И даже смерть не разлучит нас (СИ)
- Ну, что тебе сказать, - Ричард вздохнул, глядя на меня с состраданием врача, который вынужден сообщить пациенту, что его заболевание не только неизлечимо, но и весьма быстро прогрессирует, - когда ты на нервах, к плите тебя лучше не подпускать, а то с такими кулинарными опытами даже моя всеядность не справится.
Что?! Я ему о сокровенном, а он только о еде и думает?! Я сдавленно зарычала, нашаривая на столе что-нибудь достаточно весомое для выражения глубины моего возмущения. Как назло, ничего серьёзного, кроме салатника не попадалось, но лишать себя завтрака мне не хотелось.
- Белль, при всём моём уважении, девичьей импульсивности в тебе даже с избытком, - Ричард укоризненно покачал головой, - ты не дослушала, а уже обиделась.
Милый мой, ты ещё не знаешь, как я умею обижаться!
- Бесчувственной ты себя считаешь абсолютно напрасно, - муж словно и не замечал, что его голове грозит серьёзная опасность близкого знакомства не только с салатом, но и салатником заодно, - твоё возмущение и обида тому наглядный пример. А то, что ты не готова стелиться тряпочкой под ноги возведённого тобой же в идеал мужчины как нельзя лучше указывает на имеющееся у тебя чувство собственного достоинства, здравый смысл и личные интересы, без которых любое живое существо надоедает недели за три максимум. И да, то, что ты не надела мне на голову наш завтрак демонстрирует твою выдержку и воспитанность. Короче, - Ричард расплылся в довольной улыбке победителя, только что выигравшего гонку за кубок галактики, - повезло мне с женой.
Вот как это он ухитрился закончить дифирамбы мне похвалой себе, любимому? Я фыркнула смешливо, потом и вовсе расхохоталась. Со смехом уходили сомнение, смятение, гнев, восстанавливая благодушие и возвращая миру всю гамму красок.
- Кстати, в фильмах за завтраком супруги всегда интересуются планами на день, – Ричард чопорно, точно потомственный аристократ, опустился за стол, спросил, нарочно растягивая слова, - какие же у вас планы, моя милая?
- Дорогая, - машинально поправила я, вспоминая горячо любимые фильмы и тех немногих аристократов, с которыми была знакома, - в благородных семьях друг друга называют или дорогая, или по титулу с именем.
- А моя бабуля всегда говорит, что дорогими разумные существа становятся только на невольничьих рынках во время аукциона.
- А твоя бабуля была на таких рынках? – я испуганно прижала ладошку к губам, сообразив, какую бестактность ляпнула. – Извини.
Ричард пожал плечами:
- Её продавали два раза, причём первым притащил бабулю на торги её собственный муж, который заявил, что не намерен всю жизнь прожить с ядовитой змеёй. Ба купил богатый плантатор с аграрной планеты, но он погиб, упав с лестницы и сломав себе шею. Его сын оказался сговорчивее отца и позволил родичам выкупить бабулю.
Бедная женщина, сколько ей прошлось пережить! Не удивительно, что она стала такой, мягко говоря, саркастичной.
- На этом перипетии в жизни ба не закончились, ставший её опекуном дядька заявил, что она обязана отработать своё спасение выгодным замужеством.
Обалдеть, вот это я понимаю любящие родственники! Тётушка, голодным кровососом зудящая с наступления моего пятнадцатилетия о месте женщины в этом мире (для тех, у кого нет таких заботливых родственников, поясню: место женщины в кухне, детской и церкви по выходным) ангел по сравнению с дядькой Ариссы!
- Куда именно бабуля послала своего опекуна я тебе говорить не стану, ты и сама всё понимаешь. Скажу лишь, что после громогласного скандала ба ушла из дома, оглушительно хлопнув дверью и устроилась официанткой в кафе на одной условно законопослушной станции. Там она и встретила своего второго мужа, моего деда. Вот такая вот история, похлеще любого приключенческого фильма, - Ричард допил чай, поморщился, посмотрев на часы. – Нам пора идти, малышка. Твои пациенты, спору нет, никуда не убегут, а вот мои подопечные более манёвренные.
- А вы узнали, кто сделал профессиональному соблазнителю смертельную инъекцию?
Моя мама никогда не одобряла подобных разговоров за столом, но, спрашивается, когда ещё их вести, если мы расстаёмся на целый день? Да, я оптимистка и верю, что сегодня никому из гостей и жителей города не потребуется помощь судебно-медицинского эксперта. Хотелось бы думать, что помощь полиции тоже не потребуется, но, увы, это уже за гранью фантастики.
- Да, это была одна из оставленных Абиганом любовниц, её видел и запомнил пришедший мстить за свою поруганную честь супруг. Когда его арестовали, он первым делом спросил, будет ли ему поблажка за сотрудничество со следствием и только получив положительный ответ рассказал о том, что видел, как из дома Тейна выходила миловидная юни в весьма, как он выразился, растрёпанных чувствах. Теперь нам надлежит найти эту особу и узнать, какие-такие события выбили её из колеи.
- Даже и не сомневаюсь, что вы её найдёте, - я поцеловала мужа, огорчённо вздохнула, покосившись на часы, - нам пора.
Ричард прижал меня к себе, хрипловато зашептал в ушко, щекоча кожу горячим дыханием, пробуждая тёмную страсть в крови:
- А может, ну её, эту службу, отключим видеофоны, закроемся дома, чтобы никто не мешал, а ещё лучше, свалим на денёк-другой из городка, пусть побегают, поищут.
Честное слово, я почти согласилась, но вспомнила, с каким трудом добилась работы и нашла в себе силы противостоять соблазну. Ричарду-то что, его пожурят, да и простят, он талантливый детектив, настоящий бриллиант для этой глухой провинции, ему любые выкрутасы простят, лишь бы он никуда не сбежал. А меня пока терпят, причём с трудом, крепко стиснув зубы, любой промах будет для меня роковым, тем более такое вызывающее нарушение служебной дисциплины.
- Трудоголик ты мой, - Ричарду ничего объяснять не пришлось, он и так всё понял, я же говорила, талантливый детектив. – Честное слово, иногда мне кажется, что работу ты любишь больше, чем меня.
А вот фигушки, не стану оправдываться! То, что легко достаётся, ценится меньше.
- Одинаково, - пропела я, выплывая из кухни. Ещё и бёдрами провокационно покачивала, спиной чувствуя огненный взгляд мужа. Лишь бы он мне на одном интересном месте дырку не прожёг, на переодевание времени совсем не осталось.
Глава 11. Продолжение
День, как я и предполагала, оказался тихим и размеренным, как в престижном офисе, где даже принтер бумагу зажёвывает исключительно после согласования этого манёвра с начальством. Я провела ревизию в своих владениях, составив список оборудования, без которого просто невозможно нормально работать, с плохо скрытым удовольствием устроила Остину выволочку за несоответствие занимаемой должности, выражающееся в распиханной по углам грязи и многовековым залежам пыли. Да, я могу быть и злопамятной стервой, что с того? Нет, мне не стыдно, в конце концов санитар сделал всё для того, чтобы я его невзлюбила. То, что я, мерзавка такая, в который уже раз заставила его работать, приязни ко мне не добавило, но положа руку на сердце, плевала я на Остина и его бесценное мнение с верхушки круизного космического корабля. Гораздо больше меня огорчала бледность и молчаливость Кевина, какая-то внутренняя опустошённость моего верного помощника. Я несколько раз интересовалась его самочувствием, но в ответ неизменно слышала, что у него всё прекрасно, он просит ни о чём не беспокоиться. Что ж, на нет, как известно, и суда нет, я отстала от Кевина, предварительно вытребовав у него обещание, что, если ему станет совсем худо, он не станет геройствовать и сообщит мне. В глубине души я предполагала, что напрямую связано со скверным самочувствием моего помощника, но ни Кевину, ни мне это предположение облегчения не приносило. Давать увлечённому мной мужчине ложную надежду я не собиралась, изменять мужу тем более, потому пришлось сделать хорошую мину при плохой игре и не замечать общей убитости моего помощника, тем более, что мне было, чем заняться. Я ещё раз перечитала список оборудования, вздохнула, понимая, что за благо будет, если хоть половину из необходимого пришлют и принялась составлять заявку. В конце концов, если не просить, вообще ничего не получишь, верно?