Внутри (СИ)
После разговора с капитаном о предстоящей пресс-конференции — кто-то слил информацию о том, что следующей жертвой стала Роза Грант — Билли все в том же отвратительном настроении сидела у себя в кабинете. Рассматривая доску, вливала очередную дозу кофеина в свой желудок и задавалась вопросом — а не влить ли туда рома, чтобы успокоить нервы.
Допрос Бакстера выбил ее из колеи. Столько отвращения она еще не испытывала. И еще более противным все это действо делал тот факт, что в своих играх он представлял ее. Эта гадость еще надолго застрянет у нее в голове.
Но она не полиция нравов — она из отдела убийств, поэтому моральная сторона вопроса ее не особо волновала. Пусть с ним разбираются другие. Она не хотела иметь с ним ничего общего. Но не замечать напряжения между ними было сложно. Билли всей кожей чувствовала его возбуждение. Это раздражало, как и предстоящий поход к нему в пыточные. А то, что он допустил к ним ее одну… Она не сомневалась — высок был риск испортить репутацию.
Надо было продумать предстоящую вылазку от и до. И на всякий случай иметь пути отхода. Девушка уже решила, что расставит по периметру снайперов, и группа захвата будет наготове. Оставался вопрос, который, не переставая, кружился у нее в голове. Ее теория о том, что убийца такой же, как и она. Теория была совершенно безумная. Однако Билли же существует со своими способностями в этом мире? Так почему же не могло существовать такого же человека? Это объяснило бы тот факт, что он чересчур много знал про жертв, и его замешательство при касании к ней.
Девушка отхлебнула из кружки и замотала головой. Бред! Это все какой-то бред! Надо его вытащить на поверхность. Вот только как? Билли четко себе представляла, что раз убийца нацелился на нее, следующей будет она сама. Поэтому и должна быть первой. Это точно кто-то из людей Бакстера. В голове промелькнула еще одна безумная идея. Девушка потянулась за телефоном и набрала номер.
— Не ожидал услышать Вас так скоро, лейтенант, — послышался голос Тэда.
— Мне нужно кое-что еще.
— А мне нужны Вы.
— Я серьезно, Тэд. Не порть мне и так плохое настроение. Ты точно уверен, что больше никто не имеет доступ к битам?
— Точно, только те люди, про которых я тебе… Вам сообщил. Там своя система охраны и доступ через ключ карту. На входах камеры.
— Мне нужны записи.
— А что мне будет с этого?
— Я никому не расскажу о крупной сделке на покупку оружия из Азии, — на том конце провода воцарилось молчание, и Билли услышала тяжелое дыхание.
— Черт, Пирс, я хочу тебя. Не знаю, как ты это делаешь, но меня безумно заводит мысль о том, что ты все знаешь и покрываешь меня.
— Я не покрываю тебя, Тэд, — Билли усмехнулась, — а просто использую информацию в своих целях в нужное время. Меня не интересуют твои дела.
— Пусть тебе… Вам так будет казаться. Я же думаю про совсем другое.
— Я тебе яйца прострелю, Тэд. Серьезно! Записи.
— Они будут у вашего технаря через 10 минут. А я буду ждать Вас с нетерпением. Бригаду с собой захватишь? — на тот конце провода послышался хрипловатый голос.
— Захвачу, Тэд. Обязательно.
— Вход будет разрешен только Вам. Остальное буду считать незаконным проникновением на частную территорию.
— Зубки свои спрячь, Тэд. Буду в семь. И если еще какой-нибудь ублюдок попытается мне сломать ребра — прострелю ему яйца. И тебе, чтобы не повадно было.
— До встречи, лейтенант.
Билли поставила кружку на столик и легла на диван. Вечерок предстоял еще тот. Телефон снова зазвонил. На экране высветился Финч.
— Мне прислали видеозаписи, лейтенант.
— Я знаю. Проверь их и сверь со списком имеющих доступ. Мы должны сузить круг подозреваемых.
— Понял, — и отключился.
Девушка еще какое-то время провела с закрытыми глазами, обдумывая всю ситуацию. Она так и не осмотрела последнюю жертву.
«Роза, — подумала Билли, — я должна ее увидеть».
С этими мыслями она уверенно вылетела из кабинета.
Глава 20. Озарение
— Пришли поцеловать мою лысину, лейтенант? — послышалось веселое брюзжание сразу, как только Билли ворвалась в комнату для вскрытий. На одном из столов лежал труп, который на данный момент ловко вскрывался Картером.
«Беднягу похоже удушили», — отметила про себя девушка, обратив внимание на характерную борозду на шее у трупа.
— Картер, милый, и до этого дойдем, не беспокойся, — девушка расплылась в улыбке. — Я всегда сдерживаю свои обещания. Но при мертвых негоже, — она многозначительно посмотрела на покойника, возле которого топтался Картер, — как-то не по-божески будет.
— Хорошо отмазалась, — хмыкнул ей в ответ, — чего пожаловала? Кажется, я все сведения передал агенту Рексу.
— Хочу увидеть ее. И у меня к тебе вопрос.
— Она в восьмой. Какой?
— Насколько сложно достать дитилин?
— Ну в принципе не особо, — Джери задумался. — Врачи используют его при различных манипуляциях — начиная от интубации и заканчивая оперативными вмешательствами. Также знаю, что он используется для профилактики судорог, при отравлении стрихнином и при симптоматической терапии столбняка. В-общем, показания у него обширные и доступ имеется не только у медперсонала — в аптеках его можно найти в свободном доступе.
— Понятно. Проверим и эту зацепку. Спасибо, — кивнув, Билли покинула комнату.
В коридоре было тихо, и стук ее каблуков отдавался эхом по всему помещению. Она очень быстро нашла «восьмую» — ею оказалась небольшая комната для вскрытия с одним столом. В помещении было достаточно прохладно, и Билли поежилась.
Девушка осторожной поступью подошла к накрытому белой простыней столу и дернула ее вниз.
Бледная девушка с закрытыми глазами и искаженными губами от швов — нитки уже были сняты, остались лишь следы — мирно покоилась на столе. Билли стянула одну перчатку и резко втянула воздух.
— Дыши, Билли, дыши, — приказала себе девушка и дотронулась до прохладной щеки.
— Роза… — протянул мужской низкий голос. — Знаешь ли ты, Роза, по какой причине здесь находишься?
— Кто вы? — девушка попыталась поднять руки, но ничего не получалось. Перед глазами темнота — она поняла, что глаза связаны. — Вы хоть знаете кого похитили? Я лицо масс-медиа, достаточно известное. Меня будут искать.
— Оооу… — протянул все тот же голос, — тебя уже ищут. Ищут, да не найдут. Потому что я решил поиграть. Но я никогда не говорил, что буду играть честно.
— Развяжите меня немедленно или …
— Что? — уже более грубо ответил голос. — Или что?
— Что вам нужно? У меня есть деньги… — она почувствовала, как мужчина надавил на ее руки.
— Деньги? — он грубо захохотал. — Мне не нужны деньги. Они у меня есть. Мне нужно искупление. Твое искупление.
— Вы делаете мне больно.
— Я оказался прав. Какая же ты грязная. Знаешь поговорку «молчание — золото»? Столько яда выливать на окружающих все эти годы… Ты не представитель масс-медиа, а банальная вруша, разрушающая чужие жизни. И сующая нос куда не следует.
— Отпустите меня.
— Ну что ты, милая… Это слезы? — удивился голос. — У такой циничной потаскухи есть чувства? Я удивлен.
— Я сделаю и скажу все, что вы мне скажете, только отпустите меня, пожалуйста!
— Я не психолог, детка, и ты не на приеме. И еще эта твоя фраза про проституцию тех девушек… С чего, милая Роза, ты решила, что дело в проституции? Они были такими же грязными, как и ты. Одна невинная потаскуха, вторая — предательница. Они искупили свои грехи. Они очистились и перестали источать грязь. Теперь твоя очередь, — послышался шорох, и тут девушку пронзила боль. — Твои прекрасные губы очень скоро перестанут лгать, — девушка мычала и плакала от боли. — Ну вооот… Прекрасно. Ты теперь такая красивая. Молчание — это прекрасно, ты должна это понять! Для тебя я подготовил кое-что особенное. Розы для Розы. Знаешь, что, Роза? Я жду встречи с лейтенантом. Я просто уверен, что она такая же грязная, как и все! И очищать ее — будет особенным для меня. Столько раз видел ее… Она такая… — мужской голос понизился. — Странная. Как загадка. Как подарок в упаковке во всей этой куче одежды и ее кружевных перчатках. Никогда их не снимает. Давно бы уже потрогал ее и все узнал! Но лейтенант не снимает их, понимаешь, милая Роза? И это бесит и раздражает, — голос мужчины погрубел. — У меня были планы, а она решила в них вмешаться. Поэтому пускай теперь сыграет по моим правилам. Она даже не представляет, что ее ожидает… — голос стих, и девушку поглотила тьма.