Базис (СИ)

— Верно! Верно! — толпа задыхалась от ярости.
— Набрав в Демморунге два десятка наемников, после завершения всех дел, я выдвинулся в земли Хаоса. Всё пыталось меня остановить, казалось, не было ни одной подлой мрази, которая злобно бы не бросилась в атаку, чтобы не дать свершиться возмездию. Справедливости! Но… Но они не угадали! И вот результат, — по моей команде по магосвязи стали заносить мешки с головами, вываливать их, как и головы огров таскали по двое, куча росла, — Здесь головы аристо, эльфов, гномов, гоблов, огров, хуманов, гарпий и других порождений земель Хаоса! Драконью башку все видели, как и его самого! Высший призрачный жнец Хаоса тоже встал на пути. И навсегда остался в камне! Кстати, именно эти двухголовые — указал пальцем с четками, — Убивали тогда наших людей! Но, Народ, радуйся, через все тернии, я добрался до Руга Темное Солнце и верховного шамана племени Четвертой окровавленной руки Лиман-дзяна! И выставляю на всеобщее обозрение их головы! Око за око! Кровь за кровь! — с этими словами я выдернул обе башки из мешков с открытыми горловинами, которые держали передо мной бойцы.
— Кровь!
— … за кровь!
Толпа радостно заревела, заорала, заулюлюкала, кто-то от лучших чувств засвистел. В общем, полной восторг масс. Минут пять пришлось пережидать восторги. Улаф подавленно улыбался, но в глазах реальная тоска, он быстро понял, кому выкатят претензии по поводу разгрома коротышек. И вряд ли легко докажешь полную непричастность. Плакали связи, а чтобы их восстановить немалые труды потребуются. И оружие с броней для наемников придется искать где-то еще. А мне это стоило всего лишь одного жеста.
— Во время странствий я встречал не только зло, но и тех, кто его не приемлет, и кто от него бежит. Так нашел племя Парящих в ночи — мирных гоблов, которых взял под свою руку, ибо добро есть в их душах. Живут они чинно и благочестиво охотой и собирательством! И да, после этой сумеречной ночи, я организую форпост в пятне, расположенном в дне пути от Черноягодья, чтобы каждый его житель мог невозбранно вести торг с коренными обитателями земель к общему процветанию. Кто же их тронет без повода, того настигнет кара! Сколь в ней я беспощаден… — не стал продолжать фразу, а глубокомысленно посмотрел на гору голов, — Но и это еще не все. Племя четвертой окровавленной руки понесло потери, но та кровь не смыла печаль с моей души, поэтому после сумеречной ночи за каждого их пособника, а проверять станет аристо, буду выплачивать награды золотом. За их хольки. Но горе падет на головы тех, а умения Воронов позволят найти убийцу, кто посмеет тронуть мирных и выдать их за злодеев! А у зеленомордых разбойников, которые настолько заблудились в этом мире, что решили под стенами Черноягодья похищать наших сестер, жен и детей, убивать наших людей, пусть земля горит под ногами!
— Пусть! Пусть!
— Вот чем я занимался на землях Хаоса! Нес туда добро и свет! Возмездие! Скажи мне, Флэст глава рода Выдр, правильное ли я совершил деяние? Верное ли?
— Именно так должен был сделать каждый! — книга в моих руках заставляла вспоминать написанное.
— Но спрошу я у вас, Народ, только ли твари Хаоса противостояли мне? Вставали на пути, чтобы не дать воцариться справедливости? Свершиться священной мести? — задал вопросы, и сам же ответил, — Нет! Демморунгцы показали свои лживые грязные натуры! Паскудные! — гости зарычали, когда я в них ткнул моргенштерном, — Они, оторвавшись от материнской сладкой сиськи Черноягодья, позабыли кому обязаны всем! И все чаще раздаются в их среде голоса, что можно и нужно плевать в руку взрастившую их, давшую им хлеб. Шакалы родства не помнящие! Вот кто они! — здесь со мной были согласны многие и многие, — Потому что, узнав о трагедии с нашим караваном, они… Они вместо того, чтобы воспылать ненавистью к кровожадным гоблам и артультовцам, решили напасть на меня! Подло! По сучьи! Исподтишка! Собрали тридцать три утырка! Из них многие и многие имели тотемы и умения. Они же возжелали поглотить мой! А еще хотели доказать всем вам, что Заветы предков, по которым я стал одним из Народа, ничто! Что они их выше! И не имеют они над ними силы! А именно они алчные мроки есть власть над всеми вами! Отщепенцы! — толпа злобно начала гудеть, — При всем моем неуважении к Крому, при всей нашей взаимной с ним любви, — кто-то хохотнул, — Я уверен, так как знаю, что он умен и часто вспоминает Заветы, то отговаривал заблудших от безумия! Он взывал к разуму! Но никто не послушал главу Черноягодья! Так ли это, Кром, или я ошибся в выводах? Что признаю здесь и сейчас.
 
— Все так! — пришлось признать тому, — Отговаривал, не послушали.
— Предупреждал ли ты меня?
— Нет! И могу кровью поклясться.
— Видите! Из тридцати трех выжило всего двое. Полюбуйтесь вот на этих… красавцев! — вывели на помост пленников. Те прятали глаза, переминались, звенели кандалами, — Вот они… Пока настоящие герои добывали тотемы и умения, сражаясь с порождениями древних времен, отравляющих наше проживание, эти… эти… И у демморунгцев хватило наглости явиться не с повинной головой, а с претензиями! Что скажешь ты, Орел, чье имя я даже запоминать не хочу, дабы не поганить свою память? Так о ком был траур, когда не чествовали Улафа с победой? А я скажу! По отступникам, преступникам, и я разберусь почему некоторые действовали не согласно моему приказу. Ведь только я властен над своими трофеями. Почему сожгли паскудные головенки, которые я хотел утопить в лирнийском дерьме со слизнями⁈
— Они сказали, что выплатят виру, — сообщил лэрг Турин, — И я пошел им навстречу.
— Наставник… С тобой мы поговорим позже, но раз это сделал ты, то не оспариваю твоего решения, — но надолго задержал взгляд на сотнике, самоуправство мне еще вчера не понравилось, — А я закончу. Почему их нужно было утопить, как шелудивых мроков? Ибо опозорили они Народ! Потому что настоящие Люди, собравшись в такую силу, должны были, коль имелась скорбь в сердцах, мечом и огнем пройти по землям Хаоса! Уничтожить разбойников… Они поступили иначе. В духе вероломных демморунгцев, — уверен, это станет ругательством, — Вы спросите, как я смог одержать победу над превосходящими силами противника? Ответ так же прост, как почему я убиваю чудовищ. И иду к цели, лечу, как арбалетный болт! Он есть у каждого, потому что он находится вот здесь! — опять потряс фолиантом, — В Заветах! Чтите их и предков! Учите детей правильному! И придет счастье в ваш дом!
Уверен, сегодня все сдуют с книг пыль и возьмутся за грамоту. Рецепт успеха оказался прост. Вот только подлый ронец им воспользовался первым.
— Ну, что Народ, в своем ли праве был я, убив тварей? Которые вместо того, чтобы мстить за родичей, пытались уничтожить того, кто это делал?
— В праве, в праве, в праве!
— Глэрд Райс!
— Райс верно говорит! Суки!
— Пусть катятся обратно, вероломные мроки!
— Убить их всех!
— Повесить на воротах!
— Так что мы ответим демморунгцам? А, Кром? Улаф? — повернулся к боссам, — Виновен ли я в том, что убил нападавших, о преступных замыслах которых ты знал и не предупредил меня? А теперь вдруг вы начали говорить об убийстве…
— Никакого преступления не было! — подумав, сообщил Безжалостный, — Ты на сталь ответил сталью и кровь взял за кровь, жизнь за жизнь. Но и об вире нельзя говорить. Так как, пусть и плохое деяние, произошло оно не на территории Империи и Великого герцогства Аринор. А на землях, где действует лишь право силы, — не стал пока отвечать лозунгом, что Империя там, где есть аристо, потому что аристо это и есть Империя. Пока не время.
— Кром?
Староста и часть глав повторила сказанное Медведем. Впрочем, не они играли первую скрипку сегодня, единственное, на что я наделся — в игру подключится хотя бы Тигр. Тогда миссию можно было считать выполненной. А так, знатные недруги внутренне ликовали. Сейчас ронеца опустят ниже земли-матушки, а затем и прикончат. И это всем расскажет, что его слова пусты, как и пророчества. Специально предварительно жребий тянули, кому выпадет честь убить меня, всем хотелось и похвастать достижением, и взять энергию из моего алтаря, кинжалов и поглотить райса. Сама процедура походила на передачу силы и крови аристо.