Король Ардена

Рэндалл пригляделся к надгробию и заметил высеченный рядом с именем цветок ландыша. Нежный, прекрасный, но такой хрупкий… Именно такой и была его любимая сестренка.
– Ее сын… он здесь?
– Да, его воспитанием занимается княжна Аврора. Она души не чает в мальчике, а он зовет ее мамой. Принц Рэндалл… – Алистер снова положил руку ему на плечо. – Аврора бы никогда не предала мужа. Слова Уилла об ее измене – грязная клевета. Принц Тристан уважает ее и относится как к родной сестре, да и она видит в нем исключительно брата.
Рэндалл не сомневался в непорочности Авроры. Даже снег на вершинах Мглистых гор не сравнился бы по чистоте с ее добродетелью.
Он выпрямил спину и размашистыми небрежными движениями стер слезы с лица. Потом, покопавшись в карманах сюртука, вытащил платок и громко высморкался.
– Прости, – пробормотал он, покосившись на Алистера.
Сердце до сих пор ныло от горя утраты, но он не мог позволить себе расклеиться. У него еще будет время для скорби. Эта рана никогда не заживет. Но сейчас его ждали другие, не менее важные дела.
Рэндалл поднялся на ноги и, отряхнувшись, направился к выходу с кладбища. Хлебушек последовал за ним, витая над головой.
– У ворот Вайтхолла собралась чуть ли не половина Аэрана, – сказал Алистер, поравнявшись с ним. – Вы выйдете к народу?
– Да. – У Рэндалла не было выбора. – После аудиенции с народом созови на закрытое совещание тех, кому безоговорочно доверяешь.
Алистер кивнул.
– Княжну Аврору тоже позвать?
Рэндалл удивленно выгнул бровь.
– Зачем? Она никогда не интересовалась политикой.
Алистер широко улыбнулся, и в этой улыбке Рэндалл распознал настоящую отеческую гордость, что сильно его обескуражило. Раньше лорд Грей недолюбливал Аврору и считал ее взбалмошной невоспитанной девицей, недостойной руки принца Ардена.
– Княжна Аврора поумнее многих членов Совета, принц Рэндалл. Вместе с принцем Тристаном она сумела переманить на нашу сторону половину людей Артура, которых он заслал в арденийский Совет. А еще благодаря княжне мы наконец-то решили вопрос с западными дикарями.
Рэндалл с таким изумлением слушал советника, что даже споткнулся о торчащий из земли корень. Его сердце заполнили гордость и безграничная любовь, которые немного потеснили чувство скорби.
– А я говорил, что она невероятная и еще всех вас удивит. – Рэндалл даже не пытался скрыть нежности в голосе.
– Да, вы были правы. Вот только дерзкими выходками она нажила себе врага в лице Артура.
Рэндалл сжал руки в кулаки. Сильнее боли и скорби, что рвали душу в клочья, была только ярость, питавшая его внутреннего демона.
– Я докажу его причастность к покушению на меня и заставлю сполна расплатиться за все мучения, которые по его вине перенесла моя семья.
Алистер остановился. Его лицо приобрело привычную суровость и сосредоточенность.
– Принц Рэндалл, за несколько часов до вашего появления в замке из Фортиса прибыл гонец со срочной вестью. После вашей «гибели» король Алан серьезно заболел, и поэтому делами правления последние годы занимался Артур от его имени. Недавно Алан официально отказался от короны и передал трон Артуру. Коронация состоится через несколько недель.
 
Глава 4
 
Аудиенция с народом затянулась до самого вечера.
Люди искренне радовались возвращению законного Хранителя. Каждый пытался подойти к Рэндаллу, пожать руку, поговорить, словно все они хотели убедиться, что он в самом деле жив. Многие горожане пришли с дарами: зерно, овощи и фрукты из зимних запасов, сушеные мясо и рыба, вино и мед, – а кто-то даже приволок овцу, которая блеяла на весь замок. Рэндаллу не хотелось, чтобы крестьяне расходовали свое имущество из-за него, но и отказать не мог – гордые арденийцы сочли бы это за оскорбление. К тому времени, когда последний житель Ардена покинул ворота Вайтхолла, на небе зажглась первая звезда. Легкий морозец сковал ветви деревьев инеем, а на окна набросил узорный покров.
Когда они с Алистером вышли из тронного зала, где проходила аудиенция, Рэндалл чувствовал усталость в каждой клеточке тела. Голова гудела от насыщенных событий дня, а в сердце не затихала боль скорби.
 
Новость о том, что отец серьезно болен, никак не тронула его – лишь раздосадовала. В каких бы отношениях он ни состоял с Аланом, тот был неплохим королем и соблюдал условия мирного договора. Артур же был амбициозен и жаден до власти. Когда он оправился от детской болезни и Алан передал ему титул кронпринца, многие в Совете Южного королевства пытались оспорить решение и продолжали поддерживать кандидатуру Арона. Именно поэтому Артур хотел доказать всему Югу, что он достоин быть королем по праву рождения. Что с ним государство обретет небывалые ранее мощь и славу.
– Нам нужно решить, как быть с Артуром. Нельзя допустить его коронации. Когда он узнает, что я жив и власть в Ардене не удалось захватить мирным путем, то снова попытается меня свергнуть. И боюсь, как бы в этот раз он не выбрал открытую войну.
– К сожалению, у нас нет доказательств вины Артура. Лишь подделанное письмо Холланда. Мы так и не нашли того, кто его подменил. Это могли сделать еще на Востоке.
Рэндалл потер виски, где с каждым шагом нарастала боль.
– Работников порта допрашивали?
– Да, все тщетно. Письмо, как и всегда, забирал Томас, а он не заметил в тот день ничего подозрительного.
Рэндалл хотел спросить, какое судно доставило почту с Востока, но его сбило с мысли громкое урчание живота, подобное рокоту морских волн. Он смущенно накрыл живот рукой, будто это могло заглушить неловкие звуки.
– Принц Рэндалл, вы сегодня хоть что-то ели? – спросил Алистер со строгостью взволнованного родителя.
Рэндалл прикусил щеку изнутри. Деньги, врученные ему в дорогу Маттео, давно закончились, и поэтому последние четыре дня на корабле он перебивался водянистой похлебкой, что давал ему сердобольный повар, да зачерствелым хлебом. А сегодня и вовсе не ел из-за всех событий.
– Поужинаю после заседания, – отмахнулся он.
Алистер остановился. На смену тревоги в его взгляде пришла суровость.
– Принц Рэндалл, мы все рады вашему возвращению и стремлению восстановить порядок и справедливость на землях Ардена, но голодный обморок посреди Совета наших проблем не решит, – отчеканил советник. – Я перенесу его на завтра. Уверен, остальные воспримут это с большим энтузиазмом. Сейчас нам всем нужен отдых.
У Рэндалла не было сил спорить. Он попрощался с Алистером и уже направился в сторону своих покоев, когда тот его окликнул:
– Принц Рэндалл.
– Да?
По лицу лорда Грея пробежала тень вперемешку с сочувствием.
– Должен предупредить вас.
– О чем?
– О княжне Авроре.
Рэндалл удивленно выгнул бровь.
– Сейчас по законам Ардена она жена принца Уилла. Вы должны это помнить и… – Алистер замялся, что было ему совершенно несвойственно.
– Что «и»?
– Вам не следует оставаться наедине с женой брата, дабы не скомпрометировать ни себя, ни ее. До тех пор, пока вопрос о разводе с принцем Уиллом и вашем повторном браке не решится официально.
В глубине души Рэндалл понимал, что Алистер прав. Но от мысли, что теперь они с Авророй чужие, ему хотелось выть.
Он медленно брел по коридорам замка, размышляя о будущем, но тут ему встретилась Тина. На руках она несла спящего ребенка. Сначала Рэндалл подумал, что это Райнер, но быстро сообразил, что малыш в ее руках был меньше его сына.
– Ваше Высочество, с возвращением. – Тина присела в реверансе, придерживая мальчика за спинку. Малыш заерзал, закряхтел и открыл глаза, орехово-карие и раскосые. Он был как две капли воды похож на Закарию, и только цвет глаз достался ему от Тины.
– Это ваш с Закарией сын? – Слабая улыбка тронула губы Рэндалла.
– Да, Ваше Высочество. – Тина с нежностью посмотрела на малыша. – Мы назвали его в честь брата Закарии, Изану.
Рэндалл почувствовал, как потеплело в груди от осознания того, что за время его отсутствия в замке нашлось место не только печали и скорби, но и радости и надежде. Он подмигнул малышу, и тот смущенно отвернулся, пухлыми пальчиками сильнее сжав шею матери.