Замуж не Напасть, Но как бы Замужем не пропасть (СИ)

– Угу! – мрачно подтвердил мужчина. Однако уже в следующее мгновение он неожиданно развеселился. – Вы, мисс Райт, таки совершенно уникальны!
– Почему? – искренне заинтересовалась Милдред, помимо своей воли кокетливо захлопав ресницами. Она понимала, что это вполне мог быть вовсе и не комплемент, и всё же его слова ей польстили.
– Вам оказалось тяжелей поверить в то что я принц, чем в то, что уже в двадцать два года я являлся штатгальтером и Трансильвании и Славонии и Далмации и Хорватии! Хотя, на самом деле, уж поверьте мне на слово, далеко не каждый принц, тем более самый младший из пяти, удостаивается подобного доверия от короля и его советников!
– Ах это, – улыбнулась Милдред. – Должна признать, что это была не уникальность, а невежество. Я просто стала жертвой стереотипов современного восприятия: у нас ведь сейчас принцев раз-два и обчёлся, а городских мэров хоть пруд пруди. Поэтому представить вас мэром пусть и сразу нескольких городов – мне было легче, чем поверить в то, что вы принц крови. В общем, теперь вы знаете, что я полный профан в истории, – развела она руками.
– А я полный профан в кардиологии, – великодушно поделился своей «тайной» Микаэль. – Да и знание истории – это вовсе не моя заслуга. Я просто прожил её. В общем, я прощаю вас и передумал лишать вас ужина, – подмигнул он девушке.
– Вы-вы-вы собирались лишить меня ужина? Но за что-оо? – шутливо возмутилась Милдред.
– За то, что вы посмели усомниться в моём благородном происхождении! У меня же чуть ли не на лбу написано: «прекрасный принц!», а профиль… – «прекрасный принц» повернул голову и продемонстрировал свой профиль. – Мой профиль, он же так и просится на оборотную сторону золотых монет! – под аккомпанемент заливистого смеха своей собеседницы на балаганный манер напыщенно продекламировал мужчина. – Но потом я хорошо подумал и понял, что лишив вас ужина, я гораздо больше накажу себя, чем вас…
– Вас замучает ваше благородство? – игриво предположила девушка, закусив нижнюю губу.
– Ещё хуже, – с загадочной улыбкой ответил ей мужчина.
– Ещё хуже? Но что может быть ещё хуже? 
Гипнотизирующий взгляд древнего вампира вдруг встретился со взглядом девушки. Его лицо при этом стало совершенно серьёзным, даже торжественным.
– Лишив вас ужина, я лишил бы себя удовольствия поужинать с вами, – объяснил он.
Если бы ещё минуту назад кто-нибудь сказал Милдред, что такая незамысловатая, ни к чему не обязывающая и достаточно безобидная фраза, как эта, только что услышанная ею, выбьет почву из под её ног и затопит её по самые уши горячей волной смущения и удовольствия, она бы ни за что не поверила. И всё же… Вот она сидит и начисто забыла, что можно и нужно дышать. А что же касается того, чтобы суметь произнести в ответ что-нибудь остроумное или хотя бы членораздельное…
– Кхе-кхе, кхе-кхе… – откашлялся возникший на пороге библиотеки Люк. – Извините, что нарушаю ваш тет-а-тет, но ужин уже минут пятнадцать-двадцать как подан и мы ждем только вас.
Милдред мысленно поблагодарила Люка.
Спасена.
Она не знала от чего именно Люк её спас. И никогда не хотела бы узнать. По крайней мере, так она сама себе не переставала твердить. Снова и снова.
Отметив за ужином с каким аппетитом Микаэль и Люк поглощают овощи гриль и рис, запивая их клюквенно-гранатовым соком, Милдред не удержалась от изумленного восклицания.
– Вы пьёте кровь и при этом вегетарианцы?
– А почему бы и нет? Так как слухи о нашей безвременной кончине несколько преувеличены, – усмехнулся семисотлетний вампир. – То нет ничего удивительного, что нам, как и всем остальным для нормальной жизнедеятельности организма, тоже нужны витамины. Ну, и кроме того, мы не так, чтобы совсем уж и вегетарианцы, мы употребляем еще и некоторые морепродукты – креветки и мидии, например…
– Но при этом никаких молочных продуктов или яиц. У нас на них аллергия, – поддержал друга Люк.
– У нас да, а вот куарры могут и яйца есть и молоко пить, – продолжал рассказывать Микаэль. – Куарры вообще единственные из нас, кто может обходиться без человеческой крови.
 
– Угу, – поддакнул жующий Люк. – Им её заменяет кровь животных.
– А в летучую мышь кто-то из вас может превращаться? – продолжала узнавать об особенностях вида «вампиры» любящая всё знать Милдред.
– Ни один из подвидов вампиров не может превращаться в летучую мышь или сову или туман или что там ещё напридумывали о нас смертные, а вот он и ему подобные, – Сторм кивнул на Бельфегора. – Очень даже да…
– Ух ты! – у обычно сдержанной доктора Райт от восторга даже глаза загорелись. – А показать можете?
– Да, Бельф, а показать можешь? – ехидно посмеиваясь, поддакнул Сторм. Вампир прекрасно знал, что высшие демоны терпеть не могут перевоплощаться для удовлетворения праздного любопытства кого бы то ни было, тем более, смертных. Однако он также знал и то, что Милдред Бельфегор не сможет отказать.
И поэтому очень удивился, когда задетый за живое демон вдруг зарычал мало того, что разбуженным, но ещё и раненым медведем-шатуном.
– Я вам, что цирковая собачка, что ли? Чтобы алей оп! И я сразу в нужную вам позу стал!
– И-и-и-и-извините! – сдавленно пискнула Милдред, искренне испуганная реакцией добродушного весельчака и балагура Мартина слеш Бельфегора.
– Можно, я сначала доем, а потом уже поступлю в полное ваше развлечение, то есть, распложение? – примирительно поинтересовался демон, поняв, что несколько перегнул палку.
– К-к-к-конечно… – закивала девушка головой, словно китайский болванчик. – К-к-конечно-конечно!
– А меня наоборот хлебом не корми, позволь что-нибудь такое продемонстрировать на зрителя! – сообщил Люк, поднимая в воздух бутылку вина.
– Ну-ка, дорогуша, налей-ка нам вина! – обратился он к бутылке и бутылка начала самостоятельно наливать красную жидкость в бокалы.
– Позер! – презрительно прокомментировал Бельфегор. – Милдред, а вы уверены, что хотите этой терпкой кислятины? – поинтересовался он, намекая на вкус Каберне-совиньон, – может полусладкого или вообще белого?
– Я бы не отказалась от полусухого Шардоне, – поддержала примирительный жест демона Милдред.
– Алей оп! – хлопнул в ладоши демон, и в бокале Милдред вместо красной жидкости в ту же секунду оказалась прозрачная. – Пробуйте, не бойтесь! – поощрил Бельфегор свою протеже. – Поверьте мне на слово, это лучшее из Шардоне, которое вы когда-либо пробовали!
– Ну, и кто теперь позер?! – усмехнулся Люк.
– Ай-йа-йай! Зависть Люк, очень нехорошее качество! – покачал головой демон.
– О-о-о-ой было бы чему завидовать! – не сдавался оппонент.
– Ещё скажи, что можешь повторить? – задавался демон.
– Превратить каберне в шардоне, конечно, нет, не смогу, – покачал головой Рейн. – Но тому, у кого подвал ломится от разнообразия вин – это и не нужно! – добавил он, и на столе в ту же секунду возникла бутылка бургундского Шардоне пятилетней выдержки. – Закупается напрямую в  Бургундии с виноградников Кот-де-Бон! – гордо сообщил Люк.
– Мик, ну согласись, что вот это только что был высший пилотаж позёрства! – прибег к помощи рефери демон.
– Просто наш мальчик любит свои вина, – разводя руками в стороны и добродушно посмеиваясь, «рассудил» Микаэль.
– Мик, ты уходишь от ответа! Уходит ведь, Милли?!
– Уходит, – кивнула девушка.
– Ладно, Бельф, соглашусь с тобой, только что Люк определенно продемонстрировал высший пилотаж позёрства!
– Да, ну вас! – махнул на них рукой Люк. – Милли, хоть вы, порадуйте меня, скажите, что хотите ещё вина!
– Ещё вина! – весело рассмеялась девушка.
[1] Nagyon jó ízlésed van – в переводе с венгерского означает: «У вас очень хороший вкус».
[2] Ez azért van, mert szeretlek – в переводе с венгерского означает: «Это потому что я влюбился в вас?»
  
Глава 5
 
Милдред и сама не поняла, как так получилось, но в какой-то момент общее течение беседы вдруг разделилось на два отдельных потока. Сторм и Бельфегор говорили о чём-то своём, а её развлекал так называемыми «забавными историями из жизни вампиров» Люк Рейн.