Ревизор: возвращение в СССР 12 (СИ)
Глава 13
г. Москва, таксомоторный парк №5.
Артём вначале не понял, что за проблема в том, что к ним придут какие-то комсомольцы. Дети же, что они смогут у них понять! Пошатаются по территории, покормить их, да предложить потом на такси бесплатно до дому довезти — и порядок. Для вида нервничал, конечно, изображая озабоченное лицо, чтобы не выбиваться из настроения начальника, зачем его дополнительно злить?
А вот потом он почувствовал себя прям, как в сказке про Золушку, которую детям не так давно читал. Карета вдруг резко превратилась в тыкву. Только не в полночь, а в полдень.
Когда они с директором вышли к проходной встречать комсомольскую делегацию, и он увидел, кто в ней, вот тогда озабоченное выражение лица стало вполне натуральным. Пять человек молодежи, две девки и три парня, но вот то, что один из парней был так хорошо знаком, стало полной неожиданностью. Пашка, которого он давеча из кабинета вышвырнул, посмотрел на него ласково и подмигнул, а потом так со значением посмотрел на директора таксопарка, что Артема аж перекосило. Он все сразу понял. Проверка не будет формальной, а директору обязательно объяснят, что стало ее причиной.
* * *Как же меня порадовало выражение лица товарища Епихина. Прямо бальзам на рану! А как ты хотел, дорогой?
Коллектив прожектора был хорошо подготовлен и проинструктирован Ильёй. Как только наше формальное знакомство с руководством таксопарка закончилось, ребята достали тетради и вопросительно уставились на меня с серьёзным видом.
— Ну что, пожалуй, начнём с ремзоны? — взглянул я на Епихина, а потом на Илью.
— Да, проводите нас, пожалуйста, — правильно понял Савостюк мои слова, как указание к действию. Пока шли, шепнул ему, что надо переписать все машины в ремзоне и проверить документы на них.
Там, наверняка, могут ремонтироваться левые машины частников. Однако реальность превзошла все мои ожидания. То ли ребятки в таксопарке совсем страх потеряли, то ли так совпало, и нам просто очень повезло. Навскидку, почти четверть машин в ремзоне оказались не машинами таксопарка. Это и без проверки документов было видно. Но для чистоты эксперимента мы потребовали документы на них и всё тщательно запротоколировали.
Продажу запчастей на сторону можно выявить, только схватив за руку в момент, якобы, установки запчасти на машину и их списание. На машины частных клиентов они мнимые списания вряд ли будут делать, а вот на государственные таксомоторы грех лишних запчастей не списать.
Высмотрев такси, которое только что выпустили из ремзоны, попросил заказ-наряд на него.
— А поставьте-ка машину обратно на яму, — попросил я.
Поймав первого попавшегося слесаря, с ним и Савостюком спустились в яму. Работяге было очень неудобно, но он был вынужден показывать нам перечисленные в заказ-наряде запчасти, замену которых, якобы, на этой машине произвели. Треть запчастей по ходовой части была старой. Треть! Как я удачно выцапал это авто.
Видимо, не очень заморачиваясь, мастера здесь списывали пошедшие на ремонт частников государственные запчасти на стоящие в ремонте в то же самое время таксомоторы родного таксопарка. Достаточно очевидно, в принципе, но доказать не так просто, на самом деле. Если бы они здесь действовали аккуратнее, фиг бы мы что вот так с налету нашли. Обнаглели просто.
Сегодня элемент везения, безусловно, присутствовал. Это явно был мой день. Даже не ожидал, что все так просто будет. Удалось зафиксировать масштабные нарушения. Но даже, если бы в ремзоне таксопарка ремонтировалась одна-единственная личная директорская Волга и на неё списали бы государственные запчасти, этого было бы достаточно, чтобы раздуть скандал, и попортить нервы руководству таксопарка.
Но сегодня нарушений хватит на уголовное дело и в отношении директора таксопарка, и в отношении его зама. И они оба со всей очевидностью это понимали. Директор, полноватый мужичок, имеющий явные проблемы с давлением, стоял потея и бледнея одновременно, готовый вот-вот грохнуться в обморок. Епихин же стоял внешне спокойный, но желваки у него играли, злился он не на шутку, прекрасно осознавая, из-за чего свалились на его голову все эти неприятности и чем все в конечном итоге ему грозит.
Чужая душа, конечно, потёмки, но, как мне показалось, по тому, как он резко сменил тон в общении со мной, он все еще не терял надежды уладить этот вопрос, урегулировав наши семейные отношения.
Он предусмотрительно не стал при своём директоре показывать, что мы с ним уже знакомы. Молча наблюдал, как наша команда старательно фиксирует все нарушения, прекрасно понимая, кто из присутствующих комсомольцев является идейным вдохновителем нашей группы.
Ну пусть себе строит планы, а я пока попроверяю. Компромат лишним не бывает, как говорится. Сделав знак своим, предложил переместиться в бухгалтерию. Глянем документы до кучи. Эх, жаль, не МГУ-шный «Прожектор» сегодня работает. У этой команды ни фотоаппарата, ни лаборатории. Надо Сатчану замечание сделать и предложение внести, так сказать.
Поработав с документами в бухгалтерии, чтобы закрепить успех, мы в конце дня встали на въезде на территорию таксопарка и проверяли в течение минут двадцати все въезжавшие и выезжавшие машины на предмет наличия в салоне посторонних предметов, а именно, бутылок с алкоголем.
Когда мы начали у каждого второго водителя в бардачке находить бутылку водки, а у многих и в багажнике был стратегический запас, не очень искушённые комсомольцы во главе с Ильёй с недоумением поглядывали на меня.
— Они что, за рулём бухают? — изумленно спросил меня Савостюк в перерыве между машинами.
— Зачем же? Они водкой спекулируют, — усмехнувшись, ответил я так, чтобы услышали Епихин и его директор. — Продают пассажирам по двойной цене.
А они стояли поодаль и могли только наблюдать за нами. Директор уже, похоже, успокоился немного и тихо обсуждал что-то со своим замом. То ли решают, как нас купить, то ли прикидывают, сколько мешков сухарей сушить понадобится, чтоб по этапу идти.
Я же стоял и размышлял, как мне лучше поступить. Понятно, что руки у меня теперь развязаны, от слова совсем. На такую удачу я не рассчитывал, признаться честно. Думал припугнуть товарища, чтоб осознал, чего хамство может стоить, и отвадить хотел его с супружницей раз и навсегда от моей семьи. А он мне тут с директором своим такой подарок преподнес. Посадить их могу надолго и без права переписки в легкую.
Но надо ли мне оно? Вопрос ой какой хороший. Мужик — хам, конечно, но за это жизнь не рушат. Да и, положа руку на сердце, претензии у меня больше к его жене. Он просто под руку попал и повел себя неправильно. В таксопарке у них бардак, так борзеть нельзя однозначно. Но теперь пыл поумерят после проверки и явно уж поостерегутся так нагло действовать. Короче, думу я думал тяжкую, пока таксисты злобно на моих комсомольцев зыркали, водку у них в машинах пересчитывающих. А чего вы хотели. Учет и контроль — наше все.
Потом, видимо, ушлые махинаторы передали по рации предупреждение, потому что с какого-то момента все машины поехали пустыми, и в парк, и из парка.
В конце дня директор уже полностью взял себя в руки и предпринял попытку урегулировать с нами вопрос, отозвав меня и Илью в сторону и предложив пройти в его кабинет.
— Прошу прощения, уже поздно, а нам ещё отчёт писать. — ответил я и повернулся к Савостюку, демонстрируя руководству таксопарка, что разговор окончен. — Собери, пожалуйста, пока материалы у ребят.
И мы с ним, попрощавшись с руководством таксопарка, направились к нашим комсомольцам.
* * *Директор таксопарка уже метнулся было вслед уходящим проверяющим, но, к его огромному удивлению, заместитель Епихин остановил его.
— Не надо, Степан Архипович. — сказал он директору. — Я эту публику знаю, они идейные… Только оскорбятся, если им денег предложить. Только хуже сделаете. Тут по-другому надо…