Здравствуй, ректор! Новый год! (СИ)

Я вскочила и заварила крепкий чай. Взяв кружку с напитком, отправи­лась на подоконник, где и устроилась среди подушек, чтобы уставиться в тем­ное небо, а затем, прикрыв глаза, улыбаться собственным мыслям.
“Стой” – снова кричал незнакомец в моей голове.
Покраснев, вспомнила и лисий хвост, который остался в его руках. Эх, как же теперь Снежане в глаза смотреть? Сколько, интересно, такой костюм стоит? Придется отдавать деньгами.
Еще немного погрустив, я отправилась в душ, где совершенно бес­стыдно прикоснулась к себе в нескольких местах, все еще хранящих воспоми­наний о руках V. Мои щеки просто полыхали, а внизу я стала мокрой, но со­всем не от воды…
И сколько бы я не корила себя за неуместную улыбку, мечты о новой встрече с V так и не прекращались. Полночи я проворочалась в постели, прежде чем провалиться в сон, полный сладкой муки.
Бурное воображение решило объединить две главные страсти, которым я хотела предаваться. Так, во сне, я снова оказалась на маскараде, только те­перь никого из гостей не было, кроме моего незнакомца. И он снова целовал меня, шептал что-то нежное, прикусывал мою кожу, оставляя на ней следы, будто помечая. А после я сорвала с него маску и совсем не удивилась, увидев нашего ректора.
– Любишь меня, Лисичкина? – спросил он в моем сне?
– Люблю, – честно ответила я.
– Тогда открывай!
– Что? – я округлила глаза.
И сразу в голову ворвался громкий стук. Я открыла глаза, не совсем по­нимая, где я и кто. Комната в общежитии совсем не вписывалась в мои мечты, а внизу живота еще ныло от неудовлетворенного желания, когда кто-то вновь постучал в двери.
Я поднялась и, схватив халат со стула, неуверенно подошла, спрашивая:
– Кто там?
Руки в то же время уже повернули ключ в замке. Потому, когда дверь распахнулась, и вошел Сергей Денисович со словами “Это я”, поделать уже ничего было нельзя.
– Разбудил? – ректор встал напротив, быстро осмотрев меня с головы до ног.
– Да, – ответила, кутаясь в халат и понимая, в каком ужасном виде стою перед мужчиной. Лохматая, наверняка, лицо припухшее от сна, да и ночная рубашка у меня очень короткая, а я не сразу успела ее прикрыть.
– Прости, что разбудил, Марина, – его низкий, бархатный голос обво­лакивал и напоминал… отчаянно напоминал того, вчерашнего незнаком­ца. – Приехал по работе и решил заглянуть в общежитие…
В общежитие… О боже! Я же официально уехала домой! А сама здесь. Неужели кто-то доложил? Что теперь будет?!
– Сергей Денисович, – я подалась вперед, порывисто хватая его за руку, – я здесь осталась всего на одну ночь. Этого больше не повторится. Не успевала написать заявление, думала, что уеду домой, но…
Ректор посмотрел на мою руку, и я, опомнившись, отпустила его.
– Марина, собирайтесь, – сказал он еще более хрипло, чем обычно, – в общежитии вам делать нечего.
– Хорошо, – безропотно согласилась я, с ужасом понимая, что идти мне больше некуда. – Я сейчас… десять минут, можно?
Ректор кивнул. Его взгляд потемнел, что наверняка говорило о злости, которую я вызвала.
– Буду ждать вас в холле.
– О, не нужно меня ждать. Я обещаю, что уйду. Честное слово.
– Марина, – Сергей Денисович посмотрел на меня в упор, и все внутри меня сжалось, – через десять минут спускайтесь.
Я только кивнула.
Какая же я идиотка! Слезы готовы были брызнуть из глаз, но я мотнула головой и сцепила зубы, глядя на закрывшуюся дверь. Нужно собраться. И придумать, куда ехать. А потом уже поплачу… Так его разочаровать! Что он подумал обо мне, увидев здесь? Как воришка спряталась в комнате… Ох, как же стыдно!
Я забросила вещи в небольшой чемодан, чуть подкрасила глаза и со­брала на голове высокий хвост, после чего спустилась к ректору, действи­тельно ожидающему в холле. Ну почему он не ушел? Неужели настолько со­мневается в правдивости моих слов??
Сергей Денисович молча взял мой чемодан и понес куда-то. Я плелась следом, совершенно растерянная и обескураженная.
Ректор остановился у своей машины и открыл передо мной дверь, при­глашая сесть на переднее пассажирское сиденье.
 
– Ой, что вы, я сама доберусь… до места, – у меня даже глаз дернулся. Я и сама пока не знала, куда ехать.
– Марина, – в голосе ректора была угроза, – просто садитесь.
Мой чемодан перекочевал в багажник. Еще минута, и мы выехали с тер­ритории университета…
Я нервно прижимала к себе сумку и с ужасом ждала вопросов.
– Марина, ты могла бы дать мне бутылку с водой? – попросил Сергей Денисович, кивнув куда-то на задние сидения. – Вчера так отметил…
– Да, конечно, – я повернулась и… обомлела. Та самая бутылка воды лежала на оторванном от костюма хвостике! У меня даже руки задрожали.
– Что там, Марина? – поторопил меня ректор.
Я подала ему бутылку с водой, предварительно открутив крышку. И, уставившись во все глаза, спросила:
– Вы вчера были на корпоративе, Сергей Денисович?
Он кивнул, жадно отпивая из бутылки.
– А…
Ректор повернулся и посмотрел на меня, я мучительно покраснела.
– Что? – не понял он. – Ты тоже там была?
– Н-н-нет, – я замотала головой. – Как бы я могла? Я же простой лабо­рант. Меня не приглашали.
– Упущение. – Сергей Денисович улыбнулся и вернул мне бутыл­ку. – Думаю, вам бы там понравилось, Марина. Учеба – учебой, а о личной жизни забывать тоже не следует. Правда?
– Правда… – шепнула, отворачиваясь к окну и закрывая губы ладошкой. Так это и правда был он! V! Я едва не отдалась ректору, надев на себя костюм Снежаны!.. Мамочки… Только бы он ничего не узнал!
  
Глава 9
 
Машина в очередной раз повернула на светофоре, и только сейчас до меня дошло.
– А куда мы едем? Вы же не спросили у меня даже адреса?
Я настороженно уставилась на Сергея Денисовича, тот как всегда сурово покосился на меня и промолчал…
– А ну да, могла бы и сама догадаться… – вслух подумала я. – Вы наверно посмотрели в личном деле, и теперь везете меня к вокзалу…
– Ко мне, Лисичкина, – прозвучал голос мужчины, от которого у меня по спине мурашки побежали. – Мы едем ко мне.
Машина завернула в один из московских двориков и припарковалась у подъезда.
– З-з-зачем? – от неожиданности я даже начала заикаться.
– Туфельку примерять будем, – в голосе ректора почудились насмешли­вые нотки.
– Не понимаю…
– Потерянную, как у Золушки. Только в твоем случае – это хвост, Ли­сичкина, – Сергей Денисович заглушил автомобиль и развернулся ко мне, вы­жидательно глядя и наслаждаясь моей шокированной реакцией. – Я же не оши­бусь, если предположу, что это ты вчера, убегая с преподавательского корпо­ратива, потеряла часть костюма?
Я нервно сглотнула, а глаза забегали из стороны в сторону.
Боже, стыд-то какой? Что он теперь обо мне подумает вообще? Это ведь мой ректор, который гоняет студентов каждый год за презервативы в общаж­ных сугробах…
– Я не… это не специально! Так вышло, простите, – только и смогла пролепетать я, опуская глаза. – Только не отчисляйте!
Добрый смех коснулся слуха, одновременно с этим теплые пальцы до­тронулись до моей ладони.
– Лисичкина, какая же ты все же наивная. Не удивительно, что ты мне сразу понравилась. Я два года за тобой присматривал, даже намеки делал, но ты…
Я осоловело подняла голову и с абсолютным шоком посмотрела на Сер­гея Денисовича. Какие еще намеки? Все что я помнила, это то, как он вечно гонял от себя поклонниц, кричал что отчислит всех, кто не думает об учебе – а меня, если попадалась на глаза, вечно нагружал заданиями – начиная от рефе­ратов, заканчивая “сбегай туда, принеси то”…
А еще смотрел так, будто сожрать хотел. Живьем.
– Почему молчишь? – просил он. – Только не говори, что вчера ни о чем не догадалась?
Ректор потянулся к бардачку, и нажав на кнопку открыл его. Оттуда вы­валилась маска V.
– Вы все подстроили… – прошептала я.
– Ну конечно же. Когда понял, что ты настолько робкая, что даже просто приблизится к тебе будет целой проблемой. Пришлось подговорить Снежану.