Големы (СИ)

Заняты обороной крепости полутысячник поторопился оставить из и заняться другими делами.
Без особого энтузиазма Барадур пожал руки пришлым героям и вернулся к своим людям, треть из которых отдыхала, треть стояла в дозоре, а ещё треть он тренировал в скоростном взведении и подготовки к выстрелу метательной машины. Не то чтобы от дополнительных тренировок был какой-то толк, хотя даже одна сотая единичка к опыту лишней отнюдь не станет, но гному больше хотелось отвлечь себя от муторного ожидания и одновременно с тем избежать беседы с низкоуровневыми героями, словно в насмешку присланных на помощь могучей Твердыни.
Впрочем, искоса поглядывая на чужаков, Барадур невольно заинтересовался чем они занимаются. Вместо того чтобы отдыхать они принялись возиться с непонятными механизмами, похоже собираясь применить их против драконов и подготавливая к стрельбе.
Какое-то время Барадур терпел уколы собственного любопытства, потом не выдержал и подошёл к человеческим героям.
— Что у вас за странное оружие? Похоже на ружья.
— Ружья и есть, — подтвердил Нахимка291. -Точнее мушкетоны потому, что однозарядные и точность хромает. Но на дистанции до двадцати метров дракону голову отстрелит, калибр видишь какой?
— Но в игре невозможно сделать огнестрел, — Барадур так растерялся, что на секунду забыл отыгрывать аутентичного гнома-инженера.
— Как видишь возможно. Немного алхимии, немного артефакторики и упорный труд даже аналог запрещённого в игре пороха произведут. Правда влетает в такую копеечку, что порой, кажется, будто проще за те же деньги нанять огромную толпу дикарей чтобы они забили кого угодно не считаясь с собственными потерями.
Чуть не приплясывая от такой удивительной новости, гном уточнил: — И много у вас мушкетонов?
— Считай у каждого, кроме магов, да по десять выстрелов на брата — больше всё равно вряд ли успеем израсходовать, — пояснил Максимильян. — Неплохо бы нам ещё обговорить как взаимодействовать будем. Пусть твои операторы катапультных машин бьют на дальней дистанции, а если какая тварь захочет прицельно атаковать нашу башню, тут-то мы ему дадим в брюхо полный залп. Ни один дракон не устоит, будь он хоть драконозавром размером с эту самую башню.
— Тоже самое хотел предложить и я, — обрадовался Барадур. — Ваши маги могут создавать шиты?
— Они под это дело и натренированы. Не смотри, что у обоих статус учеников, а не полноценных магов. В другой волшбе они мало что смыслят, но щиты ставить умеют.
— Отлично, тогда магические щиты наш последний козырь, — довольно кивнул Барадур.
Нахимка291 потянулся к котомке и достал оттуда пару массивных пистолетов. — Вот, кстати, это тебе, друг-гном. Скромный презент от Краснопольского княжества. Укороченные мушкетоны. К сожалению, одноразовые и уже заряженные. Точность у них вообще никакая, но зато убойная сила сохранена полностью. Если тебя собирается прожевать и выплюнуть какая-нибудь летающая пакость, то выстрели ей прямо в глотку и уверяю тебя, что если тварь и выживет после такого, то всю оставшуюся жизнь будет одним кефирчиком питаться и то через трубочку.
Рукояти двух укороченных мушкетонов легли в ладони Барадура как влитые. Пожалуй, слишком тяжёлые для человеческой руки, а вот для гнома, с его расовой прибавкой к силе, в самый раз.
— Спасибо друзья! — искренне поблагодарил он.
— Стреляй на здоровье, главное не промахнись, — улыбнулся Нахимка.
Атмосфера в башне сильно потеплела. Видя, как командующие ими герои дружески болтают между собой, их подчинённые тоже стали проявлять интерес к занятиями друг друга. Собравшиеся вокруг одной из копьеметательных машин тройка воинов в полном доспехе, только шлемы сняли, с интересом слушали объяснение бородатого гнома. Маги поднатужились и пустили плавающий в воздухе огонёк к вящей радости тех гномов, кто помладше. Обычная магия недоступна подземному народу, у них свои тайные искусства, поэтому любое проявление стихийной волшбы для них сродни маленькому празднику.
Как на зло, а так всегда и бывает, стоило только между расчётом копьеметателей и приданным им в усиление союзникам установиться нормальным отношениям, как вскоре по сети воздуховодов пришло сообщение о том, что на подступах к крепости замечены основные силы врага. Любая нормальная армия, после долгого марша, перед штурмом укреплений, предпочла бы организовать себе длительный отдых, но понятие «нормальная армия» не применимо к тварям. С них станется попробовать взять Твердыню штурмом уже через час после подхода к крепости основных сил. Поэтому необходимо поддерживать постоянную боевую готовность и суметь сохранить её на достаточно долгое время потому как твари могут схитрить и отложить штурм ожидая пока взбудораженные их близостью защитники не выдохнутся и не устанут. Поэтому солдат в осаждённой крепости может заниматься только одним из трёх дел. Либо стоять в дозоре. Либо спать, восстанавливая силы. Либо сражаться, отражая начавшийся штурм. Недаром профессиональные военные считают войну кто грязной, кто скучной, но всё равно чем-то похожей на обычную работу.
 
* * *
Первый, пробный штурм начался через несколько часов. Хотя сами драконы не слишком нуждались в отдыхе и могли бы напасть прямо с марша, но их союзникам: оркам, дроу и некромантам отдых, похоже, всё-таки требовался. Впрочем, насчёт последних полной уверенности нет.
Непосредственно начало штурма защитники Твердыни чуть было не пропустили. Дело в том, что кружащие на большой высоте, чтобы по ним бесполезно было стрелять с земли, драконы постепенно принялись снижаться ниже и ниже. Их самих становилось больше, но происходило это так постепенно, что почти никто не обратил внимание. Наконец какой-то особенно внимательный гном заметил, что расстояние уже позволяет уверенно достать до кружащих над горой-крепостью бестий, а им самим позволяет беспрепятственно разглядывать и выискивать замаскированные укрепления на земле.
Не подозревая что, они замечены, драконы продолжали свои воздушные игры спускаясь ниже и ниже.
Пока, наконец, несколько башен одновременно не открыли огонь выбрав удобный момент и положив первые стержни точно в расслабившихся тварей. Понимая, что только первый залп может быть произведён почти в полигонных условиях, тысячник приказал использовать во время первого залпа зачарованные боеприпасы. Одно попадание такого стержня, отнюдь не смертельное в обычных условиях, дополнительно наносило удар замораживающей плоть ледяной магией, жгло огнём, отравляло ядом, кипятило кровь в жилах или напрямую превращало плоть в прах силами концентрированного некроса.
Оказавшись под обстрелом, драконы мигом скоординировались, разбились на двойки или тройки, так чтобы один мог атаковать, а второй защищал бы обоих и напали на обнаружившие себя башни. Ящеры жгли огнём, сбрасывали алхимические бомбы и просто массивные камни. С их спин спрыгивали и пытались забраться в окна-бойницы слепленные ревендельскими некромантами многоногие и многорукие конструкты похожие на собранных из плоти разумных пауков размером в половину человеческого роста. Эта немёртвая гадость стремилась запрыгнуть сразу в бойницу или забраться на вершину башни по стене, цепляясь многочисленными руками за каждый крохотный выступ, а если таковых не было, то вбивая в щели между камнями ржавые кинжалы, мечи, серпы или хотя бы простые ножи и по ним, как по ступеням забирались наверх.
Вскоре стало понятно, что первая волна это ещё не сам штурм, а только лишь попытка заставить гномов обнаружить стрелковые позиции своих копьеметателей и либо их уничтожить, либо связать боем, позволяя основным силам невозбранно подойти ближе.
Однако и командующий обороной Твердыни тысячник оказался военачальником не из последних. Подчиняясь его приказу часть башен, сжав зубы, сидела тихо, не вмешиваясь в перестрелку с драконами и ждала подходящего момента. Когда наземные силы попытались взойти на гору-крепость, их часть пришёл. Вниз полетели алхимические бомбы, пропитанные алхимией снаряды, кувшины с горящей жидкостью, усиленные стрежни пронзали по три или четыре орка за раз или в костную пыль разбивали особенно крупные и опасно выглядевшие конструкты, гонимые некромантами на штурм.