Хранители Сердца (СИ)

— И почему глядя на меня мужчины перестают думать головой? — тяжело вздохнув, спросила Дарина. — Я ведь никогда не давала повода…
Их поспешные шаги в её сторону Дарина расценила очень враждебно, поэтому лёгенькое защитное заклинание само сорвалось с пальцев. Все трое замерли, в тех положениях в которых их застигла световая вспышка.
— Вы отомрёте через пару минут, однако настоятельно рекомендую вам вест себя прилично, иначе буду вынуждена повторить наказание. — сказала Дарина улыбаясь и поспешила на выход.
****
Барс приказал ему следить за венценосной парой издалека. Влад принял его приказ с удовольствием, потому что оставаться в его доме долго не мог. Он недолюбливал Барса, а Барс недолюбливал его, однако оба были уверенны, что друг друга не предадут. Влад вошёл в подземный лагерь повстанцев вместе с Мариной и Николасом и пришёл в оцепенение. Здесь, под землёй были тысячи людей, магов, аристократов, отставных воинов, воришек, и прочих никчёмных по меркам Цеты людей. Подземный город собрал всех недовольных правлением Фёдора. И таких людей было много. Наверное, сама Фрея не была населена так плотно, как это место.
Марина и Николас долго расшаркивались и вели призывные речи. Их слушали, раскрыв рот — уловка Думова сработала. Валентин Чёрный — глава повстанцев, которого все они любили и уважали представил Темнолюбовых, как людей, под чьей защитой он столько лет работал. Лавры организаторов достались Марине и Николасу. Ими восхищались, их полюбили, их жалостливым историям верили, раскрыв рты. Думов был прав, когда сказал, что народ пойдёт за истинной Темнолюбовой.
Марина говорила о том, как ей было худо в Замке Теней, как Повелитель издевался над ней, её семьёй и как она стойко выдерживала все невзгоды, чтобы сейчас стоять перед ними. Такую предводительницу они все ждали. Такая же обиженная и угнетённая, но не сломленная. Такая же как она, как они все. Девушка произвела фурор, большинство мужчин готовы были биться только ради неё, и умереть за неё. Николас выступил как её главный помощник и защитник. Он пел несколько иные песни. Кричал о том, как его брат и верный друг Барс погиб ради того, чтобы ополчение жило. И теперь уже те, кто не вёлся на речи Марины, должны были идти в бой ради своего героя и защитника Барса.
Приказом Марины было разместить на всех знамёнах изображение Барса. Ополчение получило имя Белый Клык. Марина вела себя как положено будущей Повелительнице — строго, спокойно. Помогала больным, давала советы артефакторным магам, читала сказки детям.
Влад, глядя на её поведение лишь посмеивался. Юной Повелительнице с трудом давалось эта показушность. Однако мрачность на её лице люди расценивали, как силу воли и мужественность. И если Барс и его Белый Клык были теперь лишь символом, то Марина Темнолбова стала надеждой на светлое будущее. Настоящей, осязаемой, видимой.
В день, на который была назначена осада, девушка заперлась у себя и довольно шипела, понимая, что скоро всё кончится. С самого утра в лагере пели народные песни Цеты. Повелитель Теней запретил некоторые из них, так как в них воспевался род Темнолюбовых. Но теперь с этими песнями они готовы были идти в бой. Влад прибился к кучке бывших стражей Замка. Интересные ребята, ставшие неудачниками по той причине, что отказывались исполнять те или иные приказы. Парни пили эль и отплясывали с девушками какие-то пьяные, но очень весёлые танцы. Играла музыка, кажется, какой-то волынки или другого музыкального инструмента. Влад слушал их рассказы вполуха.
— Влад, ты единственный, кто никогда не говорит о себе. — сказал один из вояк, подавая Присмыкаеву деревянную кружку с дешовым спиртным. Парень, привыкший к роскоши Замка, слегка сморщился, но его выражение приняли за задумчивость.
— Почему ты здесь, а не среди кружка аристократов? — некрасивый вояка кивнул на круг хорошо одетых магов, позади Влада.
— Мой род не знаменит. — пожал плечами парень.
— Но ты выучен как они — наверняка из выпускников Тенеура. — выдал мужчина в красном полинявшем сюртуке.
 
— А значит знатный и умный. Чего тебе среди нас делать? — спросил некрасивый.
— Я не привык разговаривать на возвышенные темы. — признался Влад.
— Да ты вообще неразговорчив.
— В рядах аристократов неразговорчивость граничит с тупостью. — отвечал Влад и вдруг хлебнул настойки из кружки, сморщился, вызвав смешки.
— И всё же почему ты здесь? — спросил полинявший сюртук.
Влад сам не понял, как заговорил, но ему показалось, что именно здесь, именно эти люди его не осудят.
— Я, как и вы, служил в Замке. — начал он. — Я делал своё дело, не задумываясь о том, кому причиняю вред и как это отражается на других. Это позволило мне подняться довольно высоко по службе. Но однажды это слепое подчинение навредило девушке, которая мне очень дорога.
Парни понимающе переглянулись. Из-за того ли, что речь шла о девушке, или потому что ситуация у них была схожа — не важно. Главное, что Влад оказался понят.
— Сейчас она лечится. Всё не так плохо, как вы могли подумать. Но меня мучает тот факт, что единственная душа, верившая в меня, пострадала из-за моей слепоты. — признался Влад. — Здесь я пытаюсь исправить содеянное.
— Попытайся. — кивнул некрасивый.
Влад улыбнулся как-то криво и поднявшись на ноги зашагал к шатру с Мариной.
Через несколько часов он в числе магов шагал по внутреннему двору Замка. Со всех сторон слышались крики, стоны. Стражи замка, не ведавшие о нападении и полностью шокированные тем, что щит пал не знали, что делать. Командовать стражей было некому. Единственный, кто мог тут навести порядок — это Барс. А его не было. Главные стражи пытались переформировать ряды, сделать хоть что-нибудь, были не в силах.
Стража, привыкшая к полной безопасности под куполом не имела при себе даже оружия. А если учесть, что вся стража — это отчисленные ученики Тенеура, то было понятно, от чего они так тушевались при виде артефакторного оружия. Они привыкли гонять бедных, слабых нищих. А не магов-аристократов, которые шли в первых рядах и разъярённых ополченцев с оружием, сила которого выносила одного стража за другим.
Но дело было даже не в злости и отверженности народа. Дело было в том, что Стражи замка оказалось в пять раз меньше. Топа ополчения просто сбивала их с ног, топтала и шла дальше. Марина шла в первых рядах, стихией она отбрасывала в стороны всех, кто попадался ей на пути. Самому Владу, напросившемуся идти поближе к Темнолюбовым даже делать было нечего. Он лишь иногда сметал со своей дороги ненужных людей и прикрывал щитами людей.
Клокочущая толпа ополченцев с криками и победоносными улюлюканьями шагала вперёд, сметая всё на своём пути. Поэтому, когда кто-то из старших стражей замка вывел перед воротами замка учеников Тенеура Марина лишь рассмеялась и велела магам разделаться с ними. Юные маги стушевавшись от такой толпы и вместо того, чтобы защищать замок, стали искать место где можно спрятаться.
Замок пал, но ополчение ещё не встретило на своём пути Повелителя.
*****
Думов много лет наблюдал за жизнью Цеты из окна своей маленькой комнатки, во флигели замка. Флигель был пристройкой к заброшенной астрономической башне, и его старая крыша находилась выше уровня башен замка. Флигелёк был маленький, скромный, осенью от обилия дождей протекал, а зимой маленькая убогая печка не могла спасти от холода. Барс помнил те дни, когда он только поселился здесь. Без магии и денег, зато с кучей бесполезных мечт и идей. Первые дни его захватывали, но как только пришла зима он не знал куда деть себя от холода. Старенькое потрёпанное шерстяное одеяльце, выданное комендантом с некоторым презрением и недовольством, не спасало от холода, а огонь в печке постоянно гас от сквозняка. Думову повезло родится контэ с хорошим иммунитетом и горячей кровью, он тогда не мог жаловаться на своё жильё. Боялся, что его отправят обратно в подземелье. Здесь в полном одиночестве, холоде и мерзлоте, среди завывающих ветров и сквозняков он чувствовал себя защищённым. Это был его первый дом. Пусть неказистый, но маленький Барс чувствовал себя здесь в безопасности. Послужили тому ветра или высота, которые так нравились всем магам воздуха, однако это было единственное место, где он снимал маску и защитную броню.