Н 8 (СИ)
Я заглянул туда, чтобы оценить уровень комфорта, ни на что не отвлекаясь: десять кабинок. Не пластиковых, как принято в нашем мире, а разграниченных перегородками, куда встроена панель управления напором и струями. Нормально, в конце концов, мы идем в душ не одновременно и моемся быстро. Только Круминьш залипает, но это несущественно.
Мы успели переодеться и обсудить раздевалку, начали перемывать кости Погосяну, как наконец вернулся Сан Саныч, глянул на электронные часы над входом и спросил:
— Ну, как вам?
— Шикарно! — Ведьмак показал «класс».
Я ответил:
— Гостей вряд ли удивим, но в ужасе они точно не будут. А то гордое прозвище бомжей могло перекочевать к нам.
В раздевалку вошел Тирликас и сказал:
— Тут еще есть специально оборудованный спортзал и тренажеры для тренировки вестибулярного аппарата, реабилитационный центр, тоже с тренажерами — Рина от счастья прыгает. Полноценная тренерская и небольшой, но уютный конференц-зал. Сауна тоже будет, с бассейном, ее сделать не успели. — Он усмехнулся. — Даже мне кабинет выделили.
— Мужики, — чуть ли не взмолился Димидко, — давайте потом, а? Почти одиннадцать, а нам стадион испытывать. Давайте-ка выдвигаться. Как там говорилось? Нас ждут великие дела!
— Один за всех! — подхватил Микроб и вскинул кулак, направляясь к выходу.
— И все за одного! — крикнули нестройным хором.
Глава 20
Думайте головой!
14 марта 2025
Почему-то насколько «Титан» нравился простому советскому народу, настолько же нас презирали футбольные эксперты.
Перед игрой с «Араратом» они были в своем репертуаре, но теперь аргументировали наш вероятный проигрыш не везением и недостатком профессионализма, а тем, что мы устали, и после сборов тренер не дал нам восстановиться. И вообще не бывает так, что команда пулей проскочила две лиги и прочно закрепилась в вышке. Все должно быть логично и обоснованно. Логично — что мы устанем и начнем сливаться. Но Димидко пообещал, если мы выиграем, сделать нам целых три выходных. Это здорово простимулировало команду, а сил в наших молодых и растущих организмах было о-го-го! Особенно у Самата. Того хоть круглосуточно гоняй, хоть в плуг впрягай после тренировки, его мощи хватит, чтобы гектар вспахать.
Главное прогресс был налицо! Он научился видеть других игроков в поле, научился предвидеть игровые ситуации и действовать на опережение. Правда, мыслил всего на ход вперед, но для него и это достижение. Наши же, понимая, что он прямой, как палка, не разыгрывали с ним комбинаций, которые требовали хитрости.
Игра была запланирована на шесть вечера, и ее весь Михайловск ждал, как Нового года. Еще бы! Первая в истории домашняя игра михайловской команды в высшей лиге! Да на новом стадионе!
Все менты стояли на ушах, чтобы не допустить ситуации, как в Киеве, но горожане были настроены дружелюбно, им хотелось красивого футбола, и они ждали «Арарат» даже с некоей благодарностью, как заезжих актеров.
А вот если мы проиграем… Лучше об этом не думать. У нас было все, чтобы не ударить в грязь лицом.
С этого же начал разговор Димидко, когда мы собрались в раздевалке, и продолжил:
— Так что, мужики, не подведите! Эксперты ставят на «Арарат»? Пусть это будет сигналом, что ни хрена они не эксперты, так…
— Петухи кукарекают, — ухмыльнулся Левашов.
— Скорее собаки лают… — поддержал его Цыба.
— Катится автобус, гав-гав-гав, — пропел Микроб. — Катится ав…
— Никаких «автобусов»! — грозно объявил Димидко.
— Да это просто песня, — пожал плечами Федор. — Иными словами — собака лает, караван идет.
— Песня? Тогда ладно. Сегодня в нападении у нас Видманюк и Цыба. В полузащите Воропай.
Ага, он всегда ставит Жеку, когда рассчитывает на атакующий футбол. Но почему не Рябов с Бекхановым? «Есть ли у вас план?» Видимо, у тренера есть, и я, кажется, знаю, зачем он так сделал.
— Не понял, Антон и Сэм вторым составом, что ли? — пробурчал вечно чем-то недовольный Марк.
Свое недовольство он регулярно показывал и высказывал, чем несказанно бесил Димидко, потому что так ставил под сомнение его компетенцию и авторитет. Но при этом по игре к нему претензий не было, отрабатывал он профессионально.
Сан Саныч замер на секунду, покраснел, а потом разразился длинным спичем, что нет у нас первого и второго состава, что все, кто в списке команды — первые, а вторые будут в дубле играть, который Матвеич собирает; что тренер выбирает тактику и под нее — расстановку на игру.
— Ты против моего решения, что ли? — Он уставился на Круминьша расстрельным взглядом.
Прямой вопрос сразу стер с его лица недовольство.
— Нет, — сказал Марк спокойно. — Я просто вопрос задал.
Сан Саныч остыл и продолжил:
— Первая игра в высшей лиге на своем стадионе! Билеты спрашивали за квартал! Все продано! Аншлаг! Весь город будет на премьере! И играть нам с техничной и острой командой «Арарат».
— Ну хоть не «Динамо» опять, — шумно выдохнул Микроб. — А то все время в цветах формы путаюсь. Вроде наши, но голубые, и рожи незнакомые.
Посмеялись, но добро, без злости.
А тренер продолжал показывать и обозначать.
Итак, дома. Это значит, надо выигрывать. Поле у нас хорошее, и мяч ходит хорошо. Армяне — техничны. Они знают наш состав, тактику, и уверены, что впереди у нас два «столба». Значит, будет силовая игра, давление, прессинг…
— А-а-а… То есть сегодня без прессинга? — спросил Левашов, который, видимо, подумал о том же. — Тогда почему не я…
— Тьфу! — Сан Саныч постучал себя по макушке — Левашов напрягся, ожидая раздолбеж. — Голова — не только, чтобы в нее есть! Ею еще забивать можно. И думать хотя бы иногда.
Саныч отдышался, вперившись в решетку вентиляции. Потом снова посмотрел всем в глаза.
— Что, стыдно? Дома играем. До-ма. При своих. Как можно без прессинга? Как можно без давления? Как можно не показать все, что умеете? Не все, чему учили, а все, что умеете? А?
Сан Саныч смолк, сделав длинную паузу, наконец добавил:
— Не опозорьте меня. И себя конечно же. — Он глянул на часы. — Все, время — на поле, живо!
И мы вышли в длинный свеженький коридор, пахнущий ремонтом, кое-где еще краску для стен с пола не отмыли. Ощущение было, будто и не дома. На «Северном», хоть и плесень была на стенах, но это наша, родная плесень, вскормленная парами нашего пота. А здесь… Непривычно, в общем.
— А че я сказал-то? — шептал Левашов, стоя в длинной очереди на выход. — Че сразу — я? Вон Маркуша-Каркуша тоже ведь выступил. А всех собак на меня, что ли?
— Все! Выходим! — крикнул Сан Саныч
И мы вышли, и сразу почувствовали — дома! Народ на трибунах вскочил, размахивая атрибутикой и скандируя: «Ти-тан, Ти-тан, Ти-тан!». Кто-то просто орал, изгоняя бесов предвкушения, кто-то дул в дуделки. А когда стали объявлять соперников, поднялся такой вист, что недолго и оглохнуть.
Это просто электричество какое-то! Восторг толпы накатывал волной, пробирал до костей. Вот стоишь ты, допустим, невыспавшийся или расстроенный. И тут — дали ток! Так не только у меня с Микробом — у всех огонь за грудиной воспылает. Мы помахали руками трибунам. Поручкались с настороженными соперниками, изучающими нас черными глазами.
В вышке-то они уже давно, а вот мы для них — темная лошадка.
Я встал на ворота, коснулся штанги. Небо было почти черным, но прожекторы уже зажгли, и стадион напоминал огромную сцену. Представление — вот что было от нас нужно публике.
Снег с утра прекратился, и вроде даже тучи разошлись, правда, было около нуля, пар валил изо рта — несладко придется армянам. Ничего, пусть бегают, греются.
Радовало, что поле пережило вчерашнюю тренировку просто отлично, и вообще отличное получилось поле. Грунт не продавливался излишне, не чавкал после дождей. Только играй!
А играть нам тренер велел быстро и комбинационно. Хороший футбол, подчеркнул он — красивый футбол! И сегодня на лавку сели два наших «силовика» — Рябов и Самат. А с самого начала в атаку отрядили Ведьмака и Цыбу — скоростных и техничных.