Ученик своего учителя. Том II (СИ)
Жаль только надолго сохранить подобное настроение у Малка не получилось. Уже через полчаса ему назвали цену за обслуживание марионеток в восемьдесят четыре драхмы, и всё его воодушевление отправилось Йорроху под хвост.
— Проклятье, почему быть магом так дорого⁈ — простонал он в пустоту, выкладывая драхмы на стол перед клерком, однако ничего кроме лицемерного оханья в ответ не услышал.
Девять плевков Йорроха в душу этим сволочам, как они от собственной жадности ещё не подохли⁈ На фоне таких рвачей любой пират святым бессеребреником покажется: по крайней мере хозяйничающие в море ублюдки хотя бы из себя честных граждан не строят!
К сожалению всё это были лишь эмоции — как-то повлиять на ситуацию Малк не мог. И, смирившись, сразу после посещения мастерской отправился на поиски недорогого жилья. Клерк сообщил, что раньше чем через два дня они кукол не вернут, а потому Малк собирался выжать из незапланированных выходных максимум возможного. Сначала искупаться — вонь собственного пота и лесная сырость кажется уже в кожу въелись, — затем посетить цирюльника и лавку недорогого платья, заглянуть в ресторацию с хорошей кухней, а уже под конец завалиться на мягкую кровать и хорошенько выспаться… Внутренний надзиратель, правда, требовал и о полезных делах не забывать, но Малк его усилием воли заткнул. С его образом жизни отсутствие отдыха грозило не просто снижением способностей, а психическим выгоранием. И он готов был сделать всё, чтобы этого избежать…
Видимо решение было верным, потому как уже после пробуждения ему в голову начали приходить весьма здравые мысли. Например, его вдруг осенило, что нет никаких причин для того, чтобы марионетки и дальше таскали с собой добытые в поместье у Моравии книги. Да, записи по созданию Семени Духа и руководство по освоению Вуали Обмана имеет смысл оставить при себе, но ведь остальное-то ему не нужно! Так почему бы тогда не погрузить трофеи в контейнер и не отправить его почтой на склад в Колхауне? Поддельные документы у него ведь есть, деньги на оплату бессрочного хранения посылки тоже — значит и мучаться с транспортировкой лишнего груза он не обязан!
Мысль была весьма здравая. И Малк, не откладывая дело в долгий ящик, тут же взялся за её претворение в жизнь — сразу после завтрака двинул на почту. Боялся, что возникнут какие-нибудь непонятные бюрократические препоны, однако обошлось и задуманное удалось претворить в жизнь почти без изменений. Разве что в целях экономии он сократил срок аренды места на складе до одного года — всё-таки разница между тратой пяти драхм и двадцати пяти была весьма существенной, — да к кипе книг добавил ещё и не нужный ему сейчас распылитель псевдоплоти, но такие мелочи не стоили затраченного на них внимания. Главное, руки он теперь освободил и был этим чрезвычайно доволен. Ощущать себя кем-то вроде то ли портового грузчика, то ли бродячего торговца, ему надоело.
Последнее, чем Малк решил заняться в ожидании завершения ремонта марионеток, это посетить мыслеграф. Больших надежд на то, что Терри не только вернулась домой, но и смогла договориться с упомянутым ею посредником насчёт нужного Малку инструмента, он особо не питал — слишком мало времени прошло, — однако проверить всё же стоило. Будет ответ — хорошо, значит у него скоро появится такое нужное ему средство спасения. Нет… что ж, значит он продолжит следовать своему Плану и задуманная ещё на пути в Борей идея будет воплощена в жизнь. В конце концов Малк не поезд, который мчит из одного пункта в другой по дороге без развилок, некоторые вещи он уже не раз менял и всегда готов при необходимости изменить их ещё раз. Важен ведь результат…
— Скажите, а можно узнать, приходили сообщения вот этому абоненту или нет? — спросил Малк у едва помещающейся за конторкой дородной дамы и передал ей листок с полученным от Терри длинным буквенным кодом.
Та с явной неохотой его забрала, пробежала глазами и недовольно зыркнула из-под окрашенной в фиолетовый цвет чёлки.
— Это не наш адрес! — визгливо бросила она.
— Я понимаю, — кивнул Малк, мысленно закипая. Последнее время ему что-то везло на очереди и сопутствующее им хамство, так что он уже в который раз пожалел об отсутствии у него нормального паспорта Бакалавра. Уж магу третьего ранга крашеная стерва грубить бы точно не стала. — Поэтому и спрашиваю: можно ли узнать про сообщения?
Дама поджала губы и окинула Малка пренебрежительным взглядом. То ли дело во внешностьи громилы-молотобойца, то ли в пусть аккуратной и чистой, но явно поношенной одежде — а может и вовсе в «счастливом» цилиндре! — однако в его платёжеспособность она почему-то не верила.
— Подобного рода услуги предоставляются по особому тарифу! — объявила она, наконец.
— Девятеро… Сколько⁈ — рявкнул Малк, уже едва сдерживаясь.
— Три драхмы! — с вызовом сообщила дама.
И Малк едва не воскликнул: «Да хоть тридцать три!», однако вовремя себя одёрнул и молча отсчитал три золотых монеты. Крыть противной тётке — если приглядеться ещё относительно молодой и некогда даже симпатичной — было нечем, и она, с очевидной неохотой, покинула насиженное место. Неторопливо проследовала в соседнюю комнату… да там и пропала на долгие пятнадцать минут. Малк уже собрался отправляться её искать, но та всё-таки вернулась сама. И сунула ему под нос бумагу.
— Товар нужного качества есть, цена триста монет, — прочитал Малк одними губами и мысленно помянул Пекло.
Городишко, в котором он сейчас находился, был явно проклят Йоррохом, иначе объяснить, почему именно здесь из него столь активно — и успешно! — вытягивают деньги он не мог.
— Что-то отвечать будете? — кажется с несколько большим уважением спросила работница мыслеграфа.
— Что раз не жили богато, то и начинать не стоит! — мрачно возвестил Малк, потом поймал взгляд скандальной дамы и торопливо добавил: — Святые Демоноборцы… отправьте, что я согласен!.. И да, реакции абонента долго ждать?
— Если у него включена услуга уведомление о полученных сообщениях, то нет.
Тётка, которая теперь знала, что Малк способен выложить за нечто ей неизвестное три сотни золотых — её зарплата за десять лет! — расплылась в угодливой улыбке и с неожиданной грацией снова упорхнула в соседнее помещение. Возможно тем самым она как-то хотела исправить сложившееся о ней впечатление, однако Малк ничего кроме отвращения не испытал. Угодливость и лизоблюдство он не терпел. Даже открытая и ядовитая ненависть лучше, чем подобное двуличие. Тьфу!
— Вам повезло и ваш собеседник уже дал ответ, — сахарным голосом объявила вернувшаяся дама и протянула очередной листок.
— Через четыре дня в Лакроше, гостиница «Свет свободы». Спросить господина Толфана, — прочитал Малк и принялся массировать лоб.
Нет, Малк конечно знал, что имя Толфан довольно популярно в Борее — только в их интернате его носили трое, — но уж больно непростыми делами он занимался, чтобы считать подобное случайным совпадением. Тем более, когда леди Маррой обещает его свести с посредником, который занимается обеспечением некоторых «серых» торговых операций некоего влиятельного и внешне законопослушного Дома. Толфан ведь грезил о том, как вольётся в высшее общество, как станет для них незаменимым? Грезил. А что может быть лучше для слабого мага и сына богатого деревенщины из Колхауна, чем роль мальчика на побегушках в не особо чистых сделках? Правильно, ничего. Причём не факт, что толстяк действительно серьёзными делами занимается. Скорее всего он плотно сидит на каких-нибудь мелких торговых операциях и предложение леди Маррой для него станет возможностью подняться выше…
Малк поджал губы и, равнодушно кивнув всё ещё продолжающей натужно улыбаться тётке, покинул здание мыслеграфа. Конфликт с ней был уже забыт, теперь его голову занимали совсем другие вещи.
Проклятье, если это действительно тот самый Толфан, то всё окончательно запутывается. С одной стороны это угроза ловушки. Если Терри сообщила его другу детства с кем назначена встреча, то вместе с толстяком в гостиницу могут прибыть ещё и нанятые обиженными столичными лоялистами боевики. Всё-таки несколько лет назад Малк в Андалоре достаточно поломал чужих планов, чтобы ему могли захотеть отомстить. Да и возможность слежки за контактами Толфана со стороны Столпов или Тёмной Канцелярии так же со счетов сбрасывать не стоило.