Падение империи. Раскол престола (СИ)

— Влияние магии смерти на ткани тела, я пытаюсь искать иные способы для лечения. — Нервно покусывая губы, ответила она. — Принц, я… Может, вы не помните, но двадцать лет назад по империи прокатилась эпидемия, унёсшая множество жизней.
— Да, я знаю, она унесла жизнь твоей матери. Ты же знаешь, что с тобой будет, если кто-то узнает об этом?
— Принц, милый принц, прошу, не губите… — упала она передо мной на колени, стараясь схватить мои руки, — умоляю, я брошу это занятие, но за это убьют не только меня, но и мой отец пострадает… Молю.
— Встань. — Сухо произнёс я в ответ.
— Да, мой принц. — Выпрямилась она и замерла, опустив взгляд в пол.
— Успокойся. Помимо имперских законов, касательно некромантов, есть внутренние распоряжения внутри башен, где вам разрешено использовать тела преступников для своих изысканий. 
— Нет, мой принц, все тела что есть, я, нашла в этих подземельях. Здесь есть даже дикая нежить, которая лезет с десятого подземного этажа.
— Десятого этажа? Ты уверена?
— Да, мне пришлось запечатывать несколько проходов, когда я нашла это подземелье, один из входов в которое находится в моей комнате. Здесь бродило много нежити, так что мне пришлось упокоить её. — Более спокойно проговорила она. — Знаете что самое страшное? На нижних уровнях много дикой нежити детей.
— Слышала про Зал торжества чистой крови?
— Немного. Мне кажется где-то неподалёку от императорской сокровищницы.
— Нет, это один из залов внутри её. Там проходит ритуал пяти зим, где дети императора вкушают яд, способный убить человека, не имеющего драконьей крови. Если ребёнок умирает, его сбрасывают в бездну забвения посреди комнаты. За свою жизнь я был там трижды.
— Это ужасно.
— Такова одна из традиций императорской семьи. Слишком сильно наши предки ратовали за чистоту крови династии. Однако теперь ты знаешь, что бездна имеет дно.
— Что вы сделаете принц?
— Мне интересны твои исследования. Да и не похожа ты на магов крови, что пытают и мучают, доставляя своим жертвам жуткие страдания перед смертью, чтобы обратить их в жестоких изменённых тварей, жаждущих только смерти всему живому.
— Значит, вы хотите, чтобы я вам служила?
— А ты умна, да я бы хотел, чтобы ты кое-что сделала и кое за кем присмотрела. Как ты уже знаешь, скоро я покину дворец, чего желают очень многие.
— Принц, прошу, не уезжайте, вы же знаете что только ваше присутствие…
— Я знаю, Олуэн. Слишком хорошо знаю, что начнётся после моего отъезда. Поэтому и могу попросить только тебя, так сказать в обмен.
Отец стар, его наследники напротив молоды, а перед ними такая красивая корона дающая безграничную власть… Вот только они так до конца и не понимают какую ответственность они пытаются взять вместе с короной, а она так тяжела… 
— Это — шантаж.
— Да, прости, я знаю, как это выглядит, но мне больше не к кому обратится за помощью.
— Вы можете рассказать мне о том, что мне нужно сделать?
— Сначала магический контракт о неразглашении, слишком уж неприятную правду тебе предстоит узнать…
— Как скажете, мой принц, — покорно согласилась девушка-маг, — надеюсь, вы мне отплатите за оказанную помощь?..
— Не сомневайся, я знаю многое из того чего не знают светлые умы магов… А для тебя подобные знания могут стать полезными в твоих исследованиях.
Не твоя магия меня испугала в тот раз, слишком уж ты труслива, чтобы использовать такое…
Осторожно войдя в личные покои императора, Эйруэн пробежала взглядом по полке над камином и, подойдя, сняла с ней горшок с кустиком с тонкими ветвями усыпанные мелкими белыми листьями с зелёными прожилками, и переставила его в тенистый угол. 
— Снежные цветы не любят тепло. — Раздался хрипловатый низкий голос.
— Да, Дарий и ты как всегда это забываешь, удивительно, что этот куст всё ещё не погиб.
— Это был твой подарок, как я мог позволить ему погибнуть. — Проговорил император, сидя за столом. — Ты пришла поговорить…
— Эшарион скоро уйдёт из дворца.
— Да, мне это известно, он меня уже предупредил. И я попросил, чтобы он взял тебя с собой. Думаю, ты и сама не откажешься помочь своему единственному сыну. 
 
— Он и твой сын.
— Да, он мой сын и принц Империи, которому хватило разума отказаться от этой бессмысленной борьбы за престол… Как его отец я никогда не отказывался от него.
— Если ты мне приказываешь — я подчинюсь.
— Эйруэн, прошу, не надо, — устало произнёс Дарий, и четвертая императрица несколько расслабилась, — ты гордая дочь севера, которую принудили выйти за меня. Это было единственным выходом прекратить распри.
— Дарий, что происходит?
— Моя болезнь сжигает меня. — Поднявшись, подошёл император к окну и тихо проговорил. — Мои наследники знают это и ждут, чтобы на меня быстрее надели похоронный балахон и уложили в усыпальницу императорской семьи.
— Смена власти всегда проходит именно так.
— А я никогда не думал, что подобное случится, — повернувшись в пол оборота, проговорил Дарий, — моя память хранит в себе, какими они были в детстве, но сейчас я не узнаю в них своих детей. Некоторые из них с удовольствием вонзили бы мне нож в сердце тёмной ночью. Как могут дети желать смерти своим родителям?
— Разве Имперская семья не всегда была такой? — спокойно спросила Эйруэн, подойдя к креслу напротив стола, и взялась за спинку руками, — может дело в том, что у твоего отца было лишь два сына, которые никогда не делили корону между собой.
— Горько это признавать, но ты права, Эйруэн, — устало ответил Дарий, и медленно подойдя к своему креслу тяжело в него сел, — мне будет не хватать редких споров с Эшарионом долгими зимними вечерами.
— Что ты дашь Эшариону? Он отправится на границу. 
— Не волнуйся, я позаботился об этом. Без помощи он не останется.
Кивнув, императрица направилась к выходу из личных покоев, когда её догнал тихий вопрос императора:
— Ты когда-нибудь любила меня, Эйруэн?
— У нас прекрасный сын, Дарий. — Ответила ему жена и покинула покои, тихо прикрыв за собой двери.
— Этого и следовало ожидать, — тихо произнёс император и прикрыл глаза ладонью, — как можно полюбит того, кто не знает, как любить?..
Выбравшись из подземелья только ранним утром, я с трудом тащил плащ по коридору, в котором лежали золото и драгоценности, добытые на седьмом уровне. Правда, для этого потребовалось вести настоящий бой с нежитью, но с этим я прекрасно справился…
— Принц Эшарион! — неожиданно окликнули меня.
Посмотрев по сторонам, я быстро прошёлся взглядом по стенам в поисках тайного хода, а потом посмотрел на плащ, что сейчас исполнял функцию мешка и лишь угрюмо посмотрел на приближающуюся девушку. 
— Принц, — остановилась северянка возле меня и приложила руку к груди.
— Поговорим в моём кабинете, — спокойно проговорил я и поволок дальше свой хабар, не обращая внимания на любопытные взгляды слуг.
— Как скажете. Вам помочь? — осторожно спросила светловолосая девушка, следуя за мной держась немного сбоку.
— Нет, спасибо. 
Молча таща гремящий плащ по полу, я, наконец, дошёл до своих покоев и затащил его внутрь, чтобы подтащить к сундуку и оставить. Девушка, сложив руки по швам, вытянулась по струнке возле двери, терпеливо ожидая, пока я не закончу свои дела, лишь преследуя меня взглядом.
— У тебя есть какие-то вопросы воительница из графского дома Альтер? — подойдя к своему креслу, устало в него опустился.
— Флира Альтер, мой принц. — Представилась она, приложив руку к груди, отдавая честь. — Вы спасли мне жизнь, мой долг отплатить вам тем же.
— Прошу, присаживайся. А где твоя соперница?
— Она не решилась прийти, считает, что вы будете ей недовольны. Вы не оскорблены, мой принц.
— Нет, я привык к такому. — Наполнив два кубка виноградным соком, протянул один гостье и немного отпил. — Мне уже привычно, что меня многие боятся, как в принципе и всех сильных магов. Пей, не стесняйся. Это просто сок, я не люблю вино, слишком сильно оно пьянит.