Ксандер (ЛП)

— Джордан? – карие глаза Кая метались между нами. — Разве не так зовут твою... – он неловко замолчал.
Мачеху, – молча заполнила я пробел.
 Ксандер бросил на Кая угрожающий взгляд.
 Я нервно заерзала под столом. Кай, может, и качок, но он не был дураком. Очевидно, он знал, что мачеху Ксандера тоже зовут Джордан, и понимал, что то, что у таинственной девушки с тренировки было такое же имя, не было совпадением.
 О, Боже. Он, должно быть, решил, что у Ксандера Эдипов комплекс12, а я – самая большая шлюха. И единственное, что я могла сделать, – это опровергнуть обвинение.
 К счастью, прежде чем мне пришлось прибегнуть ко лжи, в дверь вошла толпа громко болтающих мужчин. Они обступили нас сразу же, как только заметили, громко подшучивая друг над другом из-за прошедшей тренировки. Ксандеру, похоже, досталось больше всех.
 Знакомство было быстрым и сопровождалось личными анекдотами. Это было странно ошеломляюще, особенно с учетом того, что я работала в сфере продвижения людей.
 Полагаю, это было связано с тем, что Генри никогда не приглашал меня на обычные вечера со своими друзьями. Его неодобрение моей лучшей подруги поставило крест на ограниченных дружеских связях, которые я поддерживала. Тогда я была слишком уязвима, чтобы сопротивляться, а Пия никогда не злилась на наше отчуждение, хотя это и не уменьшало боль.
 Мое психическое состояние задало тон нашему браку. Холодность Генри проявлялась всякий раз, когда я участвовала в светских мероприятиях. Он настаивал на ненужной охране, а в конце концов и вовсе запретил мне выходить в свет.
 Хотя я устраивала и вела бесчисленные вечеринки для него, они проходили у нас дома или в его офисе и были направлены только на продвижение его карьеры. Я была реквизитом, чтобы очаровывать его деловых партнеров, но каждый раз, когда вечер заканчивался, я чувствовала пустоту и оцепенение. Я сделала его своей жизнью, пока не оказалась в ловушке под чашей одного из его изысканных хрустальных бокалов для шампанского. Я не могла увидеть свою тюрьму в истинном свете, пока почти не кончился воздух.
 Я не была в баре бог знает сколько времени. Впервые за многие годы я по-настоящему общалась с людьми, а не развлекала их. Я забыла, каково это – тусоваться с компанией друзей и активно участвовать в разговоре. Настолько, что мне нечего было добавить.
— Она почти не открывает рот, – сказал мужчина с безупречной светло-коричневой кожей. Из того, как нас представили друг другу, я запомнила его как Эймоса.
 Он говорил так, словно меня здесь не было, поэтому я не ответила. Вместо этого я принялась жевать картошку фри и маленькие бургеры, которые заказал Ксандер. Я сделала глоток фруктового пива и с удивлением посмотрела на этикетку, обнаружив, что оно мне нравится. Я никогда не была поклонницей подобных напитков, но это было легким и изысканным, почти напоминая мне игристое вино.
— Тебе там хорошо? – Эймос приподнял брови, глядя на меня с небольшой полуулыбкой, как будто мы разделили личную шутку.
 Ксандер бросил на Эймоса предупреждающий взгляд за то, что тот слишком долго смотрел на меня. Иисусе!
— О, да, ей хорошо. – На лице Адриана появилась усмешка, его темно-карие глаза оценивающе пробежались по мне. Еще один парень с черными волосами и идеальной кожей, хотя у него был более оливковый оттенок. — Ей очень, очень хорошо.
— Полегче, – спокойно сказал Ксандер, но меня не обманул мягкий тон. В его глазах мелькнуло безумие, которое я начала узнавать слишком хорошо. — Больше не смотри на нее так. На самом деле, не смотри на нее вообще.
 Моя спина напряглась, я надеялась, что никто не уловил его собственнических чувств.
— Ты в порядке? – спросил Кай.
— Да, – ответил Ксандер, но не стал ничего объяснять.
 Кай поджал губы.
 Любой, у кого есть глаза, мог понять, что что-то происходит по тому, как Ксандер разглядывает меня, а Кай к этому моменту уже наверняка догадался, что я его мачеха. Территориальное поведение друга беспокоило его. Это было написано у него на лице и в его молчаливом общении с Ксандером.
 
 Один из его товарищей по команде, которого мне представили как Хантера, тоже, похоже, был обеспокоен вспышками ревности Ксандера. Со своим точеным лицом и напряженным выражением Хантер был похож на Ксандера, за исключением более светлых волос и глаз.
— Ты уверен, мужик? Ты ведешь себя немного... – он замолчал.
 Кай открыл и закрыл рот, как будто хотел рассказать обо всем остальным.
 Ксандер уловил намек, его глаза потемнели от нахлынувших мыслей, и он взял инициативу в свои руки.
— Просто чтобы все понимали, Джордан раньше была с моим отцом, – пояснил он, старательно умолчав о том, что я его мачеха. Быть вместе с его отцом было намного проще, чем быть замужем за ним. Он добавил: — Но я заставил ее уйти от Генри после того, как он ее побил.
 Жужжащая пауза заставила меня осознать, что музыкальный автомат замолчал. От унижения я отвела взгляд, не в силах встретить их сочувствующие взгляды. Как он мог так бесцеремонно объявить о моих личных делах?
— Она останется со мной. Я планирую защитить ее от этого придурка и не хочу, чтобы кто-то смотрел на нее или заставлял ее чувствовать себя неловко. Есть вопросы?
 Я ожидала, что после его смелого заявления раздастся взрыв негодования. Возможно, и несколько дополнительных вопросов.
  Что произошло? 
  Ты уверен, что хочешь вмешиваться в дела своего отца? 
  Как твое вторжение в личную жизнь отца будет выглядеть в прессе?  
  Она не стоит таких хлопот. 
 К моему удивлению, мужчины вернулись к своим орешкам и разливному пиву.
 Возможно, его бестактное заявление сработает к лучшему. Парни могут решить, что Ксандер действует территориально, чтобы защитить избитую женщину.
 Наконец Логан, напоминающий мне серфера из 90-х своими взъерошенными светлыми волосами и кривой улыбкой, нарушил неловкое молчание.
— Мой отец был таким же засранцем. Пятнадцать лет ему сходило с рук то, что он поднимал руку на мою маму. В конце концов, его посадили в тюрьму из-за ДТП и бегства с места происшествия. Иначе он бы до сих пор превращал ее жизнь в ад.
 Ксандер сочувственно кивнул.
— Мой отец ничем не отличается. Он думает, что никто не заступится за Джордан, и она вернется к нему после того, как он избил ее.
— Нельзя, – выпалил Логан. — Ты не можешь вернуться к нему, Джордан.
 Зловещее предостережение в его голосе заставило мое сердце сделать сальто. Логан посмотрел на меня умоляющим взглядом – если я не ошибалась. Также был намек на неуверенность в том, уместно ли поднимать эту тему, учитывая, что мы были знакомы меньше часа.
— Я знаю, как работают абьюзеры. – Он сочувственно понизил голос. — Сначала он извинится и скажет, что это никогда не повторится. Потом какое-то время он будет относиться к тебе по-настоящему мило, дарить цветы, водить на ужины. Но будь уверена, он отправит тебя в больницу еще до истечения месяца. Если он ударил тебя один раз, а ты вернулась к нему, это вызовет новую волну насилия. Потому что теперь он будет знать, что ему все сойдет с рук.
 Ксандер внимательно наблюдал за мной во время пламенной речи Логана, но ему не стоило беспокоиться.
— Я не намерена возвращаться к Генри, никогда, – прямо сказала я и увидела, как Логан облегченно выдохнул. Если измены было недостаточно, то домашнее насилие и ад, через который он заставил пройти бывшую жену, довершили дело. Я, наконец, увидела Генри таким, каким он есть, – подонком. В прошлом я уступала ему, но теперь была готова бороться с Генри за свое опекунство до последнего. Даже судебный приказ не вернул бы меня к этому человеку.
— Он отказывается это принимать, – вклинился Ксандер. — Он пишет мне без остановки уже два дня. Думает, что может угрозами заставить меня отправить ее обратно.
 Я нахмурилась.
— Он угрожал тебе? Ты не говорил мне об этом.