Ледяной Принц (ЛП)

Она пролетела над Линой, окутав её и Коста мерцающим покровом магии, но ничего не изменилось. Лина не двигалась, а Кост продолжал работать. Эффи приземлилась рядом с Калемом с печальным воркованием, и он рухнул.
Что мне делать? Всю свою жизнь я был эгоистом. Я был эгоистичен, как принц, и это стоило Амире её жизни. Я был эгоистичен с Боуэном, и я был эгоистичен со своей гильдией. С желанием Гисс. А теперь…
И снова Кост вдохнул в неё воздух. Один вдох. Два. Ничего.
Оз уставился на неё остекленевшими глазами.
— Я за то, чтобы мы подняли её. Пусть она злится на нас. Я возьму это на себя.
— Нок, — голос Коста был умоляющим. Он продолжал делать массаж сердца, но его руки начали дрожать. — Что нам делать?
Не нам… Мне… Моя вина. Моё решение.
Мрачный голос Лины эхом отозвался в моей голове.
«Это не только моя жизнь, это жизнь моих тварей. Если эти тени проникнут в каждую грань моей жизни, что они сделают с царством?»
Я не знал. Не мог знать наверняка. Но если я обреку её любимых тварей на мир тьмы, если она больше не сможет их видеть… она никогда не простит меня.
Когда Кост попытался сделать новый вдох, я остановил его.
— Позволь мне.
Я ещё не был готов сдаться. Потому что как только мы прекратим массаж, как только мы перестанем дышать за неё… Это был не тот путь, которым я хотел, чтобы она пошла, но я не стану лишать её выбора. Неважно, как сильно это ранит всех нас.
— Мне так жаль, — прошептал я ей в губы, прежде чем вдохнуть в её лёгкие.
Я молился, чтобы у неё осталось достаточно сил, чтобы схватиться за ниточку жизни, но, если она этого не сделает… Слёзы скатились по моему подбородку и упали на неё. Мне придётся отпустить её.
Прижавшись лбом к её лбу, я закрыл глаза и взмолился, чтобы боги простили меня, потому что я знал, что никогда не прощу себя. Она была такой неподвижной. Она наполнила меня, всех нас, такой жизнью. А теперь… ничего. Я так отчаянно хотел почувствовать её дыхание на себе. Услышать биение её сердца. Но болезненные рыдания Оза и Калема заглушили всё.
И тут из горла Коста вырвался испуганный звук.
Дрожащие пальцы провели по шраму на моей щеке.
— Нок.
Мои глаза распахнулись, и передо мной была она. Дыхание было прерывистым и неровным, но на её щеках появился слабый румянец. Блеск в её карих глазах.
Чистая, нефильтрованная радость захлестнула меня, и первобытный крик разорвал мои лёгкие. Жива. Она была жива.
— Лина.
Я обхватил её пальцы своими руками и запечатлел дрожащий поцелуй на костяшках её пальцев.
— Слава богам. Я думал, что потерял тебя.
— Нет… пока.
Она закашлялась, а затем поморщилась, слабой рукой потянувшись к боку. Кост отодвинулся от Лину, оставив её рану открытой. Он в одно мгновение снял свою изодранную рубашку и крепко прижал её к ране. Резкое шипение сорвалось с губ Лины.
Этот звук заставил меня отшатнуться. Я причинил так много вреда. Если бы не я, она бы не умерла. Калем не стал бы наполовину диким и не рассёк бы случайно её плоть. Он всё ещё съёживался вне досягаемости, обхватив голову руками.
Так много повреждений.
— Эй, — её слова были хриплыми.
Проклятие. И всё же я встретился с ней взглядом.
— Не делай этого.
— Не делать что?
Она потянулась ко мне, и я заколебался. Её пальцы дёрнулись.
— Это, — медленно сила возвращалась в её голос, и она прочистила горло. — Не отстраняйся от меня.
Что-то во мне сломалось.
— Лина, то, что я сделал…
— Это вышло из-под твоего контроля.
Она жестом попросила Коста помочь ей сесть, и он подчинился. Она поморщилась, положив свою руку поверх его, чтобы прижать ткань к своей ране. Я подвинулся, чтобы помочь, и позволил ей прислониться ко мне. Усталый гул вырвался из её грудной клетки. Оз бочком подошёл к ней со свободной стороны и взял её за руку. Она крепко обняла его и улыбнулась.
Сделав ровный вдох, она посмотрела на меня.
— Это была клятва, Нок. Ты не контролировал себя, так же, как и я, когда Винн очаровал меня.
Она склонила голову набок, окидывая взглядом Калема и Эффи. Он опустил руки, но его взгляд был прикован к окровавленной тунике, прикрывающей её рану.
 
— Калем? Что случилось?
Калем судорожно сглотнул.
— Я сделал это с тобой.
Лина перевела взгляд с него на свою рану.
— Не нарочно.
— Нет, определённо нет, — он провёл руками по волосам. — Я… я пытался защитить тебя. Но я потерял контроль.
Лине удалось закатить глаза.
— Так же, как и Нок. Как я. Калем, это не твоя вина. Со мной всё будет в порядке.
— Ты уверена?
Его слезливый взгляд отразил всё, что я чувствовал внутри, и я обнял Лину за талию и крепко прижал к себе.
— Да. Если ты начнёшь винить себя в этом, ты будешь ничем не лучше, чем я была после твоей смерти, — медленно она перевела взгляд на меня. — То же самое относится и к тебе.
Я кивнул, не в силах вымолвить ни слова. Возможно, она уже простила меня, но я не забыл, каково это — держать её подвешенной над землёй. Видеть, как она падает у моих ног, потому что я выжал жизнь из её лёгких. Подавив дрожь, я целомудренно поцеловал её в макушку.
Она удовлетворённо вздохнула.
— А теперь иди сюда, Калем, — её голос был на удивление суровым, и он, наконец, сдался, медленно приближаясь к нам. — Ты моя семья. Все вы. Я бы прошла через всё это снова, просто чтобы убедиться, что вы в безопасности.
Кост схватил Калема за руку и заставил его подержать тунику на ране.
— Не двигайся.
Порывшись в ткани, он нашёл свой бронзовый ключ и открыл дверь в царство тварей, позволив Феликсу выскочить наружу. Эффи последовала за своим хозяином к Лине. Он снял с неё рубашку, обнажив три длинных пореза. Без дальнейших подсказок Феликс принялась за работу, зализывая раны. Медленно кожа Лины начала восстанавливаться, и её глаза затрепетали, открываясь. Её взгляд стал сильнее. Более живой.
Оз издал слабый смешок, а потом подал знак Джаксу, который держался на краю зала с тех пор, как Кост начал массаж.
— Он не может предложить многого на пути исцеления, но он всё равно будет рядом с тобой.
Лина посмотрела на молодого Лахарока и улыбнулась.
— Сегодня для защиты он сделал больше, чем мог.
Моё сердце забилось при виде моих братьев и их тварей. Моей семьи. Всё ещё слабая от потери крови, Лина продолжала наваливаться на меня всем своим весом. Я пальцами глубже впился в её бедро. Я чуть не потерял её. Раздался неожиданный стон, и дверь в царство тварей открылась. Рядом со мной появилась Уинноу, её растрёпанные волосы были усеяны белыми цветами, а желтые глаза полны эмоций.
— Уинноу? Что ты здесь делаешь? — спросил я, протягивая ей руку.
Она проплыла над моей ладонью и посмотрела на меня снизу вверх.
«Я здесь ради тебя, Нок».
Я моргнул, а затем чувство любви, принадлежности расцвело в моей груди. Моя тварь пришла без моего зова, чтобы предложить мне утешение, несмотря на всё, что я сделал. У меня перехватило горло. Возможно, с такой семьёй, как эта, я смогу найти прощение раньше, чем думал.
Откуда-то сзади послышался слабый кашель, и я вздрогнул на месте. Я резко повернул голову в сторону тронов. Гейдж стоял, перенося свой вес в основном на одну ногу, и у него были собственные раны, хотя они казались неглубокими. Лицо Лины побледнело, и она попыталась встать, но Кост опередил её, поднявшись на ноги.
— С тобой всё в порядке?
Его пристальный взгляд блуждал по фигуре Гейджа, анализируя травмы.
Гейдж слабо отмахнулся от него.
— Я выживу. Язмин тут нет. Должно быть, она сбежала во время суматохи.
— Мы найдем её. Я просто рада, что с тобой всё в порядке. Если бы не ты, сомневаюсь, что смогла бы приручить Вриса.
Лина снова попыталась встать, поэтому я положил Уинноу себе на плечо и помог ей подняться на ноги. Она прижалась к моей руке. Калем и Оз стояли рядом, их обеспокоенные взгляды метались между Линой и Гейджем.