ГОН (СИ)
Стоило мне крабиком выползти из немного покачивающейся машины, как подбежавший народ аккуратно сдернул с меня тело и немного поругавшись между собой, оттащил начальственную тушку на нагретое солнцем место.
– Вы эта, того – я сплюнул ставшую внезапно тягучей слюну – сильно его не дергайте. Вдруг перелом где.
Меня тут в ответ обматерили с ног до головы, посоветовав не лезть не в свое дело. Ну-ну. Я не стал возражать на великом и могучем, потому что лечилка уже выдала вполне ожидаемый диагноз про черепно-мозговую травму, называемую сотрясением. Ну и про парочку ушибов с синяками следом. Правда, насчет мозгов у меня возникло сомнение, но все-таки это начальство ... Может, им положено так – чем выше, тем меньше серого вещества используется в работе?
Ильич тем временем содрогнулся всем телом и издав невнятный звук, изверг из себя небольшой фонтанчик. Его тут перевернули на бок, позволив до конца выдавить из себя все непереваренное. Наблюдая за растекающейся лужицей, я внутренне удивился. Вроде столько времени прошло да и прыгал столько, а вон сколько вылилось...
– Чего уставился? Бегом за машиной! – меня развернули за плечи и тут же придали дополнительного ускорения начищенным ботинком.
В самом деле, сотрясение-сотрясением, но врачам показать надо, вдруг там чего еще всплывет...
***
– Давай на воздвиженку – еще раз критически оценив бледного Брежнева, скомандовал мне Яковлев.
– Саша, вы только не волнуйтесь... – начал было Леонид Ильич, но тут же согнулся в очередном спазме.
Не волнуйтесь, как же! Да я сейчас спокоен, как танк, идущий на штурм позиций. Хоть лечилка и утверждает, что организм босса в порядке для такого происшествия, но перед моим внутренним взором встали медицинские заключения про последние года Брежнева. Нет, такой хоккей нам не нужен! Нам еще в холодной войне побеждать...
Включая дополнительную фару, я в первый раз пожалел об отсутствии сирены. Мчался бы сейчас, распугивая всех зверей в округе... Так, как поедем? Познание мне тут же предложило маршрут через мневники на можайское шоссе, там на бородинский мост и следом по старому арбату я почти выеду куда надо. Кстати, а куда надо-то? Кремлевская больница, воздвиженка 6. Логично, черт, побери...
Ребята из охраны попытались было вырваться вперед, но куда им против неизвестных даже мне технологий. ЗИС, подпинываемый телекинезом, довольно быстро перевалил скорость в 120 километров в час, подкрасив стрелку спидометра красным. Я несся по узеньким улочкам и переулочками, практически не отпуская кнопки звукового сигнала. ЗИС, словно почувствав важность момента, утробно ревел всеми дырками, дополнительно пытаясь привлечь к себе внимание. Ралли, понимаешь им захотелось на огороженной территории. Тут впору вводить дисциплину «экстремальное и безбашенное вождение на дорогах общественного пользования». И не надо так орать на меня – та телега все равно была старой! Причем вместе с клячей! Ну не грузовик же мне было таранить?
Я еще раз бросил взгляд в зеркало заднего вида. Нет, есть все-таки что-то маньячное в Брежневе. Зажатый на заднем сиденье рослыми охранниками, он во все глаза наблюдал за разворачивающимся перед ним представлением. Пытаясь успеть побыстрее, я петляя, выходил на встречку и бортовал всех, мешающих мне проехать. А тех, кто был не согласен с таким положением дел, я тупо спихивал на обочину. Зря, что ли я по ночам штудировал специальную литературу? Вот и пригодилось... Двигатель то начинал орать, пытаясь взять ноту повыше, то хлопал несгоревшим топливом в глушителе, пытаясь переварить инерцию разогнанного автомобиля. Один раз, срезая крутой поворот, мне пришлось пролететь через чей-то огород, попутно разнеся в хлам несколько заборов. И чем больше я творил такого непотребства, тем сильнее возвращался к нему на щеки румянец. Может, все и обойдется еще ...
Проскрежетав напоследок колесами, я снес полосато окрашенную палочку, оказавшуюся впоследствии шлагбаумом и припарковался прямо около лестницы, ведущей в приемный покой. Редиски этакие, нет чтобы пандус сделать...
Наблюдая за тем, как врачи пытаются уложить отчаянно сопротивляющегося Ильича на каталку, я глубоко вздохнул и наконец-то вытер пот со лба. Да, как бы после таких гонок к Леониду Ильичу не вернулась тяга к гонкам «без правил». А чего? Перекроем шоссе поменьше, выпустим на него специально подготовленные автомобили и вперед, кто быстрее до финиша ... Не, нафиг-нафиг! Не для того стройбатовцы столько горбатились.
– Саш, ну ты молоток! Я реально пару раз чуть не обделался – ко открытой двери подошел улыбающийся во все тридцать два зуба Рябенко – Знаешь, за сколько мы доехали? За двенадцать с половиной минут!
Усмехнувшись, я помотал головой. Это много. Это очень много. Как минимум для меня. Но ничего, скоро сто одиннадцатые пойдут и уж там будет полный отвал башки. В последнюю поездку на завод я уже успел закинуть мотористам идею про интеллектуальное тыренье схемы форсажа с самолетов. Будет у меня и закись азота и кондиционер поперек остальных! Вон, от таких мыслей аж в жар кинуло...
– Не понял... – до меня донесся приглушенный голос.
Я попытался поднять голову и не смог. А вот теперь и я не понял, откуда у меня звон в ушах появился. Неужели пора назад?
***
Открыв глаза, я увидел потолок. Красивый потолок, известки не пожалели. Или это белила? Хотя какая разница, по мне хоть маслянная краска. Главное, что нет никакого признака того самого тумана из «чистилища» . А значит, игра продолжается!
– Ой, пациент, вы очнулись! – в поле зрения появилось личико.
Я попытался сморгнуть, пытаясь навести резкость. Ну не может быть у обладательницы такого голоса уродливого лица! Не положено мирозданием и прочими общественными течениями. Однако вместо четкого изображения красавицы подлые глаза решили выдавить из себя потоки слез, окончательно размывая картинку.
– Вам больно? – тут же по мне забегали легкие пальчики, пытаясь нащупать невесть что. Или это она одеяло так поправляет?
– Нет – прохрипел я – но пить охота.
– Пока доктор не разрешит, нельзя. Подождите пару минут, я за ним схожу.
Пока я пытался руками, которые внезапно стали дико неуклюжими, протереть глаза, изящный силуэт прошуршал мимо меня и скрылся в проеме двери.
Так, я в больнице, это любому понятно. Но почему я в больнице? Ведь все было хорошо и местами даже замечательно! Лечилка, ау? Острая кровопотеря, большая вероятность геморрагического шока. Какого-какого шока? Черт, поначалу почудилось, что гемморологического.Или там геммороидальный? Я мысленно пробежался по организму. Руки-ноги на месте. Голова с жопой тоже. Меня кто-то ножом пырнул? Но когда? Я же только-только привез Ильича в больницу, как все завертелось? Или это у меня были глюки? Черт, столько вопросов без ответов и как все непонятно-то, хоть кинохронику с собой вози...
– Ну-с, милейший, как вы себя чувствуете? – на пороге палаты стоял разглядывающий меня айболит.
Нет, реально айболит из классических фильмов: небольшого роста, бородка клинышком, круглые очки и одетая на шею фигня с резиновыми трубками. Ну, которые больной не крутитесь и дышите-не дышите.
– Да нормально все – я наконец-то почувствовал силу в руках и опершись, сел на кровати – только пить охота.
– Ну это дело поправимое... Будьте добры!
Я подозрительно покосился на протянутое мне некое подобие заварника, но после краткого раздумья решил, что травить меня не будут и присосался прямо к носику. Что у них тут, обычных стаканов нет? Одно слово - больница!
Напившись, я тут же принялся расспрашивать о том, почему я здесь. Причина оказалась банальной до безобразия: пока я рвал пиджаки, одновременно умудрился пропороть спину, причем раскроил чуть ли не от шеи и до седалища. Поначалу все было хорошо, но все эти гонки заставили толи рану раскрыться, толи какому-то сосудику лопнуть. В общем, пока ехал, был на адреналине, поэтому ничего и не чувствовал, а спинка кресла вместе с остатками пиджака блокировала кровотечение. А стоило приехать и отлипнуть, как оно и потекло.