в несколько маленьких огненных шариков. Он вынул из кармана ручку, пару раз ей щёлкнул. Ручка вытянулась в металлический боевой шест. Думов раскрутил его и перед ним появилась светлая туманная пелена. Огненные шарики исчезли в её недрах. Дарина почувствовала, как импульс вложенный в них вернулся к ней. Значит потушил?
— Замечательно, теперь дальше. — кивнул Думов, спрятав шест-ручку обратно в карман.
Дарина удивилась, когда в воздухе из ни от куда стали появляться маленькие серые сгустки. Они окружали её со всех сторон, стали липнуть к телу и не очень хорошо шипеть.
Дарина нахмурилась и её тело вспыхнуло ярким огнём. Сгустки исчезли. Думов довольно кивнул
— Хорошо, я думаю на сегодня достаточно. — кивнул он. — Потренирую ещё отдельно огненную форму.
Девушка кивнула и тяжело дыша направилась к трибуне, вынула из сумки бутылку с водой и тяжело вздохнула.
— Тебя проводить? — спросил Думов протягивая ей руку
— Мне нужно заскочить к отцу. — ответила Дарина. — Кое-что спросить.
— Хорошо, тогда завтра с утра встретимся. — кивнул парень и накинув на плечо куртку отправился в сторону общежития.
Дарина посмотрела ему вслед и взглянула на окна администрации. В кабинете Аловой горел свет.
Дарина тяжело вздохнула и поплелась туда.
В корпусе администрации было тихо, в некоторых коридорах даже не горел свет. Шаги отдавались в стенах сиротливым шуршанием. Дарина зажгла маленький огненный шарик и запустил вперёд, чтобы он освещал дорогу.
На последней ступени лестницы она затормозила. В кабинете шёл ожесточённый спор. Отец что-то очень громко доказывал Аловой.
Женщина была против. Дарина накинула на себя заклинание тишины и временной невидимости. Осторожно подобралась к двери.
— Это ложь! — прошипела Нелина Георгиевна, резко поднимаясь на ноги. — Наглая клевета! У меня один сын!
— От куда тогда взялся Барс? Только внук Георгия Валентиновича мог стать Хранителем. — самой спокойной по-прежнему оставалась Алова.
— Я не знаю и знать не хочу. — возмутилась женщина. — Но этот паршивец не мой сын.
— Твой. — стоял на своём отец Дарины. — Николас назвал Думова Фёном. Имя всех внебрачных детей в роду Барсов.
Дарина не знал о чём отец, но помнила, как в воспоминаниях Думова старик Повелитель назвал его Фёном.
— Так почему мы узнаём об этом только сейчас, Нел? — возмущался Пламенев. — Не уже ли ты правда считала, что никто не узнает?
Женщина замолчала, что-то ей определённо не понравилось.
— Ты отдала сына Повелителю? — возмутилась Алова. — Не мыслимо! Просто не могу в это поверить! После всего что этот человек с нами сделал, ты отдала ему собственного ребёнка!
— Вы не понимаете. — в голосе профессора зельеведения прозвучала тоска и грусть. Но Дарина не поверила в эту лживую сказку. Серова лгала! Она так ясно ощутила это, что не смогла бы ни за что сказать, от куда пришло это навязчивое чувство.
 
— Он тебя заставил? Если да, то почему ты не пришла к нам? Мы бы не дали ему забрать ребёнка. — отец, кажется, тоже не поверил.
— Ребёнка? — возмутилась женщина. — Он родился таким, понимаешь? У него клыки и когти с детства!
— Хочешь сказать, что Барс не проходил стадию инициации контэ? Он родился инициированным? — удивилась Алова. — Феноменально! Получается, что он Ведающий контэ?
Нелина замялась, поморщилась.
— Ведающий. — кивнула она. — Он был неуправляем! Младенцем он требовал не молока, а крови!
— И поэтому ты отдала, самое сильное оружие, какое было на Земле Повелителю Теней? — укорил её Пламенев. — Когда у этого парня были все двадцать лей-линий и уровней магии он был в три раза сильнее Фёдора. С ним мы могли победить Цету, не начиная бойню!
— Почему, Нел? Почему ты не сказала нам? — спросила Алова. — Мы бы помогли.
— Фён сын Михаила. — коротко произнесла женщина.
На это у отца не нашлось что ответить, а Алова, кажется уронила что-то очень хрупкое.
Дарина судорожно пыталась вспомнить сильных магов мира сего с именем Михаил. Но никто не приходил на ум. Разве что племянник Георгия Серова — Михаил Белов. Дарина едва не возмутилась собственной идеи, но Алова опровергла все сомнения.
— Поэтому он и Ведающий. В нём кровь рода Барсов. — произнесла она.
— Контэ рождается инициированным в двух случаях — либо если его родители оба обращённые контэ, либо если во время развития в утробе матери их жизни что-то угрожало. — мужчина мрачно рассмеялся. — Ты пыталась избавится от ребёнка ещё до его рождения? И хотела это скрыть. Поэтому отдала его Фёдору. Чтобы никто не узнал.
— Кто бы мог подумать, что ты на такое способна. — нахмурилась Алевтина Петровна.
— Да как же вы не понимаете? Он не был ребёнком… это был монстр! Жуткий кровопийца! — шипела в оправдание женщина.
— Какие родители, такой и ребёнок. — отвечал мужчина. — За то сейчас он — самый квалифицированный теневой маг Земли. Самый лучший командир Когтя за всю его историю и отличный преподаватель. И он до сих пор тебя не убил.
— Когда ты видела его в последний раз? — спросила Алова.
— В день поединка за Сердце. — ответила женщина. — Когда он располосовал лицо Николаса. Я узнала его. Сильного, крепкого, взрослого. Он отлично научился притворятся человеком.
Не известно сколько они бы обсудили ещё и что узнала бы Дарина, но Пламеневу кто-то позвонил и профессора стали сворачиваться. Девушка решила, что нужно рвать когти.
Она быстро спустилась вниз и направилась в комнату к отцу, разумно решив, что рано или поздно он вернётся и они всё обсудят.
Крыло преподавательского места жительства было гораздо просторнее и приятнее на вид, чем студенческая общага. У них был широкий холл, в котором начиналась тяжёлая деревянная лестница. Она вела наверх в спальни, больше похожие на полноценные квартиры. В комнате у преподавателей был и собственный душ, и небольшая гостиная, и спальня.
Дарина оттеснила на жилище отца отпечаток душевода и дверь открылась.
Она плотно её прикрыла и только здесь сняла полог тишины и невидимости.
Она взяла с полки одну из книжек по мифологии и забралась с ногами в кресло.
Прежде, чем отец вернулся в комнату она успела прочитать как минимум восемь глав про грозовых остроклювов. Очень интересно. Ей даже захотелось завести такую птичку. Они вырабатывают электричество, а это полезно в быту…
— Дар? — удивился отец, убирая в шкаф пиджак и развязывая галстук. — Ты чего?
— Мне опять снился сон. — тихо произнесла Дарина. — И теперь я разглядела кое-что ещё.
Отец достал с полки пару рюмок и стеклянный графин с янтарной жидкостью.
— Сегодня просто жуткий день, Дарина. — пояснил он. — Я безумно устал.
Дарина отложила книгу, налила в рюмку коньяк и подала отцу. Она присела на подлокотник его кресла и обняла его за шею.