Метаморфоза (ЛП)

Марипоса шлепнула рукой по воде в разочаровании, а затем позволила воде утянуть себя в свое подводное царство. Она всплыла через секунду. Она не задыхалась, но зрачки у нее были расширены. На долю секунды она остановила на мне взгляд, и прежде чем она успела добраться до меня, я уже доплыл до нее. Я никогда не видел, чтобы она плавала так быстро. Она обвила руками мою шею и обхватила ногами мою талию.
— Что-то, — вырвалось у Марипосы, когда она указала за спину, — коснулось меня.
На глубине вода была темно-синей, и в ней было не так легко разглядеть происходящее, как на мелководье.
Ее глаза остановились на моих губах, а затем сузились к моим.
— Ты смеешься надо мной, Капо?
— Ты чертовски милая, — признался я.
Прежде чем Марипоса успела ответить, я переместил ее себе на спину, а затем отправился на поиски того, кто посмел ее тронуть.
— Капо!
— Не отпускай меня, — сказал я ей.
— Ты!..
Ее слова были заглушены шумом воды у меня в ушах. Она держалась крепко, почти душила меня, а ногами буквально выдавливала жизнь из моего солнечного сплетения. Она не могла долго задерживать дыхание, поэтому через десять секунд или около того я поднял нас обоих обратно на поверхность.
— Какого черта...
Я поднял пучок водорослей, и она прекратила поток жалоб на полуслове.
— Вот кто на тебя напал.
Несколько волн устремились в нас, а она разразилась заразительным смехом.
— Ты уверен?
— В воде никогда нельзя быть на сто процентов уверенным, но вокруг больше ничего нет.
— Кроме них. — Она указала на водоросли в моей руке.
Три или четыре лодки показались где-то вдалеке, но стремительно приближались.
Ее дыхание отразилось от моей шеи, когда она вздохнула.
— Наше голое свидание подошло к концу.
— Так вот как дети называют это в наши дни?
Марипоса слегка рассмеялась.
— Вот что это такое. — Она заколебалась, но потом мне показалось, что ее позвоночник напрягся. — Мне наше голое свидание понравилось. Мне хотелось бы это повторить.
— Это еще не конец, — сказал я.
— Голая часть - да, — сказала Марипоса.
Я усмехнулся, но она этого не заметила.
— Неизвестно, найдут ли люди эти частные пляжи, но у нас еще впереди немало островов. — Я начал перемещать нас ближе к берегу. Моя жена хотела отпустить меня, но я ухватился за ее нежные запястья. — Морские водоросли или что-то более гнусное, кто знает. Просто держись за меня.
— Ты распугаешь своим видом всех монстров, — заключила она.
Марипоса не отпускала меня, пока я не подобрал ее одежду и не передал ей.
  
5
 
 
МАРИ
 
Пляж быстро заполнился людьми после того, как лодки подошли к берегу. Они продолжали прибывать с интервалами, высаживая такое большое количество людей. Мы уже заняли место в проеме скалы, поэтому всем остальным пришлось поставить свои зонтики и разложить полотенца подальше.
После купания мой желудок издал недовольный звук, и Капо указал на сумку, которую мы взяли с собой. Затем он пошел на лодку и принес с собой еще одну сумку. Мы ели что-то вроде холодной греческой пасты с оливками, охлажденные фрукты и курицу, которую Капо жарил на гриле.
Все это было так вкусно, да еще и солнце припекло, так что я решила понежиться под зонтом, любуясь пейзажем. Капо раскрыл собственный зонт и последовал моему примеру. Казалось, что после этого день пошел быстрее, и не успели мы оглянуться, как наступило то время суток, которое заставляет мир светиться.
Небо приобрело нежно-розовый оттенок, к нему примешивались фиолетовые оттенки, и все вокруг нас казалось более мягким, словно тронутым светом. Моя кожа даже стала мягче, возможно, от солнца и моря, а глаза начали слипаться от такого богатого событиями дня.
— Марипоса.
Я моргнула и подняла глаза. Капо стоял надо мной, закрывая от оставшихся бликов солнца. Он протянул мне руку, и я взяла ее. В свободной руке он держал мой шикарный фотоаппарат.
 
— Подожди, — сказала я. — Мой телефон. — Даже если здесь не было мобильной связи, я хотела сохранить на нем несколько фотографий, а он лежал на верху моей сумки, когда я отдыхала.
— В кармане. — Капо достал его и протянул мне. Я сунула его в сумку.
Мы прошли по пляжу к голубой деревянной лодке, рука об руку, и Капо помог мне сесть в нее, а затем забрался внутрь. Лодка покачивалась на мягкой волне, а потом Капо развернул нас, и мы начали двигаться к отверстию в пещере.
Здесь было темно, пока через пролом в скале не пробился луч света. Он бил прямо вниз, с силой ударяясь о воду и подчеркивая ее почти невероятный голубой цвет.
Кили любила книги в стиле фэнтези, и я сделала мысленную зарубку рассказать ей, что была чертовски уверена, что открыла в этом месте портал в неизведанные миры. Должно быть. Это было так нереально. Как здесь было красиво. Каким волшебным казалось все вокруг.
Я прислонила фотоаппарат к груди и достала свой мобильный телефон. Сделала несколько снимков воды, рыб, плавающих вокруг и отбрасывающих тени, а затем сфотографировала Капо. Этот электрический синий цвет воды с тем, что казалось чернильной рыбой, можно было легко найти и в его глазах.
— Как называется это место?
Несколько рыб приблизились к лодке, и я поняла, что они были серебристыми. На них падал свет, отчего они почти искрились. Точно так же, как когда солнце падает на лазурную воду.
— Пещера Нафсика, — произнес Капо. — Она была названа в честь принцессы Нафсики. Говорят, что именно она стала спасительницей Одиссея.
— Одиссея?
— Его римское имя Улисс. Царь Итаки. Известен своей хитростью и находчивостью.
— Ах, — сказала я, думая о Капо, когда он произносил последнюю часть речи. Описание в точности соответствовало ему. — Похоже, если бы она не спасла его, он бы спасся сам.
Капо рассмеялся, что застало меня врасплох. Смех был с хрипотцой, почти грубым, и мне понравилось, как он звучал.
— Если бы это было так, он бы не назвал пещеру в ее честь.
— Может быть, тогда она чувствовала, что это того стоит, — сказала я.
— А вот это все,.. — Капо обвел рукой вокруг, — стало бы это стоящим для тебя?
Его по-настоящему интересовало, что я отвечу. Капо смотрел безотрывно в мои глаза, пока мы плыли над водой, которая была насыщеннее, а может быть, даже глубже. Как будто кто-то пролил масло на бирюзу, но это был лишь обман, созданный игрой света.
Я не знала всей истории, но я думала об этом со своей точки зрения.
— Если бы речь шла обо мне? А вот и нет. Мне не нужна пещера, названная в честь меня, или что-то в этом роде. Я бы сделала это по какой-то причине, а может, и по двум. Может быть, он спас ее каким-то образом? Может, она сначала тонула, в метафорическом смысле, и, спасая его, спасла часть себя. Потом он сделал грандиозный жест и...
— Вот мы и на месте, — сказал Капо.
— На месте. — Я еще раз огляделась вокруг, мои глаза сосредоточились на воде, когда я дошла до нее, затем сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, когда кое-что поняла. — По дороге сюда я подумала, что было бы неплохо закатать небольшую часть воды такого цвета на зиму. Имею в виду, что зима по-своему прекрасна, но она всегда казалась мне такой жестокой. Как будто я чувствовала холод глубоко внутри своих костей, и он отказывался уходить, даже если я была одета в теплую одежду. Тепло обжигает, но и холод тоже. — Я сунула палец в воду, немного покрутила им, а затем встретилась с ним взглядом. — Не думаю, что мне нужно забирать часть ее с собой.
Может быть, раньше... но сейчас, все, что мне нужно, это посмотреть на тебя. Заглянуть в твои глаза. Эти слова вертелись на кончике моего языка, но я их не произнесла. Атмосфера была слишком интимной, и слова казались нежными. Однако от этого они не становились менее правдивыми.