Академия Дивинат, или Принцесса для Темного (СИ)

Я глядела на его профиль и никак не могла поверить в то, что вижу. Но я верила — безумно сильно верила — тем чувствам и ощущениям, что захватили меня с головой.
Впервые за все время нахождения в Дерил-де-Лое я почувствовала себя в безопасности. Возможно, это иллюзия, ведь, как ни крути, в зале полно чернокнижников, сильных магов, которые могут задавить нас числом. Но за его спиной… боги, я ощущала себя как за непробиваемым барьером.
— Ты совершаешь ошибку, Деймон, — прохрипела Церрия, вцепившись в его руку. — Не сомневайся: я не оставлю твою наглость без ответа.
— Неужели? С нетерпением жду твоего хода. Если у тебя хватит на него сил.
Мужские пальцы запылали ярче, обжигая кожу до волдырей. Церрия вскрикнула в тот самый миг, когда двери зала распахнулись и внутрь втекли вооруженные люди, сразу узнаваемые по вышивке на груди в виде черепа. Легионеры.
Их вел король. В этот раз — я надеялась — настоящий король, а не некто, спрятанный под его личиной.
Больше чернокнижники не стали ждать распоряжения со стороны своей королевы. Они кучей нахлынули на некромантов, те в свою очередь набросились в ответ под громогласное командование Аарона.
В зале воцарились суматоха и кровопролитие. Полутьму озаряли яркие всполохи магии, мечи разили наповал, кто-то умудрялся бежать, других ловили и обезвреживали… Я успела заметить, как вскочил на ноги отец, но его неожиданным образом повалила Кристабель. Тео сидел как приклеенный, а Далина…
Она вдруг оторвала меня от стула, и я в то же мгновение ощутила кожей шеи холод металла.
— Отпусти мою мать, некромант, — прорычала, привлекая внимание Деймона. — Или я перережу твоей кукле глотку прямо на твоих глазах.
Мужчина медленно поднялся, увлекая за собой Церрию, продолжая сжимать ее горло, словно не слыша ни угроз, ни страдальческих вздохов королевы.
— Блеф у вас прескверный, принцесса, — рыкнул в ответ, но пламя потухло, выдавая его с потрохами. Каким бы ни был этот блеф, он в него поверил. — Диана нужна вам живой — убивать полукровку весьма невыгодно.
— Мне нужна живой моя мать. И если цена ее свободы смерть твоей суки, то я с удовольствием тебе заплачу. А уже после всажу нож в твое сердце.
Лезвие приникло к коже сильнее, раня до первых капель крови.
Я стиснула челюсти, стараясь не шевелиться, и встретила взгляд Деймона. Из него сочилась злость напополам с тревогой, на скулах вздувались и опадали желваки, но его мнимо-спокойный вид придавал мне уверенности.
Хватка его ослабла, он вперил злобный взгляд в Далину позади меня и таким резким движением оттолкнул от себя Церрию, что та, не устояв на ногах, свалилась на пол, ударилась головой до режущего слух звука и… замерла.
Мертва?..
Почему-то при этой мысли сердце тяжело ухнуло в груди и с губ слетел еле слышный вздох.
Похоже, Далина подумала о том же, оттого вдавила нож до моей первой осознанной боли.
— Ненавижу, — прошипела в самое ухо.
Я ухватилась за ее руку, прежде чем она перерезала бы мне глотку. Хотела было оттолкнуть, но мы обе замерли, как только за спиной Дея возник Дерлин.
— Сзади! — вскрикнула я, за что тут же получила неглубокий болезненный порез.
Но невзирая на мой крик, Деймон не успел обернуться. Не успел перехватить руку чернокнижника и избежать кинжала, со всей дури вонзившегося в его шею.
В этот миг из легких выбило весь воздух, сердце застучало так рьяно, отдаваясь гулом в ушах, что я чуть не лишилась слуха. Сквозь этот стук прорвались только хрип Деймона и тяжелый удар его тела о пол.
Все внезапно сузилось до нас четверых — больше я ничего не видела. Адская боль жгла шею, но вовсе не из-за раны, которую оставила Далина, а из-за этого самого кинжала, вонзенного в Дея. Я чувствовала его так остро, будто он был всажен прямо в меня.
Было больно. Чертовски больно и страшно.
Но страх столь стремительно переплелся с яростью — неистовой и свирепой — что я перестала обращать внимания на боль. Уши заложило грохотом, тело налилось ощущением возросшей силы, толкнувшей на безумие. Резко двинула затылком по лбу Далины, вывернула руку, заставляя ее разжать пальцы и выпустить нож.
 
Внутри все клокотало от жгучих, сильных чувств, и впервые в жизни осознавая, что источник переполняет пламя Хаоса, я не стала сдерживать ни капли магии. Ударила по девушке воздушной сферой, отбрасывая ее за стол, к ногам легионеров. И прежде чем Дерлин приблизился бы ко мне, сама дернулась к нему навстречу, ухватила за шею и повалила на пол.
Впиваясь ногтями в кожу, обжигая ее, что есть сил ударила его головой о мрамор. И еще раз, еще… До тех пор, пока он не перестал беспомощно хвататься за мою руку.
Ярость застилала глаза огнем, но я все равно видела, как под его головой растекается лужа крови, чувствовала, как его тело обмякает подо мной, становится похожим на тряпичную куклу. Он едва дышал, сверля меня умоляющим взглядом.
Я могла его добить. Отомстить за причиненную боль и контроль над разумом. Могла бы оборвать жизнь за миг. Могла бы…
Но я не моя мать.
Я не убийца. Не мучитель…
Осознание прошибло стрелой, и я живо разжала одеревеневшие пальцы. Гнев постепенно утихал, возвращая мне контроль над эмоциями. К горлу подкатила дурнота, но я упрямо сглотнула ее. Сморгнула слезы и, больше не чувствуя сопротивления со стороны чернокнижника, поднялась.
— Дей…
Язык, казалось, набух — было тяжело выпускать слова. Все, что творилось вокруг, чудилось нереальным. Неравный бой, крупная белая пантера, разрывающая противников чуть ли не на куски, всполохи магии и крики… Все смешалось, и в эпицентре хаоса я видела лишь Деймона.
Упала на колени рядом с ним, осторожно приподняла его голову, цепляясь взглядом за серебряную рукоять кинжала.
— О боги…
Я знала это оружие. Видела его бесчисленное количество раз. Но каждый раз был как новый.
Каждый раз приносил жуткую боль и награждал меня неисчезающим даже спустя долгие годы шрамом.
— Сейчас, Дей… — заговорила торопливым глухим шепотом. — Сейчас мы это исправим…
Схватилась за рукоять, но не осмелилась вытащить, замерла, уловив, как он замычал от боли. Глаза его на секунду закрылись, вынудив мое сердце болезненно перевернуться. А когда приоткрылись, его взгляд уже был туманным, почти неживым.
— Эй… Смотри на меня, Дей. Все будет хорошо. Подожди немного. Совсем немного... — Выдохнув, выдернула кинжал, из-за чего Деймон испустил преисполненный тяжести вздох, и плотно прижала ладонь к ране. — Не закрывай надолго глаза. Смотри на меня, ладно? Просто смотри…
Я просила его неустанно, пока скапливала энергию в кончиках пальцев. Мне нужно было время. Так много времени в тот момент, когда его осталось так мало…
Магия, как назло, шла лениво и будто не касалась раны. Кровь, льющаяся без остановки, отталкивала все мои попытки спасти ему жизнь.
Мой Хаос не может справиться с оружием Хаоса. Клинок оставил рану, которую невозможно залечить. Которую я никогда не смогу убрать.
Но даже понимая это, я продолжала пытаться, отдавала все тепло, что таилось во мне. А оно убегало в пустоту, не принося никаких результатов...
Дей вдруг посмотрел на меня таким страшно осознанным, внимательным взглядом, словно ловил последние секунды, запечатывая мои черты лица в памяти. Губы дрогнули в полуулыбке, и глаза, неожиданно потухнув, медленно закрылись.
Мое сердце остановилось на один жалкий миг, чтобы в следующий ударить чрезвычайно больно и громко, почти разрывая ребра.
С губ сорвался неверящий вздох, как только голова мужчины безвольно наклонилась набок, утыкаясь щекой в мою ладонь.
— Нет. — Я отчаянно замотала головой, чувствуя, как горящее лицо расчерчивают солоноватые дорожки слез. — Посмотри на меня, Деймон. Ну пожалуйста… открой глаза...
Потрясла за плечи. И снова… Но он молчал. Я не слышала его. Не слышала стука сердца.
Лицо безмятежное, без любимой улыбки, исчезнувшей сразу же, как он…