Чертова Мельница

– Ну? И что?
– В самый последний миг она отлетела в сторону, словно отброшенная какой-то неведомой силой, – сказал Тагарон, понизив голос и вжав голову в плечи. – Отлетела, загрохотала по полу, граф, конечно, повернулся в ту сторону, а я побыстрее убрался, пока он меня не заметил… Насколько я знаю, именно так и обстоит с благородными ларами, которых не может поразить ни один летящий предмет, неважно, пущен ли он человеческой рукой, или это произошло от естественных причин…
– Правильно, – медленно произнес Сварог. – Именно так и обстоит…
– И тогда я окончательно перестал что-либо понимать! – визгливо, прямо-таки по-бабьи воскликнул Тагарон. – Еще и лар вдобавок ко всему!.. Я никогда не собирался впутываться во всякие интриги и тайны! Я просто хотел жить хорошо…
– Успокойтесь вы, – сказал Сварог, вставая. – Будете жить. Очень может быть, и с девками…
Потеряв пока что всякий интерес к своему пленнику, не оглядываясь на него и уж тем более не прощаясь, вышел за дверь. Сыскарь вопросительно придвинулся.
– В тюрьму его, – сказал Сварог равнодушно. – Все равно, в какую, лишь бы сидел надежно, «секретным арестантом»…
Отвернулся и неторопливо направился к выходу. Ломать голову не следовало – версия имелась давным-давно. Он вспомнил Равену, дом с высоким крыльцом, погруженную во мрак комнату. Вспомнил человека, чья плоть и кровь медленно, но неотвратимо превращались в золото. Вновь услышал глухой, бесстрастный голос лорда Раутара:
– Когда доберетесь, передайте Гаудину, что у Стахора в Горроте – Ледяной Доктор. Запомнили? Ледяной Доктор…
Ледяной Доктор. Безусловный лар. Гениальный полубезумный экспериментатор, не обремененный в своих жутковатых научных забавах хотя бы каплей морали и этики. Гаудин уверял, что собственными глазами видел труп Доктора, убитого при погоне, которую самолично возглавлял. Но если вспомнить, что Гаудин не раз ошибался…
Мрачнее тучи, он сбежал по ступенькам, выхватил поводья у Баруты, взмыл в седло. Замурзанный сторож едва успел распахнуть створку ворот, Сварог помчался по улице галопом, слыша сзади стук копыт ратагайских коней. Прохожие привычно шарахались, подковы взметали грязь.
Ледяной Доктор – даже если это и он – мог подождать. Все на свете могло подождать. Самым важным сейчас было зеркало, висевшее в пустом домике – зеркало, в которое можно рассмотреть вблизи Багряную Звезду, Чертову Мельницу…
  
Глава XII
 
Тяф! Тяф! Тяф!
 
Из-за специфики городка и гостеприимство местное было специфическое: вместо вина бургомистр выставил на стол дюжины две графинов с наливками и настойками – на всевозможных ягодах и фруктах. И усиленно потчевал. Сварог не особенно и отказывался, отдавая должное всему подряд: все равно у него в кармане лежала склянка с отрезвляющим зельем.
Бургомистр был маленький, толстенький, с лицом, сразу выдававшим большое пристрастие к главной отрасли городского производства, – и человеком большого ума, а также хитрости никак не выглядел.
– Сказать по правде, почтенный Торма, я рад, что наконец-то нашелся хороший покупатель на все, что слишком долго не могло найти хозяина, – тараторил он, откупоривая новые бутыли. – Вы ведь, я так понимаю, намерены перебраться к нам на жительство?
– Вот именно, – сказал Сварог.
– Это хорошо, – кивнул бургомистр. – Новые владельцы недвижимости – это новые плательщики налогов, хе-хе. И потом, человек с капиталами будет весьма полезен. Вы уж простите, что я так меркантильно, да что поделаешь, должность такая…
– Ничего, – сказал Сварог. – Я сам человек меркантильный, как всякий купец.
– И не просто купец… О, вот и вы, наконец, Сувайн! А я уж начал гадать, куда вы запропастились… Знакомьтесь: почтенный Торма Трай, купец из Равены. А это господин Сувайн, наш управитель канцелярии. Наш, так сказать, первый министр, да простится мне за столь фривольное сравнение…
Сварог молча поклонился. Здешний первый министр, не церемонясь, подсел к столу. «Интересные дела», – подумал Сварог. Он вспомнил фразу из какого-то земного детектива: «Он мне показался чересчур сильной личностью, чтобы сидеть в крохотной таксомоторной фирме».
 
Действительно, этот самый Сувайн казался слишком сильной личностью для того, чтобы заправлять канцелярией захолустного городишки. Мужественное лицо с резкими чертами и сильным подбородком – ему бы больше подошел офицерский бадагар, а то и придворный мундир. Однако, судя по платью, самый обычный чиновник. Ну, мало ли по каким причинам умные и волевые люди застревают в глуши – тут и отсутствие протекции, и какие-нибудь провинности, наконец, просто случая не подвернулось…
Судя по последней фразе бургомистра, прерванной приходом Сувайна, наступало время неизбежных вопросов. Сварог к ним приготовился заранее, потому что прекрасно понимал свое положение. Когда преуспевающий столичный негоциант скупает недвижимость в глуши, это само по себе вызовет вопросы. Но когда вдобавок негоциант этот с оравой приказчиков прилетает на самолете, который здесь видели впервые в жизни…
Но что поделать, не было у Сварога времени тащиться сухопутьем или плыть по Ителу…
– Похоже, что вы – купец не из мелких, почтенный Торма, – продолжал бургомистр прерванные речи. – Не абы как к нам заявились, а на самолете прилетели. В жизни бы не подумал, что однажды придется самолично лицезреть это чудо техники. Полгорода до сих пор торчит там, на пустыре, глазеет вовсю. Я-то слышал, самолеты предназначены только для военных целей…
– Так и было до последнего времени, – сказал Сварог без малейшей запинки. – Однако обстановка изменилась, сами понимаете… И самым решительным образом.
Он покосился на свой собственный парадный портрет, висевший на почетном месте. Терпеть не мог эти портреты: короля полагалось изображать величественным, напыщенным, чванным, одетым в геральдическую мантию, усыпанным парой килограммов самоцветов, в короне, со скипетром… Разумеется, сейчас его не могла бы опознать ни одна живая душа: конечно же, заклинание, напрочь изменившее внешний облик…
– Войн теперь станет гораздо меньше, – продолжал Сварог уверенно. Не может же король допустить, чтобы воевали меж собой подвластные ему державы…
– Да уж конечно! – подхватил бургомистр. – Такие вещи мы понимаем и тут, в глуши. Это как если бы разные концы нашего городка вздумали вдруг воевать по всем правилам…
Сварог безмятежно продолжал:
– В окружении короля нашлись умные люди, посоветовавшие, чтобы самолеты не простаивали, найти им мирное применение. Скажем, перевозить особо скоропортящиеся товары, сдавать внаем тем, кто по своим надобностям хочет путешествовать особенно быстро…
– Дельная мысль, – закивал бургомистр. – Умнейшие, должно быть, люди… Вот взять иную ягоду: далеко ее не повезешь, быстро портится, а ведь где-нибудь подалее отсюда можно взять не в пример лучшую цену… Вы согласны, Сувайн?
– Безусловно, – веско промолвил управитель. – Лично я не отказался бы от десятка самолетов в личном владении. Для иных торговых операций – вещь незаменимая.
– Увы, до этого еще не дошло, хотя когда-нибудь непременно дойдет, пожалуй, – сказал Сварог. – Но уже сегодня можно нанять самолет для деловой поездки.
– Недешевое, должно быть, удовольствие… – протянул бургомистр с нешуточным уважением на лице.
– Не из дешевых, – согласился Сварог. – Но вы же деловые люди, господа, знаете, что бывают случаи, когда никаких расходов не жаль…
– Уж это точно, – закивал бургомистр. – Сэкономишь грошик – потеряешь аурей… – он постарался придать своей простецкой физиономии выражение дипломатической хитрости, что вышло не особенно и удачно.
Сварог понял, каков будет следующий вопрос – ну, он и к нему был готов…
Бургомистр осторожно начал:
– Почтенный Торма, люди везде любопытны, а уж в нашей глуши, где приезд всякого свежего человека – целое событие… Если не секрет, что в наши края привело преуспевающего столичного купца? Да вдобавок не пожалевшего денег на наем самолета? Сплошь и рядом всевозможные банкроты, скорбно подсчитав остаток капиталов, перебираются в глухую провинцию, чтобы вести скромную жизнь… Но вы на банкрота ничуть не похожи. И на человека, попавшего в немилость – тоже…