Академия Дивинат, или Принцесса для Темного (СИ)

Сомневаюсь, что я достойна спокойной жизни. Но бороться за нее готова.
— Да, — шепчу наконец и нервно сглатываю. — Я выйду за тебя.
Слова тут же запечатываются поцелуем. Нежным, осторожным, скрывающим разгорающееся желание. Дей притянул ближе, полностью обездвиживая. Скользнул рукой вниз, переплел наши пальцы. Тело задрожало в его руках, и я никак не смогла подавить эту реакцию — знакомую, но еще непривычную.
Наверное, мне не дано привыкнуть к его близости. К нежности, несвойственной такому человеку. Каждый раз будет как первый. Каждый новый поцелуй будет вкусным и головокружительным, выбивающим из реальности то на секундочку, то на долгое мгновение.
Он легонько прикусывает мою нижнюю губу, а после целует исступленно, с жадностью, выливая ожидание в опаляющую страсть. Почти грубо, но осторожно. Жестоко, но в то же время с благоговением… Такая противоречивость убивает.
Какое-то новое, совершенно незнакомое ощущение всколыхнуло сердце, а затем еще раз, гораздо сильнее, до боли в груди.
— Что это?
Заглянула в глаза, оторвавшись от него на жалкий дюйм. Внутри стало щекотно и больно одновременно.
— Нужно произнести клятву. Повторяй за мной.
Низкий, немного охрипший от желания голос заставил мои коленки дрожать. Я кивнула, приложив немало сил, чтобы стоять ровно, но жаждая довериться его рукам и расслабиться окончательно. Упасть вдвоем на мягкие подушки, моментально оказавшись в спальне. Утонуть в его объятиях и еще раз прикоснуться нагим телом к его — горячему, желанному, тревожащему сознание чуть ли не каждую минуту.
— Я, Деймон Аллард Бекфорд из Эрисфейла, клянусь тебе, Диана, в вечной верности и связываю свою жизнь с твоей перед богами и Хаосом, не препятствующим этому союзу, — произнес полушетом, крепче сжав мои пальцы своими. Между ними словно вспыхнул огонек, обжигая и мгновенно оплетая жаркими невидимыми нитями руки.
На миг лишилась дара речи, сглотнула, но, заприметив мягкую улыбку на его лице, повторила клятву:
— Я, Диана Эйрена Ла Ноэр из Дерил-де-Лоя, клянусь тебе, Деймон, в вечной верности и связываю свою жизнь с твоей перед богами и… Хаосом, не препятствующим этому союзу.
Слова отозвались в груди резкой, неожиданной болью. Сердце затрепетало столь сильно, что я, не удержавшись, тяжело выдохнула. Дей выдохнул вслед за мной и поднес наши переплетенные пальцы к лицу. Прикрыл глаза, зашептав нечто похожее на заклинание, но на незнакомом мне языке.
Кожу ладони и запястья тотчас зажгло, и возникло желание отдернуть руку, но я сразу отмахнулась от него и плотно стиснула челюсти.
Я могла это вытерпеть. Это не та боль, перед которой я должна сдаться. Она обещала вихрь беспощадно сильных чувств и ощущений. Обещала защиту этого человека. Обещала его вечную любовь…
Такую же, которую он неустанно показывал в каждом действии, выражал во взгляде, смаковал губами, произнося мое имя. Не скрывал, когда шептал нежности и даже когда ругал. Никогда ее не прятал.
Поэтому я знала, что за этими мучениями придет томительно ожидаемое чувство легкости.
И оно пришло. Удивительно быстро и внезапно. Обдав волной наслаждения и сгустившись где-то у сердца. Мы одновременно выдохнули, посмотрели друг другу в глаза, привыкая к новому ощущению. Оно слегка давило на грудь и в то же время ласкало. Пьянило и тревожило.
А кожу все так же жгло до дикой жажды почесать… Но я не отваживалась разомкнуть наши пальцы. Страх все испортить щекотал нервы.
— Моя жизнь в твоих руках, Диана, — говорит тихо. — И не только на словах.
Дергает рукав рубахи, оголяя предплечье. То же самое проделывает с моим рукавом.
Чуть опьяненный взгляд фокусируется на наших руках, и я замечаю одинаковый узор, тонкой волнистой линией охватывающий и его, и мое запястье.
Сердце боязливо вздрагивает, когда до меня наконец доходит вся серьезность ситуации.
Его жизнь в самом деле отныне принадлежит мне, как и моя принадлежит ему. Его дыхание, сердце, отведенные годы жизни — все это в один миг может стать моим, если я вдруг… умру. Он способен оживить меня с такой же легкостью, как некромант оживляет мертвяков на кладбище. Но в отличие от нежити я буду такой же, какой была при жизни: разумным, чувствительным к миру существом. Он может отдать все это добровольно без моего согласия. И я тоже.
 
Загвоздка заключается в том, что один из нас при таком раскладе погибнет вместо другого. Худшая участь для обоих, как ни погляди. Связанные до самой смерти. Эта связь крепче любого металла мира. Крепче любых уз, возникающих при иных обрядах.
Лишь один вид заклинания способен создать такую связь. Глубокую, но опасную связь.
Я много слышала о древнем венчальном обряде темных эльфов, который уже не используют даже сами эльфы, но никогда и мысли не допускала, что смогу прочувствовать его на себе.
Насколько мне известно, он связывает только в том случае, если в возлюбленных течет эльфийская кровь. Деймон полукровка, но я-то человек…
— Разве это связывающее заклятие создано не на забытом языке? Откуда ты про него знаешь? — нарушаю молчание одним из тех вопросов, на которые нестерпимо хотелось получить ответы. — Да и сам текст заклинания… Он же был утерян еще задолго до объединения королевств.
— Забыт, да… но не утерян, — ответил спокойным голосом, хотя я ощутила эту почти неуловимую запинку в его речи, как бы говорящую, что мои вопросы излишни. — Практически все древние заклинания хранятся в книге заклятий Короля Терния, моего дальнего предка. Это семейная реликвия, которую я обязался хранить, принеся клятву отцу, а после его кончины и своему брату. — Кажется, уловив, мою растерянность, он улыбнулся, но вряд ли догадался, какова истинная причина моего смятения. — Она, кстати, хранится здесь, в замке. Мне следует показать ее тебе, поскольку фактически ты стала частью дома Бекфордов. Но давай ненадолго отложим сие действие… Нас уже ждут.
Все внутри напряглось, и в голове настойчиво забились слова:
«Она хранится здесь, в замке».
Здесь.
Она правда здесь.
О Хаос, этого просто не может быть…
Почему именно сейчас боги решили поглумиться надо мной? Почему они вновь взывают к моей корысти? Я ведь так близка к тому, чтобы сорваться… Чудилось, что без усилий и угрызения совести забуду о данной несколько мгновений назад клятве и вернусь к первоначальному плану. Использую его любовь в своих целях. Грязно и подло, как желала сделать с самого начала.
— Идем? — Дей мягко сжал ладонь и чуть склонил голову набок, привлекая к себе внимание.
Нет… О чем я вообще думаю? Я больше не могу предать его доверие. Теперь точно не могу.
— Куда? — шепнула растерянно, все еще пытаясь отогнать эгоистичную мысль.
— В столовую. Мама вернулась. Хочу вас познакомить.
Мама. Твою же нежить…
Он потянул меня за собой, а я прикусила язык, чтобы случайно не выдать нечто глупое и невразумительное.
Всю меня бросило в жар — в этот раз в удушающий, чудовищно жгучий жар. Ноги, налившись тяжестью, едва слушались, ступая неуверенно и как-то шатко. В висках начало покалывать, и появилось тошнотворное ощущение, что внутри все трясется.
Я боялась. Страшно сильно боялась. И не понимала, чего больше: встречи с дорогой для Деймона эльфийкой или желания заполучить книгу заклинаний — ценнейшую вещь во всем Эрисфейле.
Вещь, ради которой я и добивалась любви принца.
  
40. Мать и сын. Диана
 
Эльфы отличались от людей утонченностью, высоким ростом, непревзойденным изяществом и красотой. Все это можно было сказать и о маме Деймона, вот только…
Меня очень смутил ее боевой дух, который с легкостью прослеживался в уверенной походке, изящных и в то же время резких движениях. До того, как встретиться с ней в коридоре, я прогоняла в голове ее образ, и в итоге у меня перед глазами нарисовался облик нежной и кроткой женщины, облаченной в платье.