Вам письмо... (СИ)

- Привет… - еле слышно пролепетала я.
- Здравствуй, - кивнула она в знак приветствия и тут же попыталась меня обойти.
- Таня, подожди, - схватив подругу за запястье, тихо промолвила я. – Мне нужно тебе кое-что сказать…
- Ты о своей учёбе в Англии, или о своей беременности? – она вновь развернулась ко мне лицом.
- Ты знаешь? – глухо выдохнула я. – Откуда…
- Андрей рассказал мне о ребёнке за два дня до вашей свадьбы, - призналась Горская, прекрасно понимая суть моего незаконченного вопроса.
- Ты знала, что он женится на мне из-за ребёнка? Из-за чужого ребёнка? – я смотрела в её глаза, не моргая.
- Знала.
- И не отговорила его? – от удивления мои брови выгнулись дугой.
- А зачем? – вопросом на вопрос ответила Таня. – Он взрослый мальчик. Сам принимает решение, пусть и такие опрометчивые.
- Как он? – всё же спросила я о том, что реально тревожило меня всё это время.
- Ничего, - небрежно бросила она. – Уехал в свой Уренгой.
- Ты прости меня за этот фарс со свадьбой…
- Не по адресу извинения, - резко оборвала она меня. – Меня ты в ЗАГСе не бросала.
- Но я не рассказала тебе всей правды, - произнесла я, стыдливо отведя взгляд.
- Здесь вынуждена согласиться. Считай, что извинения приняты, - вынесла она свой вердикт. – И раз мы с тобой вновь говорим начистоту, может расскажешь, что ты намерена делать дальше?
- Буду учиться в Кембридже. Если получится, устроюсь на работу…
- Ты же понимаешь, что появление ребёнка поставит крест и на учёбе, и на работе.
- Я понимаю, что будет трудно, - вынужденно согласилась я с подругой. – Даже созванивалась по этому поводу с администрацией Кембриджа. И знаешь, они уверили меня, что моя беременность не повод для отказа от магистратуры. Ребёнок появится на свет не раньше конца февраля – начала марта. До этого времени я буду посещать занятия в очном режиме, а потом, на время меня переведут на очно-заочное посещение. Когда же мой малыш подрастёт, я вновь приступлю к учёбе.
- Нда… - нахмурив брови, тяжело вздохнула Горская. – Та ещё авантюра. Понимаю, что отговаривать тебя бесполезно, да и скорее всего поздно…
- Вылет завтра утром, - в подтверждении её слов выдала я. – Багаж отправила ещё вчера.
- Что ж… Желаю отличного полёта, - её губ коснулась печальная улыбка. – Мой номер ты знаешь, можешь звонить хоть каждый день, - сделав шаг ко мне, Таня по-сестрински обняла меня на прощание.
Последними напутственными словами подруги была фраза: «Береги себя и своего малыша», - именно они стали для меня неким девизом к дальнейшим действиям. Правда, на этом напутствия подруги не закончились. Горская умудрялась за один телефонный разговор дать мне с десяток ценных советов. Я же, с улыбкой на губах, выслушивала её, не перебивая, радуясь тому, что наша дружба всё же смогла выстоять все перипетии судьбы. И даже находясь в тысячах километрах друг от друга, мы продолжали оставаться подругами.
* * *
Три недели, точно помешанная, я мониторила мессенджер в надежде на ответное письмо. Ничего. Даже банального «спасибо». А ведь моё сообщение в переписке числилось как прочитанное. С другой стороны, я сама настояла на том, чтобы Хеймдел мне больше не писал. Вполне возможно, что он просто выполняет мою просьбу. Или же сама судьба старательно уводит меня от новой ошибки. Да – да! Именно ошибки. Ведь Хеймдел, как и прежде, оставался женатым на другой женщине, которая подарила ему двух замечательных сыновей. Мальчики родились всего на две недели раньше Амиры, нашей с принцем дочери. Вот только в отличие от близнецов, которые росли в любви своих родителей, моя малышка довольствовалась лишь фотоснимками отца из интернета. Впрочем, другого варианта для нас с ней не существовало. И всё же… Все эти последние пять лет я нутром чувствовала Хеймдела рядом. Это трудно объяснить, но мне всегда казалось, что он где-то рядом. И всё же, это было всего лишь моим предположением.
- Людмила, вот вы где! – отвлёк меня голос Джулии, моей коллеги по работе. – Мистер Болман просил тебя зайти, как только закончатся уроки.
 
- Хмм… А, ты не знаешь, зачем я ему понадобилась? – хмуря брови, интересуюсь я. Вызов «на ковёр» к директору нашей небольшой школы начального образования, в которой мне посчастливилось найти работу учительницей, никогда не предвещал ничего хорошего.
- Нет. Но думаю, ругать тебя в его планы не входит, - дружелюбно заявляет девушка. – Сама же знаешь, что ты у него на хорошем счету.
- Учитывая, сколько он мне платит, ещё бы ему не держать меня на хорошем счету, - произношу я на русском языке, сетую на своего работодателя.
- Прости, я не понимаю… - удивлённо хлопает Джулия своими длинными ресницами.
- Я говорю, спасибо, что предупредила, - вновь перехожу на привычную для этой местности английскую речь. – Вот, только с программой закончу, - киваю на горящий экран компьютерного монитора.
- Конечно! Не буду мешать, - с этими словами девушка покидает аудиторию, вновь оставив меня наедине со своими мыслями.
Вот, что мне действительно нравится в англичанах, так это их ненавязчивость и тонкое понимание и принятие в какой момент нужно уйти. Вот не зря у нас в России есть такой замечательный словооборот «уйти по-английски». Погрузив компьютер в спящий режим, я покидаю аудиторию вслед за Джулией.
- Вызывали? – обращаюсь к хозяину кабинета после громкого стука и ответного «войдите».
- Да-да, конечно! – мужчина тут же поднимается с кресла и обходит свой широкий стол. – Видите ли, Людмила, - поравнявшись со мной, он закладывает свои руки за спину и пристально смотрит в моё лицо. - У нас возникли вопросы, решение которых необходимо в самые кротчайшие сроки.
- Я слушаю вас, - вытягиваюсь точно солдат по стойке смирно, не разрывая нашего с ним зрительного контакта.
- Дело в том, что у меня для вас печальные новости, - с хмурым выражением лица изрекает мистер Болман. – Пришёл ответ на ваш запрос о продлении рабочей визы, - без предисловий сообщает он. - Вам отказано.
- Но как же… - новость бьёт точно обухом по голове.
- В самое ближайшее время вам надлежит явиться в департамент, если только… - мужчина делает многозначительную паузу, чем заставляет меня нервничать ещё сильнее. – Вы когда-нибудь слышали о супружеской визе?
- Конечно, - киваю в ответ, не понимая куда клонит мой работодатель.
- Так вот, - тут же продолжает Болман. – Ваша рабочая виза действительна ещё два месяца, так что времени для манёвра вполне должно хватить. Учитывая, что у вас есть постоянное место жительства, хорошо оплачиваемая работа и великолепная репутация, власти Великобритании пойдут вам навстречу. Поэтому…
- Вы предлагаете мне выйти за вас замуж? – не дав ему договорить, озвучиваю я своё предположение.
- Что вы! Даже в мыслях такого не было, - от удивления его глаза чуть не вылезли из орбит. – Тем более такой мезальянс точно вызовет сомнения в подлинности этого брака. Вы, дорогая моя, мне не то что в дочери, во внучки годитесь.
- Вы мне льстите, мистер Борман, - глядя в глаза мужчины, разменявшего шестой десяток, хмыкаю я. - И что же вы предлагаете?
- Вы выйдете замуж за моего племянника, - смело заявляет он, удивляя меня ещё больше.
- Эмм… а вы не думаете, что ваш племянник не захочет участвовать в этом… хмм… фарсе? – чисто в порядке общего бреда интересуюсь я. – Да и какой во всём этом смысл?
- Смысл - сохранить ценного работника в моей школе, - уверенно сообщает мистер Болман. – Тем более, что ваш брак станет подспорьем не только для вас, но и для него, - напускает он ещё больше туманности.
Нда… Даже не знаю, смеяться мне в этой ситуации, или же плакать. Пять лет назад, сбежав из-под венца, я избежала свадьбы с нелюбимым человеком. Теперь же, чтобы сохранить свою устаканенную жизнь здесь, в Англии, я должна буду вновь примерить на себе образ невесты, с одной лишь разницей: сосватанного Болманом племянника, в отличие от бывшего жениха, мне не приходилось видеть ни разу в своей жизни.