Наследие Древнего. Том 2 (СИ)

— Некоторые люди обладают достаточным талантом, чтобы управлять всей магией, — закончил я за него. Скорее всего, моя терминология хромала на обе ноги, но какая разница? Главное, что всё понятно. — Просто благодаря Фениксу ты, когда начал активно изучать магию, смог пробудить Гидру. Возможно, это твой потолок. А возможно, ты разочаровался и в дальнейшем изучал Созвездия не с таким энтузиазмом, как раньше.
— Но это же получается… — Мерри на пару секунд завис, слепо уставившись в стену, но взял себя в руки, встряхнулся и с ликованием уставился на меня. Его губы медленно растягивала полубезумная улыбка. — Получается, что я могу активировать по-настоящему крутое Созвездие!
— Только поосторожнее, — я его одёрнул и пояснил на удивлённый взгляд: — Знаешь, встретив тебя, я удивился. Потому что слышал о Гидре, о всей этой мути с удачей, но никогда о том, что это Созвездие может быть настолько сильным. Конечно, книг я прочёл мало, очень уж сложно их достать, но во всех упоминали редкие случаи, когда владельцам Гидры действительно везло. В остальном у них была обычная жизнь. В ловушку Отщепенцев они бы точно не попались.
— Вы правы, я сильный! — с азартом воскликнул Мерри и стукнул кулаком по одеялу. — Я никогда об этом не задумывался, потому что считал Гидру своим наказанием, но… Теперь я взглянул на это под другим углом! Каким же я дураком был! Утопал в жалости к себе! Болван!
Я встал, похлопал его по плечу и пошёл на выход. Уже за порогом обернулся и велел:
— Помоги Дзену, а то ему с одной рукой тяжело.
Свои вещи я уже давно собрал, полезные указания Дзену выдал, так что у меня оставалось свободное время до отбытия каравана. Где-то около двух часов. Полночи я вспоминал сон, который приснился мне сегодня ночью. Я не сомневался, что старик и Миа — не плод моей фантазии, что они настоящие. И разговор старика с пандой вызвал очень большие вопросы. Они говорили о Леониде, о том, что он был самым сильным противником старика. Если это так, то панда из цветастого магазинчика не зря отправила меня на бал Лораны. Сработала неудача Мерри, он едва не попал в лапы извращенца, потом ему срочно понадобилось в туалет, где я и столкнулся с Отщепенцами. И вот тут-то всё их нападение рассыпалось прахом.
Каким бы разочаровавшимся ублюдком ни был Леонид, панды почему-то до сих пор верят, что он сдерживает старика, и видят в нём союзника. Я потёр плечо, на котором темнела татуировка. Проклятье! Необходимо расставить все точки над ё. Ведь если татуировка — это клеймо, если старик подразумевал меня, когда говорил о своём сильнейшем воине, то… Всё складывается не самым благоприятным образом. Я бы даже сказал больше — всё складывается ужасно. Знают ли панды, что старик меня клеймил? Скорее всего — да. Значит, они притворялись придурковатыми, но более-менее дружелюбными ребятами, чтобы безнаказанно тереться поблизости.
Одна мысль сменяла другую, и в конце концов я решил поговорить с пандами честно и, если потребуется, выбить из них правду. Слишком многое на кону, у меня нет права плыть по течению. Если не сейчас, то когда? Неизвестно, скоро ли я вернусь в столицу, а панды могут затаиться и больше не выходить на связь. Так что… Как там говорил похититель Бориса? “Просто пожелайте увидеть «Всё, что вам необходимо»”?
Я направился в Золотой Квартал и примерно нашёл место, где в прошлый раз видел магазинчик “Всё, что вам необходимо”. Оглянулся и пожелал, чтобы передо мной появилось разноцветное здание с непримечательной вывеской, но ничего не произошло. Гм, зараза черноглазая, соврал, что ли?! Внутри медленно поднималась волна злости, но я вспомнил парочку фильмов про исполнение желаний — там нужно было прямо вложить в желание всю душу, отдаться ему без остатка. Может, здесь что-то из этой оперы? Не сухой приказ, а искренний порыв сердца?
Закрыв глаза, я сосредоточился на том, как же мне хочется, чтобы материализовался магазинчик панд.
— Эй, чего встал посреди улицы! — кто-то врезался в моё плечо и заорал прямо над ухом. — Пьянь! Напьются с утра, а потом честным людям пройти не дают! Ты ещё, поди, и кошелёк у меня спёр?
 
Я открыл глаза и повернулся, чтобы рявкнуть на наглеца, но замер на половине движения: передо мной стоял магазинчик, окрашенный в кислотные зелёный и голубой цвета — в полосочку. Ярко-жёлтая черепица пестрела на крыше, а единственное окно закрывала ядрёно-розовая штора. Настырный наглец продолжил вопить и вцепился мне в воротник, но я лениво от него отмахнулся — случайно ударил так, что тот влетел в мусорку, — взлетел по крыльцу и зашёл внутрь.
За прилавком стояла знакомая мне панда, только в этот раз она смотрела на меня без насмешки, а с настороженностью. В глазах её светилась глубокая печаль, коготки выбивали по столешнице нервную дробь. С минуту мы пялились друг на друга в полной тишине, а потом панда грубо спросила:
— Чего тебе?
— Пришёл выразить свои соболезнования, — я чуть склонил голову.
Панда дёрнулась, её глаза расширились, она резко втянула носом воздух.
— Не понимаю, о чём ты говоришь, человечек. Зачем ты призвал наш магазин? Ради шутки? Так меня ждут сотни людей по всей столице. Ты забираешь их время.
— И буду забирать его, пока мы всё не проясним, — испытывая дежавю, я выпустил цепи и с размаха ударил ими по прилавку. — Мне нравится, что вы помогаете обычным людям. Это благородное дело. Но к сожалению, у меня нет времени на дипломатические переговоры. Я хочу узнать правду. Или попытаешься, как твой сородич, проглотить яд?
— Что?! — поперхнулась панда. — Откуда ты?!.. Это же невозможно!
— Как видишь, вполне, — я многозначительно поднял брови и встряхнул цепями. — Так что, поговорим откровенно?
— Мне нужно спросить разрешение, — неохотно выдавила панда и начертила когтём на прилавке знак, отдалённо напоминающий пентаграмму. Я приготовился разрушить его, если магазинчик начнёт исчезать, но зря — странный знак вспыхнул голубым огнём и погас, но в этот же момент точно таким огнём загорелись глаза панды. Она как-то обмякла, её рот раскрылся, челюсть расслабленно опустилась, лапы соскользнули с прилавка. В таком состоянии она простояла некоторое время, а потом подобралась и, прищурившись, посмотрела на меня.
Только это была уже не она, я чувствовал. И действительно, когда панда заговорила, из её пасти вырвался голос моей старой знакомой — первой Медведицы-Черноглазки, которую я встретил на тюремном острове. Той, которая разрушила тюрьму в поисках вкуснятинки. Только в этот раз она была абсолютно серьёзна, полностью отбросив притворство.
— Что ты хочешь, человек?
— Информацию. Кто тот старик? Как вы с ним связаны? Какое отношение к этому всему имеет Леонид?
— Старик — один из десяти великих Богов, которые спустились на эту планету с небес, — панда печально усмехнулась. — Но правление Богов не понравилось людям, оно было несправедливым, беспощадным и глупым. Так что очень скоро человечество взбунтовалось, но Боги подавили восстание самым жестоким образом. Пролились реки крови. Люди затаились, — панда запнулась, явно подбирая слова. Очевидно, она многое не договаривала. — Люди затаились, чтобы набраться сил и ударить снова. И второй бунт увенчался успехом. Выжил только один Бог.
— Леонид возглавлял революцию?
— Он был её лидером.
— Погодите-ка… — в моей голове щёлкнуло, словно кусочки пазла встали на свои места. — Если Леонид участвовал в этом, то где-то рядом был и я. Но ты спокойно рассказываешь мне обо всём, словно… Ты с самого начала знала, что я не Древний!
— Ты Древний, — возразила панда. — Просто другой Древний, и это самое главное. Потому что за последние тысячелетия шахматные фигуры заняли противоположные стороны. Всё кардинально изменилось, и, если бы не ты, конец был бы уже известен.
— Почему вы спасли Леонида?
Панда не стала отрицать.
— Зло пустило ростки в его душе, но он всё ещё ненавидит Богов, — сказала она. — Это всё, что ты хотел узнать?
— Как мне избавиться от этого? — я закатал рукав и показал татуировку.