Пленница по имени Никто (СИ)

- Я так понял, что из Гриммо они не уйдут, - пожал плечами граф, - и будут дразнить тебя, бегая под окнами. Пускай скачут во внутреннем дворе. Всем спокойнее и безопаснее. Всё же и моя вина в том, что ты смогла покинуть дом...
Я даже взвизгнула от радости и тут же бросилась к Шантарро. Вид у него при виде меня сделался растерянный. Но кто помешает мне сказать спасибо? Никто!
- Спасибо! - обнимая графа, выдохнула я. - Спасибо!
Во мне было столько радости, что логика, здравый смысл и осторожность утонули в тёплых волнах небывалой эйфории. И куда подевалась моя дальновидность? Повисать на мужчине, вот таким вот наглым образом, было глупостью. Страшной глупостью. даже для вещи.
  
Глава 22
 
Помешательство чистейшей воды! Бред! Идиотизм! Инстинкты, и только! А как ещё можно было обозвать этот совершенно неадекватный порыв, который выкинуло его тело? Никакого другого объяснения Роан так и не смог придумать. Это все эти элементали, с их вздором о любви и всякой сопливой чуши. И Майри, с её детскими порывами и наглым поведением.
Он просто хотел быть справедливым. Да. Только это. Хотя это тоже глупости, ведь к чему быть справедливым с вещью? К чему щадить её чувства? Чтобы увидеть ещё раз тот её взгляд?
И он был, это взгляд, от которого сердце на миг замерло в груди, а потом принялось скрестись где-то под рёбрами, будто у припадочного. А Майри опять висела на шее гирей, прижималась к груди и улыбалась так, будто получила в подарок все звёзды мира, а не свидания с троицей оборванцев. И от её улыбки становилось тепло и как-то иначе виделся весь этот чёрно-белый мир. И зияющая дыра в душе становилась не такой бесконечной, не пугала так своей чернотой.
Поцелуй получился совершенно случайно. Роан даже не понял, когда и по какой причине полез к Майри обниматься. Будто в пьяном угаре наклонялся всё ниже, как зачарованный, вглядываясь в два изумрудных омута. И тонул, тонул, тонул.. .Чувствовал, как где-то рядом с его грохочущим сердцем колотится сердце девушки. Логика отказала окончательно. Роан чувствовал себя пьяным в стельку, когда целовал Майри. Будто никогда до этого не целовался.
Она что-то невнятно пискнула и попыталась его оттолкнуть, Роан и сам понимал, что творит совершенную дичь, но ничего не мог с собой поделать. Хотелось обнимать, прижимать к себе и целовать до чёрных мушек перед глазами.
Но из глаз брызнули звёзды. От неожиданности Роан взвыл и разжал объятия, хватаясь за колено, в которое получил пинок. Майри зашипела и отскочила в сторону, почти перепрыгнув кресло.
- Что же ты такая несдержанная, - прокряхтел граф, потирая ушиб.
Майри стояла за креслом, словно отгораживалась им от Роана, сверкала глазами и дрожала. Брезгливо вытерла губы тыльной стороной руки.
- Сволочь, - прорычала девушка.
Колено, кстати, травмировали очень качественно. Явно девушку обучили, куда нужно бить. Не какие-то беспорядочные попытки пнуть в пах или вцепиться в лицо. Майри умела за себя постоять.
- Только не начинай опять эти вопли про то, что ты доверяла, а я весь такой вот гад. -простонал Шантарро.
- Вы это специально! Вы!
- Специально повесил тебя себе на шею? - оскалился Роан. - Ещё скажи, что это я тебя принудил полезть меня обнимать!
- Надеялись на благодарность в горизонтальной плоскости?! - метала гром и молнии девушка, - Не надейтесь! Я. Я.
В её голосе Роану померещилась горечь и досада.
- Пошла вон, - устало отозвался маг.
Дважды просить не пришлось. Майри всхлипнула и рванула к двери из кабинета Роан, молча, позволил девушке выскочить из комнаты. А сам остался стоять у стола, опираясь руками на столешницу.
- Что ты творишь? - спросил граф у своего растерянного отражения.
Отполированное дерево отражало растрёпанного мужчину, с безумным взглядом, в котором Роан всё меньше узнавал самого себя. Он наспех нарисовал в воздухе руну и вышел из кабинета, изо всех сил надеясь, что Майри ему на глаза больше не попадется.
 
- Что-то ты мне не нравишься, - произнёс Лио, разглядывая стоящего на пороге друга.
- Я никому не нравлюсь, - буркнул граф, заходя в дом целителя - Хватит мне об этом напоминать.
Лио пропустил друга в дом и закрыл дверь. Оба они часто вот так вваливались в жилище друг друга без предупреждения и объяснения причины визита. Лио чаще всего являлся к графу Шантарро тогда, когда в его жилище находиться было или невыносимо из-за едких газов, или опасно, по той же причине. Роан являлся к другу реже. А таким подавленным вообще ни разу.
Роан прошагал к дивану и принялся расчищать себе посадочное место, раздвигая разложенные там стопки книг. Жилище целителя больше напоминало пристанище барахольщика, всюду книги, коробки со всякого рода банками и пробирками. Старые часы на стене, из которых печально торчала деревянная кукушка. Несчастная птичка так и замерла в вечном полете, покачиваясь на пружине. Хозяина жилища совершенно не заботило то, что часы остановились, а кукушка уже давно не отсчитывает прошедшие часы и минуты.
Лио в городе слыл тихопомешанным учёным. Ни в одной гильдии не состоял, целителем был талантливым и безотказным, а потому из Гриммо его не выпускали, дабы тот не скончался где-то на просторах земель человеческих, спасая одну из многочисленных деревень. Роан такой самоотверженности друга не понимал.
- И что стряслось такого срочного? - заходя за другом в гостиную, поинтересовался Лио.
- Ничего срочного, - развалившись на диване, выдохнул Роан, - просто подумал, что ты захочешь поучаствовать в спиритическом сеансе.
Лио тоже подошёл к дивану, определил, что для второго «седока» там явно места маловато, и принялся вычислять самый незахламлённый стул в доме.
- И всё же ты чего-то недоговариваешь, - вздохнул целитель.
Надежды отыскать стул не оправдались, а потому хозяину дома пришлось оседлать связку книг. Роан за метаниями друга наблюдал с явным равнодушием.
- Да, в случае если дух не явится, - усмехнулся граф, - нам предстоит откопать его кости. Так что ещё пара рук с лопатой мне тоже не помешает.
И граф даже изобразил улыбку. Лио откровенно скривился и вздохнул. Он всегда мечтал быть чернокнижником, веря, в то, что ореол загадочности и мрачности давал бы ему больше шансов на популярность среди местных девиц. Роан всячески отрицал подозрения друга и помалкивал о том, что никакой ореол и магия не способны сотворить из всклокоченного парня со взглядом безумца племенного жеребца. Лио Роан любил и уважал как профессионала, друга, мага. Он единственный был способен понимать и принимать графа Шантарро, а это порой было непосильной задачей даже для кровных родственников. Но, Лионель был, мягко скажем, мужчиной для «избранных» и это оспорить было сложно.
- Я принесу свечи, - кивнул Лионель.
- И лопату заодно, - буркнул Роан, снимая камзол, - есть подозрения, что призрак не явится.
- Странно, что ты пришёл в мой дом проводить такой обряд, - донёсся голос Ригарро из недр кладовки.
Роан промолчал и принялся расчищать место на полу для нанесения пентаграммы. Даже перед самим собой было невыносимо признаться в том, что он сбежал. Спрятался от какой-то там девчонки. Только вот от самого себя сбежать так и не вышло, эмоции продолжали бушевать в душе. Жизнь круто менялась прямо на глазах, и Роан совершенно не представлял, что будет делать дальше.
- Нашёл! - заорал Лио, заходя в гостиную со связкой свечей невообразимого, радужного окраса.
Роан на это безобразие смотрел с ужасом, но Ригарро уже расставлял пёстрые свечи в точки, указанные на пентаграмме.
 
- Где ты взял эту пакость?
- А? Это? Да так, готовился к свиданию, но... не сложилось, - смутился Лио, - не пропадать же добру.
- Я не удивлён, что не сложилось, - вздохнул Роан, беря одну свечу в руки.
Она ещё и пахла. Лавандой и ещё чем-то приторно-сладким. Такого романтического обряда граф Шантарро ещё не проводил.