Н 8 (СИ)
— И что делать, как определить победителя? По очкам равны…
— По разнице мячей… — Димидко, стоящий рядом со мной, насторожился, полез в телефон, округлил глаза. — Ох ты ж еж твою дрожь!
— А-а-ахрене-е-еть! — заорал Колесо и принялся ругаться.
В жизни не слышал, чтобы широчайший спектр русского мата звучал так жизнеутверждающе.
— Глазам своим не верю. Один мяч. Один, сука-а-а!
И тут до мня дошло, что мы обошли «Торпедо» по количеству забитых мячей и неожиданно для всех, в том числе и для нас самих, оказались на самом верху турнирной таблицы! Левашов с Гусаком начали отплясывать посреди раздевалки.
— Бочку! — орал Димон. — Не стакан, а бочку вина — каждому. Мы — заслужили!
Вытерев внезапно взмокший лоб, Димидко сел на скамейку, вытянул ноги и стал обмахиваться футболкой, хотя было нежарко.
— Вот так мечтаешь играть в Высшей лиге, — проговорил он, запрокидывая голову и закрывая глаза, — и я вышел в вышку. Правда не футболистом, а тренером.
— Это значит, будет финансирование, — сказал Тирликас. — И дубль, и новый стадион.
— Так это годы уйдут, пока его построят, — отозвался Колесо. — Но перспектива, конечно, греет. А то наш стадион еще мамонтов помнит!
До меня окончательно дошло, что случилось, и аж сердце сорвалось в галоп. Выматывающий душу бешеный марафон закончился. Мы в вышке! Да, я, конечно, мечтал об этом, и о чемпионате мира мечтал, но — с осторожностью. И вот, когда мечта стала реальностью, страшно прикоснуться к ней. Кажется, малейшее прикосновение может сломать ей крылья!
Мы будем играть с легендарными командами! «Спартак», «Динамо», ЦСКА теперь с нами в одной весовой категории. Левел ап, блин!
— Года три минимум, — кивнул Димидко, — на постройку стадиона. Главное начать, а там даже если вылетим из вышки, процесс будет запущен. Первая лига — тоже ведь высота.
Тирликас недобро на него посмотрел.
— Ты чего это разнылся?
— Потому что команда разбежалась. — Сан Саныч начал загибать пальцы, — Погосян ушел, Матвеич выбыл. Колесо, ты следующий на вылет. И не смотри так! Возраст! Щенников, уже извини, — он нашел взглядом защитника, — не тянешь ты. Напа толкового нет, вот что хреново. Только в центре у нас все более и менее.
— Новых найдем. Желающих, что ли, мало? — возмутился Колесо. — И не спеши меня списывать.
— Да я не списываю. Но порвешь связки — и что? И кто?
Вот теперь я не выдержал.
— Саныч, ты как будто расстроен.
— Да ссытся он, — объяснил Колесо. — Это ж уровень! Соответствовать надо вышке-то, а ему лень.
— Я устал, я мухожук, — пропел Гусак мультяшным голосом.
— Да желающие с нами играть в очередь выстроятся, — с уверенностью сказал Левашов.
— Какие это желающие? — вскинулся Димидко. — Дзюба к нам пойдет? Или Бако? Или Джикия? Это во Второй лиге мы могли растить игроков, а теперь надо играть по-взрослому! А у нас некому играть!
— Ну давай покаемся. — Колесо встал посреди раздевалки и отвесил поклон. — Простите, люди добрые, мы не готовы. Посидим еще в Первой лиге. Так?
Я прислушался к желаниям Димидко: им овладела паника. А-а-а, что делать? Куда бежать? За что хвататься? Где брать игроков, когда и как их учить? Больше всего его изводил синдром самозванца: да кто я такой? А потяну ли? А вдруг облажаюсь?
Потому я громко ободрил команду:
— Так, народ. В бой мы уже ввязались, остается сражаться. Так? Так. Все у нас получится. Времени почти четыре месяца, включая сборы. Да, «Спартак» нам не по зубам… Пока не по зубам. Но почему бы не побороться за место в середине таблицы?
— Саня дело говорил, — кивнул Микроб. — Так что давайте…
Его перебил Тирликас:
— Извини, Федор, пока вы в сознании и при памяти, я сделаю объявление. — Все посмотрели на него. — Самойлов, директор завода, собирает пресс-конференцию…
— Опять, — закатил глаза Клыков.
— Обратная сторона славы, — сказал Микроб. — А еще там плюшки будут раздавать. Я, может, тоже хочу часы с автографом Горского, как у Сани.
Тирликас дал ему договорить и продолжил:
— Завтра, двенадцатого, у нас самолет в Москву. Там тоже хотят пресс-конференцию, организатор — футбольный союз. Договорился на пять вечера. В Михайловске — тринадцатого на шесть. В Москве подниму вопрос о финансировании. Если повезет, договорюсь о строительстве стадиона. Это, конечно, далеко идущие планы с заделом на будущее. Но почему бы не заложить фундамент?
Витаутыч скосил глаза на Димидко, который так и сидел с сомкнутыми веками. Битва за выход в Вышку не просто вымотала — выпотрошила его, он расслабился, и пошел откат.
— Почему бы школу не открыть, — заговорил Щенников мечтательно. — У нас столько талантливых ребят! Будем растить смену!
Больше всего он хотел тренировать детей! Вот кто бы мог подумать? Наверное, понимает, что не тянет, и ищет место, более адекватное своему таланту. Так он уйдет на заре карьеры, и репутация игрока Высшей лиги за ним прочно закрепится.
— Вот об этом мы и поговорим с Романцевым. А теперь — празднуйте, парни, — дал добро Тирликас. — Вы заслужили, сделали почти невозможное, когда никто в нас не верил. Пейте, гуляйте, веселитесь.
Димидко, растекшийся по лавке, подобрался, гневно прищурился, но встретился с Тирликасом взглядом и понял, что прекословить не нужно. Витаутыч — авторитет!
— Сейчас — в гостиницу переодеться, потом — в автобус и ресторан, — завершил свою речь Тирликас.
— Вот это я понимаю директор команды! — воздел перст Синяк. — Гуляем, мужики!
И понеслась жара. Мы резвились, как дети на последнем звонке, и ветераны дурачились, и молодняк. Ор стоял такой, что прибежал суровый усатый охранник, но заразился настроением и был вовлечен в процесс.
Улыбаясь, я принялся отвечать на сообщения. Первой ответил Дарине, и она сразу же перезвонила.
— Саш, поздравляю! — ее голос звенел от радости. — Какие же вы молодцы! Как же я за вас рада! Жаль, что не могу с вами разделить!
— Приеду — разденем… Разделим!
— И это тоже, — засмеялась она. — Оговорка-то какая!
И с губ сорвалось то, что давно вертелось на языке, но я не решался произнести:
— Люблю тебя.
Повисла пауза. Донесся протяжный вздох. Я представил, как Рина неверяще смотрит на телефон.
— И я, — пролепетала она и не нашла смелости больше ничего сказать. — Приезжай скорее, я очень соскучилась! Целую тебя!
12 ноября 2024
Я, конечно, предполагал, что «Титан» будет на первых полосах новостей, но чтобы так! Все спортивные издания разливали елей и поздравляли нас, наши счастливые лица смотрели отовсюду. Путь к мечте', «Восходящие звезды», «„Титан“ достал до неба» и все в том же духе. В автобусе всю дорогу в аэропорт парни бросали друг другу ссылки, скачивали фотографии и с собой, и общие — тешили тщеславие всеми возможными способами.
Мне же вспоминалась фраза «поймал звезду». Зазнались типа, к ним теперь не подступиться. Ну а как иначе? Когда приходит известность, возрастает число тех, кто хочет к ней прикоснуться, и на всех просто не хватает времени и сил.
Все спортивные издания, даже те, что обещали нам вылет из Первой лиги, сошлись во мнении, что дело не в везении, а все-таки в мастерстве. Вспомнилось начало нашей карьеры, когда только ленивый не пинал «Титан», особенно — региональные масс-медиа, когда мы выигрывали. С неким злорадством я подумал о том, что они теперь пишут.
Что надо, то и пишут, независимая пресса— миф. Кто девушку кормит, тот ее и танцует. Скажут хвалить — будут хвалить, велят топить — станут топить
Как бы мне ни хотелось сразу поехать к Рине в Михайловск и два дня предаваться ласкам и ничегонеделанью, весь основной состав «Титана» прибыл в конференц-зал, расположенный на Лужниках. Засветить свое талантливое лицо даже Жека из Михайловска примчался.
Мы приехали чуть раньше, и улыбчивая администратор отвела нас в пустую аудиторию с офисными стульями, поставленными в восемь рядов, и плазмой на стене.