Хранитель вечности (СИ)

Альбер быстро вскочил в свой звездолет и в два прыжка оказался возле фландрейца. Он откупорил сосуд и поднес его к губам умирающего. Всего через пару глотков состояние его стало стремительно улучшаться. Конечности его распрямлялись, к ним возвращалась упругость. Кожа его приобретала здоровый голубовато-зеленый оттенок. Вскоре фландреец мог держать контейнер самостоятельно и крепко вцепился в него своими щупальцами. Он так жадно осушал лиловую жидкость, что Альберу самому захотелось ее попробовать. Во рту у него уже давно пересохло и не бывало ни капли воды.
Когда он убедился, что с фландрейцем все будет в порядке, Альбер вспомнил о Рубсе и отправился ему на помощь.
- Даже не верится, что когда-то я был таким, молодым, ловким, отважным и безрассудным. И хоть физически я выгляжу сейчас ненамного старше себя 25 летнего, психологически мы очень отличаемся друг от друга. С возрастом ты понимаешь, что смерть, рано или поздно, сама тебя найдет. Поэтому стараешься не предпринимать лишний раз попыток поторопить ее поиски. Ведь каждое твое незначительное рискованное действие увеличивает вероятность того, что однажды оно может оказаться последним. Мы добились бессмертия, но оно не абсолютно, нас все еще можно убить. И если тебя убьют, а рядом не окажется бригады реаниматологов, то все, конец, сочиняйте некролог. А потерять бессмертную жизнь намного обиднее, чем смертную, ведь в таком случае ты теряешь не каких-то несколько лет или десятилетий, а целую вечность. Так что хочешь - не хочешь, но со временем начинаешь больше осторожничать и меньше лезть на рожон. 
Силовое поле держалось из последних сил. Мерцание его становилось все более отчетливым и частым. До отключения поля оставались считанные секунды.
Сбежать на звездолете не было и шанса. Даже если бы они рванули туда, у них не получилось бы пробиться через железный занавес из автопогрузчиков. Приходилось выбирать. Или быть забитыми до смерти в собственном звездолете и умереть, как мясо в консервной банке. Или остаться здесь и дать бой.
Не имя той же любви к сражениям, как и Рубса, Альбер, тем не менее, предпочел второй вариант. Героическая смерть в его неокрепшем сознании выглядела предпочтительнее трусливого бегства. Он взял в руки винтовку и стал ждать. Первый этап разряжения подходил к концу. Силовое поле достигло пикового мерцания. В глазах зарябило от ярких вспышек.
Пару мгновений спустя частота опустилась настолько, что внутрь стали попадать металлические захваты автопогрузчиков. Они просовывали их внутрь, вертя ими во все стороны, пытаясь за что-то ухватиться, и тогда поле снова сжималось и отрубало их начисто. Мерцание становилось все более редким. Еще немного и первый автопогрузчик прошел внутрь наполовину. Альбер и Рубса подарили ему быструю смерть синхронными выстрелами прямо в черный лоб. Отрубленная полем половина упала по ту сторону барьера.
Голубоглазые роботы быстро сообразили, что для того, чтобы проникнуть внутрь требовалось набрать скорость и быстро принялись атаковать барьер с наскока.
Одному автопогрузчику даже удалось проскочить почти целиком. Барьер срезал тонкий лоскут с его задней части, на что он не обратил никакого внимания. Он нацелился на Альбера и собирался протаранить его на полной скорости. Рубса отпихнул зазевавшегося Альбера в сторону, и металлическая громадина проскочила между ними, получив в заднюю часть несколько очередей.
Напор автопогрузчиков становился лишь сильнее. Внутрь их проникало больше, чем они успевали отстреливать. Приходилось уворачиваться и добивать их позже, пока те не успевали опомниться.
Альбер и Рубса бегали от одного края силового поля к другому, попутно пытаясь подстрелить всякого, кто проникал внутрь. Они держались стойко и действовали сообща, как будто сражались вместе уже не первый раз. Альбер чувствовал небывалое воодушевление, словно оказавшись посреди главного подвига в своей жизни. Глаза его светились праведным огнем, мысли были чисты, он находился в состоянии потока, в котором было только «здесь» и «сейчас».
 
Но вдруг краем глаза он заметил, что Рубса рухнул на землю. Силовое поле как на зло тоже отключилось. И внутрь наперебой хлынули все автопогрузчики сразу. Все было кончено. Подвиг не состоялся. Только если посмертно. Живое черное облако из нескольких сотен грузовых роботов направлялось к Альберу, чтобы перемолоть его.
Альбер ерзал на кушетке и прикрывал лицо руками. Ему не хотелось смотреть, как его молодое тело будут калечить. 
Внезапно двухсотметровое металлическое облако остановилось на расстоянии полуметра от лица Альбера. С такого близкого расстояния он мог видеть свое отражение в их блестящих глянцевых телах, взгляд их больших голубых глаз и широченные белозубые улыбки. Альбер выставил вперед винтовку, не понимая, стрелять или нет.
- Можешь убирать оружие. Они тебе больше не угрожают, - незнакомый голос вторгся в его разгоряченное битвой сознание с той неожиданностью, что причиняет холодный лед внезапно прижатый к горячей коже. Альбер огляделся по сторонам и увидел его.
В проеме звездолета стоял фландреец. Его было не узнать. Он сильно преобразился за последние несколько минут: приобрел совершенно здоровый и жизнеспособный вид, кожа его помолодела и сменила черный цвет на лазурный, щупальца выпрямились и удлинились. Он сам, казалось, подрос на добрых полметра и, находясь на борту корабля, казался высоким, как шпала. В щупальце он держал молекулярный парализатор – оружие, предназначением которого было обезвреживание преступников без нанесения им физических повреждений. Или, точнее сказать, видимых повреждений. На молекулярном уровне структура их страдала, и долгое время после этого не могла восстановиться. Вопреки ожиданиям Альбера оружие в щупальце фландрейца было направлено в сторону Рубсы. Связав одно с другим, Альбер осознал, почему Рубса оказался на земле.
- Меня зовут Фонокс, и я благодарю тебя за свое спасение, - прервав оживленный поток его мыслей, произнес фландреец.
- Альбер, - кое-как выдавил из себя он, - но что здесь, черт возьми, происходит?
- Я только что спас тебе жизнь и защитил тебя от опасного убийцы. Скажи спасибо за это и мы будем в расчете.
- Опасного убийцы? – поразился Альбер и посмотрел на мирно лежащего на ледяной земле Рубсы. Хоть тот и вызывал у него определенные опасения с самого начала, но он уже начал было привыкать к нему и даже доверять. Когда в разгаре сражения вы прикрываете друг другу спины, это произвольно возводит вас в ранг братьев по оружию. А своего брата ты всегда хочешь защищать, таков закон природы. Альбер пытался выгородить Рубсу, хотя чем больше говорил, тем меньше верил собственным словам:
– Но ведь мы вместе вытащили тебя из плена этой планеты, мы вместе доставили тебя на мой звездолет, мы вместе сражались, пока ты отлеживался там и приходил в себя. Мы, мы… Альбер не мог найти подходящих слов.
- Бесспорно, так оно и было, – спокойно отвечал Фонокс, – но именно из-за этого преступника я и оказался на этой планете и чуть было не погиб, прошу заметить. Так что не стоит облагораживать его образ и относится к нему, как к равному. Он всего лишь убийца, как и все жители его планеты. Они убивают безжалостно и получают в награду не только деньги, но и удовольствие. Все их существование сводится лишь к одному – убей или умри. Они свою планету чуть было не довели до уничтожения своими бесконечными войнами. Ты что не знаешь историю Геллоры?
- Ты можешь объяснить мне, что произошло? – он проигнорировал вопрос про Геллору. Ее историю он знал прекрасно.
Его интересовало, что произошло между Фоноксом и Рубсой. А также почему автопогрузчики, которые еще недавно пытались их убить, теперь застыли в воздухе. Их довольные ухмылки, повисшие в воздухе, его нервировали.
- Для начала позволь мне вернуться на мой корабль и утолить мою жажду до конца. Длительное пребывание без Лимбуса очень изматывает, знаешь ли. Он соскочил с брони, и щупальца понесли его прямиком во фландрейский звездолет.