Внутри (СИ)
— Лепестки, — произнесла она. — Они черные. Ферн, что думаешь?
— Я уже обратила на это внимание. Изменение цвета — это не изменение почерка. Он такой же. Просто эта девушка имела для него другое значение. Чёрный — достаточно многоликий цвет. В каждой культуре он оценивался по-разному. Но в большинстве — им увенчивали врагов. И, Билли, ты обратила внимание на бутоны? — Ферн кивнула на пространство вокруг тела.
— Да, белые бутоны. И их весьма много. Многообещающий засранец. Он будто насмехается над нами. Говорит, что все ещё впереди.
— Девушка внешне совсем не похожа на предыдущую жертву. Есть мысли о том, как он выбирает их?
— Не по внешности, — Билли задумалась. — Розы, глаза, зашитый рот, да и места преступлений — все это части одного пазла. Я уверена. Он оставил ее в таком специфическом месте. Что это? Вызов нам? Или жертва принадлежала к служителям закона? Или и то, и другое? — девушка вздохнула.
— Будешь ее осматривать? — Ферн взглянула на подругу.
— После осмотра места преступления. Отправляйся домой. На тебе предварительный профиль преступника. Чем раньше, тем лучше.
— Хорошо.
***
Было холодно. Она ощущала, что все тело бил озноб. Девушка попыталась открыть глаза, но резкая боль свела голову.
— Тише милая, не утруждай себя. Тебе надо немного отдохнуть. Тебя еще много интересного ждет впереди, — послышался ласковый мужской голос.
— Что случилось? Почему мне так холодно? — девушка попыталась вспомнить последнее, что приходило ей на ум.
Она почувствовала, как прохладная ткань накрыла ее глаза. Голову мягко приподняли.
— Всегда задавался вопросом, что же толкает всех вас на этот грязный путь? — голос вдруг принял более грубый окрас. — Ты же служитель закона. Зачем? Это мерзко.
— Что вы имеете в виду? И кто вы? Отпустите меня сейчас же, — язык еле ворочался, и говорить удавалось все труднее.
Смех, резкий и грубый, нарушил тишину.
— Я отпущу. Как только очищу тебя.
Она ощущала, как тело медленно сковывает. Она попыталась закричать, но поняла, что не может этого сделать. Рот не двигался, и ей стало по-настоящему жутко.
— Знаешь, как карают предателей? Человечество придумало много разных способов. Но наивысшей карой как была, так и останется смерть. Я же подарю тебе шанс очиститься…
Ночь выдалась холодной, и Билли поежилась. Куртка осталась в машине, а до нее идти было достаточно далеко. Да и к тому же пробиваться через толпу репортеров, которые слетелись как мухи на мед в течении последних пятнадцати минут, не особо хотелось.
Шуму будет много. Это вам не парк какой-то. Это здание суда. Как будто плевок на всю систему правосудия. Билли подняла голову и посмотрела на статую богини. Слишком много символизма. Он играл с ними. Девушка аккуратно присела возле жертвы и начала снимать правую перчатку. Подсознательно она была готова к тому, что увидит. Но страх ощутить все это снова накатывал стремительной волной. Билли встряхнула головой — надо было собраться. Эта бедная девушка уже никому ничего не скажет. Надо ей помочь.
Со стороны казалось, что это какая-то трогательная сцена прощания из кинофильма — грустная рыжеволосая девушка поглаживала волосы умершей. Но то, что увидела Билли, трогательным назвать никак нельзя было.
Еще некоторое время она сидела около жертвы с уже натянутой назад перчаткой и молчала. Никаких эмоций — ее лицо просто окаменело. Только рука продолжала поглаживать голову жертвы, как будто успокаивая ее.
***
К восьми утра Рекс был в своем кабинете — недовольный и агрессивный. Давно он так не злился. Информатор в тот вечер как в воду канул, а привлекательную засранку так и не нашел. Просмотрев все записи видеокамер, он увидел ее только со спины. Эта чертовка знала, где располагаются все камеры, в том числе и скрытые. Но как? Столик, за которым она была, вообще оказался в слепой зоне, и это раздражало еще больше. Он даже опросил эскортниц, которых девчонка к себе приглашала, но те лишь слабо мычали о том, что «дама была настроена просто поразвлечься». Рекс чувствовал, что они врут, но оснований для допроса у него не было. Вот черт! Он так резко ударил по столу, что кружка с кофе опрокинулась.
— Блин, теперь еще и убирать, — констатировал этот факт мужчина и посмотрел на часы. Начало девятого. К половине его ожидал шеф с отчетом по поводу встречи с информатором. Только вот, собственно говоря, сообщать было нечего. Нет Дины — нет отчета. День уже начинался дерьмово.
***
— Лейтенант! — послышался голос Декса.
Билли открыла глаза. Ночь выдалась тяжелой. Они проработали до утра. Опрашивали свидетелей, отгоняли зевак и репортеров, которые набежали довольно быстро. Поэтому, когда под утро они оказались в Управлении, она без задних ног завалилась на диван и уснула. Билли приподнялась на локтях и зевнула. На ней до сих пор было платье, которое уже изрядно помялось к тому времени.
«Надо бы съездить домой, переодеться и душ принять», — подумала девушка и приподнялась с дивана.
— Что случилось? — Билли посмотрела на вошедшего Декса. Тот тоже выглядел взъерошенным и заспанным. Поспал он столько же, сколько и она.
— Мы пробили личность жертвы. Не поверите! Дина Пакстон, 35 лет. Агент ФБР. Досье частично засекречено.
— Она что? — сон как рукой сняло. Билли так резко вскочила с дивана, что немного запуталась в своей юбке и покачнулась. — Вот черт! Что именно засекречено?
— Финч добыл ее досье, там все чисто. Хороший послужной список, награды и все такое. В основном, она работала в сфере борьбы с наркоторговлей. Но последние 5 лет засекречены. Ничего. И расшифровать эти данные Финч не может, — Декс вздохнул. — Придется сообщить федералам.
— Они явно захотят поучаствовать, — Билли нервно зашагала по комнате. — Только вот хрен им, это мое расследование! И я не позволю его забрать.
— Что мы будем делать?
— Нам нужно ее полное досье. Я поговорю с капитаном. Отправляйся домой и прими более свежий вид. У тебя четыре часа. Потом в Управление. Я достану ордер на изъятие записей с видеокамер в «Пантере». Ты с Финчем займешься их просмотром. А где Ник?
— Мне кажется, он храпит в комнате отдыха, — Декс засмеялся. — Пойду его будить.
— Да, давай. У него тоже четыре часа. Домой — поспать и привести себя в порядок. День будет тяжелым. Особенно в связи с последними обстоятельствами. А после — скажи ему ехать к Картеру. Предварительное заключение по вскрытию будет готово.
— Хорошо. Во сколько общий сбор?
Билли взглянула на часы. Стрелки замерли на 08:10.
— В четыре, ордер будет у тебя лежать на столе. Как появишься в Управлении, возьмешь его — и быстро в клуб.
— Лейтенант? — Роб застыл в дверях и устало посмотрел на девушку.
— Что?
— Вам бы тоже отдохнуть. Неважно выглядите. Да и переодеться. Вы конечно красотка, но судью удар хватит, если Вы явитесь к нему в таком виде, — усмехнулся Декс.
— Я пока к шефу. Но переодеться все же не мешало. Все, свободен. Буду вас всех ждать к четырем.
— Будет сделано.
***
Дин Оуэн вот уже 15 минут слушал доклад своего лучшего оперативника, с интересом ее рассматривая. Такой свою подчиненную он никогда не видел, поэтому сказать, что челюсть его немного отвалилась — это еще ничего не сказать. Вот только, не смотря на весь этот неподобающий для Управления наряд, она выглядела довольно уставшей. Глаза ее не блестели привычно, и девушка не пыталась шутить. Он знал, что группе пришлось выехать на место преступления ночью, и они проработали там до утра.
— Как ты? — по-отечески спросил Дин.
Билли приостановила поток информации и откинулась на спинку кресла. Взъерошила волосы и сказала:
— Я в норме. Только устала немного. Дело принимает совсем не тот оборот, на который мы рассчитывали. Жаль, что в сутках не 30 часов, — она нервно усмехнулась. — Работы — жопой жуй, а времени катастрофически мало. Моя интуиция мне говорит, что если мы не найдем этого засранца, то вскоре получим еще один такой подарочек.