Замуж не Напасть, Но как бы Замужем не пропасть (СИ)

Поэтому ей пришлось согласиться на то, чтобы ложку за неё держал Микаэль.
Отсюда и его улыбка.
Смущенная, раздраженная и одновременно благодарная доктор – выглядела умилительно комично и трогательно беззащитной.
Поняв, что в данный момент он скорее смущает и свою подопечную и друга, чем помогает им, Бельфегор растворился в воздухе. Вслед за ним «отправилась» и ворчливая бабуля-призрак. Ей не хотелось оставлять внучку наедине с вампиром, но поймав на себе её досадливый взгляд, она вынуждена была уступить и исчезнуть.
В памяти Милдред всплывала реанимация. И всё, что она узнала о себе и своём новом состоянии. Каждый раз, когда она приходила в сознание, она ощущала, словно бы её потрошат заживо, настолько сильными и невыносимыми были тошнота и рвота. И всё же потребность в крови, которую она испытывала, в какой-то момент была даже ещё более невыносимой. Настолько нестерпимой, что Милдред не просто хотела, а мечтала ей уступить…
– Спасибо, что спас меня, – улыбнулась она кормящему её мужчине.
– Вообще-то спас тебя Бельфегор, – виновато улыбнулся он. – А я лишь втянул тебя в неприятности. Но видит бог, я не знал! Клянусь, Милли, я не знал, что она продолжит преследовать тебя, даже после того, как ты порвала со мной! Я, конечно, уважал твоё решение, но не бросился за тобой вслед именно потому, что хотел защитить тебя!
– А иначе ты бросился бы за мной? – удивленно переспросила девушка.
– Ещё как! – кивнул мужчина. – Я старался понять твоё решение, но не мог! Я легко мог понять, почему ты не хочешь быть со мной как с мужчиной. Ведь я знаю, что я гораздо больше монстр, чем человек! Но почему ты бросила и «Сторм Энтерпрайз» тоже – я, сколько не пытался, не мог понять!
Отведя в сторону руку мужчины, в которой он держал ложку, Милдред подняла глаза к его лицу.
– Никакой ты не монстр! – покачала она головой. – Дело совсем не в этом. А в том, что я призналась тебе в любви, а ты меня отверг!
– Отверг? – ошеломленно уточнил мужчина. – Ты призналась мне в любви? Так это ты была? А я думал, что за тебя говорит монстр… – задумчиво проговорил он.
Затем испытывающе посмотрел на девушку. 
У Милдред от яркого света всё ещё болели глаза, поэтому в салоне самолёта царил полумрак. Вампир щёлкнул пальцами, и салон залил яркий свет.
– Я должен видеть твои глаза, – от нежности в тоне мужчины не осталось и следа.
– Своеобразный вариант ухода от ответа! – фыркнула девушка, прикрыв веки от яркого света. – Неужели это так сложно прямо сказать?! Хотя, да, ты же уже сказал… Так к чему тогда все эти вопросы? Но я тоже хороша. Наивная. Думала, что теперь, когда я однозначно принадлежу вашему миру, ты передумаешь. Господи, как низко я пала. Так низко, что я даже начинаю понимать, эту стерву, которая меня похитила! Да уж, мистер Сторм, в одном вам не откажешь, умеете вы доводить женщин до белого каления! Ах да, вы же хотели посмотреть в мои глаза, – хмыкнула она. – Смотрите! – сузив глаза в щелочки, потребовала она. – Но не просто так. Взамен, я хочу, чтобы вы мне объяснили, что с вами не так? Хотя возможно, это со мной что-то не так… Но в любом случае, я хочу объяснений. Я хочу понимать, что теперь будет со мной?
– Хммм… глаза в порядке, – задумчиво заметил вампир.
– Мои – да, – усмехнулась Милдред, чувствуя как в ней закипает бешенство. – А вот ваши – в опасности… Мне очень хочется их выцарапать! И списать это на монстра, который за меня говорит! – язвительно добавила она.
– Значит, ты призналась мне в любви, а я тебя отверг?.. – между тем продолжал вслух размышлять мужчина, словно бы припоминая что-то. – Но случилось это не сегодня, а в день твоей свадьбы?
– Не состоявшейся свадьбы, – поправила девушка.
– И поэтому ты решила сбежать?! – скорее констатировал, чем спросил мужчина.
– Я просто решила отдохнуть, – ворчливо поправила девушка.
И замерла под горящим нежностью взглядом.
Обхватив ладонями лицо любимой, Микаэль провел пальцами по впалым бледным щекам и нежно поцеловал в губы.
– Я люблю тебя, – хрипло промолвил он, оторвавшись от неё. – Господи, как же я тебя люблю! Пожалуйста, больше никогда не сбегай от меня.
 
Милдред положила ладонь ему на затылок и почувствовала прилив сил от одного только прикосновения к нему.
– Но ты сказал…
Мужчина проложил палец к её губам.
– Забудь, – попросил он. – Я не знаю, что я тебе сказал, потому что всё, что происходило в петле – знаешь только ты…
– Но я думала…
Однако Микаэль вновь не дал её договорить, заглушив вопрос поцелуем.
– Чтобы я не сказал, я так не думал. Я просто не хотел, насколько я себя знаю, чтобы ты принимала решение, находясь в ловушке временной петли, – добавил он, целуя её в висок. – Я боялся, что Старейшины уговорят тебя стать подобной мне. Я хотел защитить тебя. И не смог…
– Но ты защитил! – возразила она и поцеловала уголки его рта, пытаясь разгладить складки горечи. – Если бы не ты…
– Если бы не я, с тобой вообще ничего плохого не случилось бы, – покачал он головой.
– Мик, ты не виноват, – покачала она головой, нежно улыбаясь. – Это была судьба. Моя судьба. Не случись тебя, произошло бы что-то ещё. Я уверена в этом. Но я предпочитаю тебя! Настолько предпочитаю, что даже немного благодарна твоей бывшей! Причём благодарна за оба раза, как ни странно это прозвучит! – улыбнулась она. – Правда, не настолько благодарна, чтобы простить ей Кендру, моего отца и всех тех, кто пострадал при взрыве Фэйс-энд-Хоуп …
– И Софию, – добавил Сторм. – К счастью, благодаря тебе, теперь на Джиллиан есть управа.
– Благодаря мне? – удивилась Милдред.
– Ну да, кроме того, что она похитила тебя, она попыталась также обратить тебя без твоего согласия, – ответил Сторм. Вслед за чем, вспомнив, что девушка ничего не знает о законах сумеречного мира, объяснил. – Если в обществе смертных законом преследуется первое, то в сумеречном обществе – законом преследуется второе. Но если похищение обычно доказать несложно, то недобровольное обращение в вампира, к сожалению, практически всегда остаётся безнаказанным, потому что обращенные – становятся рабами своих создателей. Но ты не стала. И ты не сошла с ума. Поэтому сможешь дать против неё свидетельские показания. Я, Люк и Бельфегор добавим к этому собранные нами косвенные улики её связи с Ваасом, и думаю, что кол в сердце на триста лет ей обеспечен.
– Кол в сердце на триста лет? – недоуменно переспросила Милдред. – Но разве как только кол окажется в сердце вампира, вампир не превратится в прах?
– Нет, – усмехнулся Сторм. – Кол, вогнанный в сердце вампира, просто его парализует. Единственное, что может убить вампира – это огонь. Но к сожжению в качестве наказания прибегают крайне редко, точнее никогда, потому что вместе с вампиром создателем гибнут и все его творения.
  – То есть, если кто-то испепелит Джиллиан, то пеплом тут же осыплешься и ты и… я? – ахнула Милдред.
– Я определенно осыплюсь, – кивнул Сторм. – А вот ты – не факт. Более того, возможно, даже, что тебя это вылечит. Да, – кивнул он. – Если не станет Джиллиан, то, вероятней всего, ты просто избавишься от вируса.
– Спасибо за предложение, – нервно хохотнула девушка. – Но возвращение стопроцентного человеческого ДНК ценой твоей жизни – мне не нужно!
– А ценой моего общества? – ухмыльнулся мужчина.
Милдред заморгала глазами, давая понять, что не понимает о чём он.
– Я просто подумал, что тебе нужна будет сиделка. И что я по многим параметрам идеально подхожу на роль сиделки, – он провёл рукой над бульоном, подогрев его и протянул больной ложку.
– Как вам моя профессиональная квалификация, доктор? – игриво поинтересовался вампир.
– Доктор… – грустно повторила девушка.
– Прости, Милли, я не хотел, – вокруг рта и глаз мужчины мгновенно вновь собрались горькие складки. Он положил ложку назад в тарелку. 
– Да, ладно, – нарочито весело улыбнулась она и пожала плечами. – Это всего лишь семь лет. Кроме того, доктора бывают разные. И потом с моими вновь открывшимися способностями у меня будет, чем заняться. Так что да, вы подходите мне в качестве сиделки, мистер Сторм. Но предупреждаю сразу, я очень капризная больная. Так что потом не жалуйтесь!