Ледяной Принц (ЛП)

Я заставил себя сглотнуть.
— О чём свидетельствует ваше появление.
— Тише, — Амира нежно приложила руку к сердцу. — Пожалуйста, послушай.
— Пожалуйста, — эхом отозвался Боуэн.
Удушливый туман сгустился вокруг них, превратив её волосы в рыжеватый блонд и заставив запылать локоны Боуэна. Мысли, которые я никогда не осмеливался высказать, чувство вины за их смерть, пронзили меня. Последствия того, что я сделал, были на расстоянии вытянутой руки.
Мне никогда не давали шанса вымолить прощение.
Сердце изнывало в груди.
— Я не знал. Я не хотел, чтобы всё это случилось. Мне очень жаль.
Боуэн нежно провёл рукой по моему предплечью.
— Мы знаем. Мы тебя не осуждаем.
— Но есть способ загладить твою вину.
Амира придвинулась ближе, и меня окутал аромат жимолости и солнечного света. Глаза её были опущены и затуманены, мрачные слова сотрясали комнату.
— Если, конечно, ты готов помочь нам обрести мир.
Слова слетели с моих губ прежде, чем я успел подумать о последствиях.
— Конечно. Расскажите мне.
— Мы скитаемся с тех пор, как умерли.
Аромат кардамона и апельсина Боуэна смешался с ароматом Амиры, создавая аромат, который пах моим прошлым. Возможностью. Шансом поступить с ними правильно.
— Скитаетесь?
Я знал, что смерть влекла за собой. Когда я ушёл под воду, не было ничего, кроме темноты и тихого облегчения. Но прежде, чем я смог пройти по пути в царство богов, меня вернули. Неужели Амира и Боуэн действительно оказались в ловушке? Пойманы каким-то образом между мирами? Они не могли жить в подземном мире. Это предательское место предназначалось для заблудших душ, не имеющих ни малейшего шанса на спасение. Именно туда я и собирался отправиться. Но не они. Они оба были слишком умны. Слишком хороши. Они принадлежали царству богов, где ели бы сочную пищу и пили богатое вино, танцевали без устали. Улыбались. Всегда.
Но их там не было. Они были здесь. Застряли. Из-за меня.
Моя комната полностью выскользнула из фокуса, окутав нас красным коконом. Их прикосновения были мягкими и греховными, осуждающими и спасающими одновременно. Амира провела костяшками пальцев по моему подбородку, и на мгновение я закрыл глаза. Их сердца стучали как одно в моих ушах. Интервалы, которые были тихими всего несколько минут назад, пронеслись через мой мир, устанавливая ритм, который держал меня прикованным к этому моменту. К ним.
Боуэн нежно положил руку мне на поясницу, и мои глаза распахнулись.
— Лина — твоя любовь, как и мы. Сначала Амира, потом я, теперь она.
Теперь глаза Амиры были ярко-красными, но голос звучал мягко.
— Мы так рады, что ты снял проклятие. Но…
— Что?
Мой вопрос был хриплым. На кончиках их языков застыли невысказанные фразы. Что-то ужасное. Они ожидали, что я буду сопротивляться. Но я обрёк их на это. Это была моя вина. Если бы я мог каким-то образом найти способ облегчить это, если бы я мог предоставить им проход в царство богов…
Это был бы первый шаг на долгом пути к искуплению.
Пальцы Амиры напряглись.
— Я не хочу усугублять твоё бремя.
Я накрыл её руку своей.
— Скажи мне.
— Все, кого коснулось твоё проклятие, вынуждены были скитаться. Ждать. Когда ты разрушил заклинание жрицы, нам должны были дать проход. И всё же мы здесь.
Все. Талеус. Бесчисленные лица. Все те мужчины и женщины, которые погибли на поле боя во время войны с Рейном. Все эти смерти я принял за обычную болезнь, связанную с войной. Друзья, наставники… они тоже остались скитаться.
Что-то маленькое и требовательное умоляло меня вспомнить, что произошло на поляне, когда Уинноу сняла с меня проклятие. Я видел все эти страдальческие лица, но когда проклятие было снято, жизнь вернулась в их тела. Они улыбнулись мне, как будто каким-то образом меня простили.
Похоже, проклятых больше не осталось. Но Амира, Боуэн… Я переводил взгляд с одного на другого. Они казались настоящими. Их смерть всё ещё давила мне на сердце. Может быть, я ошибался. Может быть…
 
— Я не знал.
— Мы знаем. Мы не виним тебя.
Боуэн носом коснулся моего уха. Они оба были так близко, окружая меня. Топя меня.
— Но ты можешь помочь нам обрести покой. Всё, что тебе нужно сделать, это отдать нам последнего проклятого. Тогда мы сможем подняться все вместе.
Последнего проклятого? У меня голова пошла кругом. Пытался и не смог соединить точки. Между их пьянящими ароматами и густыми красными завитками, окутывающими нас в нашем собственном мире, ничто больше не имело смысла.
— Пожалуйста, Александр.
Амира наклонилась ближе, проводя пальцами по моей обнажённой груди. Я застыл под их прикосновениями, разум бунтовал при мысли… о чём именно? Они заслужили мир. Я так давно хотел именно этого. Если бы у меня была сила облегчить их боль, я бы это сделал. Без вопросов.
У меня перехватило горло.
— Как?
— Ей нужно уйти, — голос Амиры был мягким. Умоляющим.
Убей.
Что-то твёрдое врезалось мне в живот.
— Ей?
— Она последняя. Она была на пороге смерти, и проклятие чувствует себя ущемлённым. Если ты вернёшь то, что украл, мы все обретём покой.
Боуэн прижался лбом к моему виску, его горячее дыхание коснулось моей шеи.
Нок. Голос Лины эхом отдавался у меня в голове. Сирень и ваниль заполнили мои чувства, прогоняя дразнящую смесь Амиры и Боуэна.
— Ты мог бы её поднять.
Слова Амиры были заманчивым предложением, которое я даже не хотел признавать, и всё же, как я мог не признать? Вечная жизнь с женщиной, которую я любил? Мысль погрузилась глубже, чем следовало, и красный туман сгустился.
— Мы видели её мысли. Её самые сокровенные желания, — прошептал Боуэн. — Она хочет гулять с тенями.
— Нет, — мой голос был слабым, неубедительным.
Она не могла этого хотеть. Или могла? С тех пор как мы вернулись из Хайрата, я лишь однажды мимоходом заговорил об этом, и она не обратила на это внимания. Её твари… Что с ними будет?
— Дай ей то, что она хочет, и тогда мы все будем свободны, — сказала Амира.
Нет, я не могу сделать то, о чём они просят. Я не могу убить, Лину. Я никогда не смогу…
— Ш-ш-ш. Всё будет хорошо.
Я не мог сказать, кто это сказал. Их фигуры были красными, их голоса сливались, их сердца бились как единое целое.
— Нок.
Я простонал.
— Я не могу.
— Нок!
Две нежные руки обхватили моё лицо. Большой палец прошелся по следу моего шрама.
— Что происходит? Ты в порядке?
Яркий свет розового дерева окутал водоворот красного, и вот она. Лина. Широко раскрытые карие глаза, полные страха. Тёмно-каштановые пряди растрёпанных ветром волос спутались вокруг её лица. Губы, похожие на бант, приоткрылись. Само её дыхание пробудило меня.
Контроль. Тени вырвались наружу и окутали нашу комнату буйством оникса и угля, щупальца скользили друг по другу, как змеи, в поисках мерзкого красного цвета, который ранее пленил мой разум. Я схватил Лину и притянул к себе. Я зарылся носом в её волосы и вдохнул знакомый запах. Она была настоящей. Ощутимой. Не призрак и не воспоминание, а моя анам-кара. Мой пульс медленно вернулся к норме.
Дрожащие руки крепко прижались к моей спине, и её голос сорвался.
— Ты со мной?
— Я здесь.
Я почувствовал, как она выдохнула, и её тело расслабилось.
— Ты просто стоял и смотрел в никуда. Я не могла до тебя докричаться.
Тени лизали наши тела и держали нас рядом.
— Ты всегда можешь связаться со мной. Я услышу.
Вздёрнув подбородок, она изучала моё лицо.
— Что случилось?
— Это всё эти чертовы… — мой голос оборвался, как будто кто-то крепко сжал пальцами моё горло.
Отвратительный кашель вырвался откуда-то из глубины моей груди, и я отвернулся.