Академия Дивинат, или Принцесса для Темного (СИ)

— Я боялся, что соблазн окажется сильнее, — шепчет, огибая стол.
Едва ли не бегом приближается ко мне, хватает за плечи и впечатывает в широкую твердую грудь, от ощущения которой все тело покрывается мурашками. У меня сердце замирает от этой близости — такой желанной и необходимой в это странное волнующее мгновение.
— Прости за это, — продолжает шептать и, когда я сжимаю пальцами ткань его рубахи, крепче прижимает к себе. — Я не думал, что ты так сильно хочешь получить книгу. Но…
Он замолкает, и появляется ощущение, что его сердце замерло вместе с ним.
И забилось вновь, как только он произнес:
— Но иные чувства одержали верх.
Из моей груди все же вырвался всхлип, смешанный с каким-то нервным, но довольным смешком. Несильно ударила его кулаком по спине.
— Дурак, — выдохнула в плечо и почувствовала, как он слегка вздрогнул. — Ты обо всем знал.
— Вернее, догадывался, — поправил с улыбкой, сквозившей в низком голосе. — Первые сомнения посетили, когда ты отказалась выходить за меня. Я подумал, что, раз уж тебе не нужны мои статус и влияние, значит, ты охотилась за чем-то более ценным. А у моей семьи нет ничего ценнее, чем сокровище династии Бекфордов.
Я замычала в его рубаху в попытке подавить неожиданно вспыхнувшее внутри горячее чувство. Оно залило собой все лицо — щеки и уши загорелись румянцем. Это было даже не смущением, а настоящим стыдом.
— Мне так стыдно, — призналась вслух. — Стоило рассказать тебе…
— Нет, для стыда нет места. — Он оторвал меня от себя, сжимая плечи, заглянул в глаза. — Конечно, я не знаю, что сделал бы, если бы в итоге ты выбрала книгу… Но ведь этого не произошло. — Его улыбка стала шире. Довольнее. — Что ты чувствуешь? Расскажи.
— Ну… — Я нахмурилась, концентрируясь на своих ощущениях. Внутри было тепло, но это тепло постепенно превращалось в жар из-за близости Деймона, из-за его запаха и внимания. Этот жар мог поглотить меня — я это прекрасно понимала. — Искушения больше нет, если ты хотел услышать именно это.
— Именно это я и хотел услышать, — подтвердил тотчас и резко оторвал меня от пола, обхватив за ягодицы. Я едва не вскрикнула, когда наши лица оказались почти на одном уровне и на соблазнительно опасном расстоянии друг от друга. — Но ты ведь понимаешь, что за такое искушение полагается наказание?
— И каким оно будет на этот раз?
Грудь опалило трепетное предвкушение, и я даже не испугалась, когда мужчина усмехнулся в такой манере, от которой у меня обычно подкашивались ноги. Напротив… мне было спокойно рядом с ним.
Еще никогда и ни с кем не было так спокойно. Я ощущала себя в полной безопасности, будто была окружена непробиваемым куполом.
— Сладким, думаю, — ответил тихо и двинулся к столу.
Усадил прямо на него и прижался чрезвычайно близко, давая почувствовать, как твердо и горячо у него в паху. Смущение вспыхнуло на лице с новой силой, но не успела я в нем потонуть, как Дей мягко накрыл руками щеки и притянул к себе, впиваясь в губы долго ожидаемым поцелуем.
Тело отреагировало так остро, словно всегда нуждалось в этом поцелуе. Напряглось от сдерживаемых чувств, слабо задрожало. Мужская ладонь накрыла грудь, опаляя кожу сквозь тонкую белоснежную ткань.
Я не смогла сдержаться. Выпустила стон, когда он прижался губами к шее, аккуратно ухватив за волосы и оттянув голову назад. Влажная дорожка от уха до ключиц загорелась пламенем, и внутренний огонь волной прокатился по телу, вынуждая его вздрогнуть и запылать так сильно, что одежда могла вспыхнуть в любой момент.
Оно и к лучшему… От нее все равно хотелось избавиться.
— Скажи мне, — произнес хрипло, выпрямившись, и приподнял двумя пальцами подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза, — что ты хотела узнать из книги?
Я точно оказалась в ловушке. Касание было мягким, но мне чудилось, что при всем желании я не смогу вывернуться, избежать взгляда и уж тем более ответа на этот каверзный вопрос. Но и не ответить я не могла. Любая тайна будет кирпичом в стене между нами — а я вовсе не желала выстраивать ее.
 
— Я узнала об одном заклинании… — начала неуверенно, с трудом выдерживая внимательный взгляд настолько бездонных глаз, что в них можно затеряться без шанса еще хоть раз увидеть свет. — Оно помогло бы избавиться… отних.
Дей нахмурился, как делал всегда, когда ему что-то крайне не нравилось. Его хмурый взгляд преследовал меня с начала обучения в академии, но сейчас он не был лишен нежности, яро борющейся с этой хмуростью.
Я не знала, что в итоге победит и какая реакция на мои слова надолго осядет в его сердце. Такая неизвестность пугала похлеще, чем любая другая.
— Диана, — выдохнул наконец, легонько качнув головой. — Тебе не нужно избавляться от них. — Он коснулся скулы, где заканчивался шрам. Я постаралась не дышать, чувствуя, как от его пальцев исходит тепло. — Они часть тебя. Не портят, не обременяют. И если ты хочешь чего-то добиться, то должна сделать это, сохранив всю себя. Тебе не нужно меняться, чтобы кому-то что-то доказать или вернуть желаемое. Ты прекрасна, принцесса, такая, какая есть.
Сердце затрепетало от столь чутких слов, посылая по всему телу волны удовольствия, и заныло, когда Деймон поцеловал снова. С еще большей страстью, с еще большим желанием и остервенением. Как будто мы давно не виделись. Как будто это была наша последняя близость.
Как будто мир в скором времени расколется на части, и у нас есть всего несколько мгновений, чтобы насладиться друг другом. Чтобы запомнить запах нашего огня и не забыть его даже после смерти…
— Дей… — приложив немало усилий, оторвалась от его губ, обхватила за щеки, встречая полный вожделения взгляд. — Я нуждаюсь в тебе.
Я хочу тебя.
Было так трудно произнести эти слова. А до этого мига они срывались с уст легче. В разы легче. Что же изменилось?..
— Конечно, принцесса, — он улыбнулся, растапливая напряжение. — Я нуждаюсь в тебе не меньше. И хочу, чтобы тебе было хорошо.
Вспышка жара окутала, стоило различить в его тоне нежные хриплые нотки. Дернулась навстречу первой, поцеловала — жадно и ненасытно, как пьют воду в знойный день во время долгой дороги. Его руки пробежались по моей груди, животу и талии... Забрались под юбку, коснулись бедер, обжигая кожу мягкостью.
Мысли засуетились, сбиваясь в кучу, пальцы впились в широкие плечи, чтобы притянуть его как можно ближе. Мы приникли друг к другу с отчаянием, целуясь так, словно это было единственной возможностью дышать. Но дыхание сбивалось… Становилось шумным, поверхностным и горячим.
Мое тело растеклось в его руках и тут же напряглось, полыхнув огнем, когда подушечки пальцев прикоснулись к влажной ткани. Он подцепил тесемки белья и потянул его вниз, опускаясь следом, из-за чего я отцепилась от него и проследила за этим дико интимным движением широко распахнутыми глазами.
Стянул белье по одеревеневшим ногам, беззастенчиво скользя пальцами по коже, оставляя легкие следы, которые горели так неистово, точно их прокладывал сам Хаос.
Снял, отбросил в сторону… и вдруг приподнял платье, приближаясь лицом к уже горящему самым что ни на есть губительным огнем месту.
— Дей… Что ты делаешь?
Голос вышел глухим, тихим, а сам вопрос показался глупым, ведь я ясно понимала, что он собирается делать. И несмотря на компрометирующую позу, неприличность ситуации, мне… страстно этого хотелось.
— Я хочу, чтобы ты кончила, Диана. Сильно. Сделаешь это для меня?
Лицо вспыхнуло от дерзких, неприкрытых никаким стеснением слов. Голова загудела от роя неразборчивых мыслей, а сердце положительно завопило вместо меня. Оно кричало, подначивало его продолжать. Било по ребрам как сумасшедшее.
Мужские губы заскользили по внутренней стороне бедра, покусывая кожу, принуждая тело вздрагивать. Он нырнул головой под ткань, сдвигая меня к краю стола, смело забросил ноги к себе на плечи, и я вся напряженно замерла, ощутив внезапно горячее дыхание у чувствительного треугольника.