ГОН (СИ)
– Да-да, я слышал... Какие однако характерные царапины у этих вмятин... Ладно, с этим тоже решим, не впервой после горцев такое убирать.
Горцы? Откуда они тут? В 1943-1944 в Узбекскую ССР были принудительно переселены балкарцы, карачаевцы, ингуши, чеченцы. Блин, опять пятисекундка непрошенной информации. Ладно, раз все хорошо, то может, все-таки можно немного покушать? Баранка под пару глотков чая это немного не то, что мне нужно.
– Кто тут Филиппов? – из дежурки выглянул водитель
Я молча поднял руку.
– Там тебя к Алексей Григорьевичу требуют. Срочно – он нырнул назад к себе в норку
– Шторкин. – тут же подсказал завгар.
Ну раз требуют, да еще и срочно, то надо идти. Наверняка сейчас начнется писанина на тему «как получилось так, что я не знал про перевозку портфеля в глубинах автомобиля». Или наоборот, еще одна подписка о неразглашении того, о чем знать мне не полагается...
– Забирай это все и чтобы я больше тебя не видел! – злобный рык полковника буквально впечатал меня в закрывшуюся за спиной дверь.
Я перевел взгляд на стол перед ним. Небрежно валяющийся портфель и рядом горка инструмента. Отвертки, плоскогубцы, ключи... И изо всей этой экзотической пирамиды гордо торчит огрызок шланга. Не понял... Я подошел поближе и окинул взглядом открывшийся пейзаж. А нет, теперь понял. Комплектная сумка для инструмента порвалась и кто-то из моих предшественников, не долго думая, переложил все в неизвестно где добытый портфель. И глазу приятно и вместимость побольше штатной, не говоря уж о прочности. Так что неизвестный мне собеседник полковника был абсолютно прав – есть в машине портфель. Ну а то, что немного не с тем содержимым...
***
– И что, так прямо и сказал? – смеющийся Брежнев радостно хлопнул себя по коленям.
– Да, а потом весь такой красный, как перезрелый помидор, и не поднимая глаз, подписал мне пропуск.
– Да, он такой...
Я наблюдал за утирающим слезы Рябенко и с трудом сдерживался, чтобы не подхватить ржач во весь в голос. Сегодня у меня свершился бенефис в театре одного актера. Сразу же по приезду я был буквально выдернут из-за руля и доставлен перед очи Леонида Ильича. Дав выпить ритуальную чашку чая, с меня потребовали рассказать буквально по минутам все, что со мной произошло. Где-то на середине повествования я не выдержал, вскочил из-за стола и принялся показывать все в лицах. Благодарные зрители не остались в накладе и высоко оценили мой порыв. В общем, сцена с полковником сразу получила высшие оценки жюри и поэтому пришлось повторять ее на бис. Ну а чего? Мы, шофера, народ очень разносторонний...
Отсмеявшись, Леонид Ильич рукавом вытер выступившие следы и взмахом руки отпустил меня. Уже выскальзывая за дверь, я на всякий случай оглянулся на предмет не забыл ли чего. Александр Яковлевич поймал мой взгляд и подняв указательный палец, выразительно им по наручным часам. Кивнув головой, я прикрыл дверь. Надеюсь, они там не пару часов зависнут...
Выйдя на крыльцо, я задрал голову. Куча звезд и пока ни одной рукотворной. Ничего, буквально через пару месяцев начнутся первые работы по созданию спутника. Будет чем побибикать инопланетянам, если они конечно есть в природе...
– Саш, ну ты как вообще и в целом? – подполковник, как всегда, тихо подкрался со спины.
– Александр Яковлевич, да все в порядке. Подумаешь, скатался туда-сюда с посылкой. Что в этом такого?
– Не скажи, не у всех получалось... – чиркнув спичкой, он сложил ладони лодочкой и прикурил
– Так это что, навроде испытания было?
– Не совсем, Саша, не совсем...
Я с трудом задавил поднявшееся внутри раздражение. Хотя... а чего я хотел? Чтобы вот так вот сразу и в дамки? Немного пораскинув мозгами, я даже немного посочувствовал Рябенко. Проверки всех и каждого, внезапные и плановые. Это мне хорошо, можно глазами хлопать и корчить физиономии – а ему хрен соскочишь.
– Ладно, тогда слушай мою команду. Сейчас дуй в общагу, отъедайся, отсыпайся... В общем, приводи себя в порядок. Если кто будет спрашивать, где был – отговаривайся командировкой. А про спрашивающего потом мне скажешь. Понял?
Понял, чего тут не понять-то. По поручению был где-то там. Делал нужное и полезное дело. Где и что – это вы у начальства спрашивайте, а то мне не велено. В общем, Дартаньян довез подвески и честь королевы спасена. Король клеймит кардинала, всем спасибо и пока.
Следующее утро началось как обычно. Постояли, послушали кому куда, покивали головами на очередные указивки по сохранению горючего и повышению пробега без поломок. Мне, как переработавшему сверх норматива, влепили внеочередной отпуск на целые сутки. Вопросы есть? Раз нет, то за работу!
Немного покрутившись в недоумении от внезапно свалившегося выходного, решил начать свой день с приятного, сиречь посещения столовой. Однако насладиться заслуженным отпуском мне не дали. Стоило мне выйти из гаража, как я увидел Рябенко, безмятежно пускающего клубы дыма. Даже отсюда мне было видно, что Александр Яковлевич довольный, как кот, искупавшийся в сметане. Поняв, что услада желудку снова откладывается, не дожидаясь призыва, я подошел и поздоровался.
– И тебе доброго дня – лыбящийся подполковник с прищуром глянул на солнце и мотнул головой – садись.
Ничего себе. В Ташкенте вокруг меня увивался полковник, тут начал делать тоже самое подполковник. Мои котировки явно находятся где-то на заоблачных высотах! Не сорваться бы.
– Так, начну с хорошей новости: сегодня из Ташкента пришло подтверждение, что ты отлично справился. Немного не так, как мы планировали, но это и к лучшему.
Я молча кивнул, принимая заслуженную похвалу.
– Теперь вторая новость: ты уволен. — он сделал паузу, чтобы насладиться моим вытягивающимся лицом – И третья: ты принят на работу.
– А можно поподробнее? – я судорожно пытался отбиться от мыслей, куда можно уволиться из КГБ.
Перед внутренним взором почему-то встали коптящие печи. Вперед ногами и потом в виде дымка на свежий воздух. Хотя стоп. Меня же не только уволили, но и приняли. Призрак печей исчез, почему-то сменившись цветочной полянкой.
– Ты был в третьем управлении. Хозяйственном. Так?
– Так – я согласно боднул головой воздух – в автослужбе. Я же водитель.
– А теперь будешь в первом. Личная охрана. И водитель ты теперь тоже личный.
Я сжал ладони рук в замок. Потом зажал между коленями. И года не прошло, как я добрался до первой ключевой точки в своем плане. Офигеть и не встать!
– И чего, даже не возмутишься, что даже согласия твоего не спросили? – подполковник откровенно наслаждался представлением.
– Нет. Надо так надо. – я пару раз глубоко вздохнул и с усилием откинулся на спинку кресла – готов, только пока не знаю с чего начинать.
– Ну тут все просто...
Просто ему! Я тайком вытер вспотевшие ладони об штанины. Но ничего, ведь не боги горшки обжигают, а стоящие рядом с ними! Пока собирал свои мысли в кучу, мы подъехали к обкому. Странно, вроде у республиканского отдела другое здание. Но командую парадом сейчас не я, так что глупые вопросы подождут.
Выскочив из машины, я вился хвостиком за Рябенко. Вверх по здоровенной лестнице и сразу же в холле направо. Коротко стукнув в дверь, тот вошел в небольшое помещение. Ага, местная дежурка. Стол, на котором около телефона стоит чайник. Рядом пара стульев и здоровенная кушетка. В принципе, почти все как и у нас.
– Ребята, я вам привел нового напарника. Знакомьтесь - Александр Филиппов!
– Саша Меньшов!
– Борис Андреев!
Пожав руки новым коллегам по водительскому ремеслу, я сразу отметил, что внешне мы как будто однояйцевые близнецы. Одно и тоже телосложение, один и тот же рост. Даже прически были практически одинаковыми. «Наверное, чтобы босс не путался» – усмехнулся я про себя.
– Так, даю вводную! – Александр Яковлевич не дал даже нам «обнюхаться».
Выслушав приказ, я безоговорочно согласился с ним. Первые несколько дней – все вечерне-ночные дежурства мои. Число поездок стремится к нулю, поэтому будет время на знакомство с остальными ребятами из охраны. Мы должны узнать друг друга как можно лучше и отличать своих от чужих даже в кромешной темноте. Еще одну смену катаюсь в машине охраны, запоминая основные пункты назначения, подъезды к ним и вообще все, что требуется для совместной работы. Заодно побуду запасным шофером на случай чего. В свободные минуты ребята рассказывают мне о привычках Леонида Ильича, что любит, что не любит и прочие мелочи. Вроде все логично.