Сломанные искры (СИ)
– Я сам, – но меня покачнуло, перед глазами плыло, я едва доковылял до скамейки с ее помощью и со стоном опустился, вытягивая больную ногу, сжимая зубы от острой боли.
– Где таблетки? – она забрала с моих рук платок и принялась сама обтирать мое лицо.
– Забыл вчера дома.
– Тут рядом аптека. Что купить?
– Ментов вызови сначала, а то эта тварь уйдет.
– Да без нас уже справились, – я открыл глаза, смотря в сторону, где оставили ублюдка, оказалось, что охрана отеля о нем уже «позаботилась».
– Девушка, вы не уходите, пожалуйста, сейчас полиция приедет, напишите заявление, у нас тут камеры стоят, запись предоставим, – один из охранников обратился к ней, заботливо сжимающей мою руку.
– Хорошо. Извините, пожалуйста, у вас не будет какого-нибудь болеутоляющего?
– Сейчас поищем. Может скорую вызвать?
– Не надо, – ответил, хотя перед глазами уже все плыло от боли. Ненавижу это состояние, бросающее меня в полную беспомощность. Охранник удалился, а я повернулся к ней, стараясь в болевом мареве рассмотреть ее лицо.
– Может, хоть теперь познакомимся, – попытался улыбнуться, что вышло из плохо, – Ярослав.
– Тая.
– Это полное имя или сокращенное?
– Таисия, но все зовут просто Тая.
– Красивое имя, я бы не догадался.
Наше впервые открытое общение, прервал вернувшийся охранник со стандартом таблеток и бутылкой воды.
– Спасибо вам большое, – произнесла Тая, беря лекарство и воду из его рук, – что мы вам должны?
– Ничего, – мужик улыбнулся ей и отошел к подъехавшим полицейским машинам.
Глава 18
А дальше разговоры и объяснение с полицией, поездка в участок. Оставить ее одну разбираться со все этим дерьмом я не мог, несмотря на то, что слабенькое болеутоляющее принесенное охранником почти не помогало. Тая очередной раз за эти пару часов, рассказала следователю историю с попыткой ее запугивания и нападения возле гостиницы, написала на этого мудака заявление и нас, наконец-таки отпустили.
Домой едем на такси, я сотый раз пытаюсь убедить ее, что справлюсь сам и уговорить отправиться к себе, но она непреклонна.
– Ты просидел со мной все это время, несмотря на боль. И ты меня спас. Я не могу просто уехать, – я улыбаюсь ее словам и целую ее руку. Мне нравится к ней прикасаться. Никогда не испытывал ни к кому подобной тяги.
Она помогает мне подняться на этаж и зайти в квартиру, чувствую, что выпитые таблетки совсем отпускают и перестают действовать, что вот-вот новый болевой приступ накроет меня волной, сбросив обувь, сразу иду за лекарством на кухню. Принимаю две таблетки и опускаюсь на стул, переводя дыхание.
– Проходи, – произношу, понимая, что Тая все еще стоит в коридоре. Так, непривычно называть ее по имени даже в своих мыслях. Но ее имя ей очень подходит. И мне нравится его повторять, оно перекатывается во рту словно сладкий леденец.
– Ты как? – она появляется в дверном проеме и в ее взгляде плещется тревога.
– Через минут пять буду огурцом. Можешь пока поставить чайник?
– Конечно.
– Хочется уже перекусить, а лучше чего-нибудь пожрать.
– Я могу приготовить, – она тут же отзывается, наполняя чайник водой.
– Там в холодильнике, недоготовленый вчерашний ужин, – улыбаюсь, вспоминая нашу проведенную ночь, и она улыбается в ответ, понимая, о чем я сейчас подумал.
Я смотрю на нее, достающую из холодильника мои вчерашние заготовки и на душе становится так тепло и уютно, как не было никогда. А еще она будто заряжает меня жизненной энергией и это удивительно.
– Почему ты не сделаешь операцию? – спрашивает, наполняя чашку чаем, и отходит к плите, чтобы поставить на нее сковороду для жарки котлет, которые со вчерашнего вечера лежали в холодильнике размороженные.
– Делал и не один раз. Устал от больниц. И они не помогают.
– Дочь моей коллеги делала операцию на ногах в Китае, все прошло замечательно, хотя до операции она даже ходить нормально не могла. Хочешь, я узнаю для тебя? – мне приятна ее забота, но я не знаю, что сейчас ответить, это надо обдумать. До ее появления я был готов поставить на себе крест и смириться с жизнью инвалида, а сейчас рядом с ней чувствую, что хочу жить по-другому, полноценно.
– Если ты бы вышла за меня замуж, то я бы обязательно сделал операцию и постарался вернуться в полноценную жизнь, – улыбаюсь, смотря на нее и делая глоток горячего чая, – а так зачем зря рисковать, вдруг хуже только станет.
Она улыбается в ответ, понимая, что я просто съезжаю с темы, уходя от прямого ответа.
– А если я скажу тебе, что выйду за тебя, если ты сделаешь операцию и начнешь лечение? – внезапно произносит она, все так же с улыбкой, а в ее светло-карих глазах пляшут смешинки и я понимаю, что попал в собственную ловушку. Смеюсь в голос. Я и забыл, за этой возней с ее бывшим, что она мастер словесных игр. И я снова ей проиграл. С этой женщиной надо быть начеку. Но мне это нравится.
– Если я тебя сейчас поймаю на слове, что будешь делать потом? – ее улыбка становится шире и она тоже смеется.
– Понятное дело – выйду замуж, обещала ведь.
Глава 19
Тая остается у меня, ей не хотелось уходить, а мне ее отпускать. Мы наконец-то разговариваем, смотря в глаза друг другу, и это рождает необъяснимые чувства внутри меня, я никогда подобного не испытывал, меня никогда настолько сильно не тянуло ни к одной женщине, ни одна не касалась души, ни одна не пробиралась так глубоко под кожу. Я знаю ее так мало, а кажется будто всю жизнь.
После ужина мы смотрим какой-то фильм, лежа в обнимку на разложенном диване, Тая не бежит на кухню как Вера, чтобы отмыть после готовки посуду и проветрить кухню, не суетится, не старается мне понравиться, она просто наслаждается этим временем, как и я и от этого становится мне еще ближе. Обнимаю ее, целуя в макушку и она тут же прижимается еще тесней, обвивая меня своей рукой.
Утро встретило нас первым снегом. Наполнив чашки горячим кофе, выглянул в окно, белоснежное покрывало ослепляло, мерцая от солнечного света будто россыпь страз. Люди во дворе очищали свои машины на парковке, кто-то спешил по своим делам и, кутаясь в теплые куртки, бежал на остановку, и лишь мы, прижавшись к друг другу, пили горячий кофе, наслаждаясь теплом и беспечностью нового дня.
– Ты работаешь?
– Хочешь узнать не стану ли я иждивенкой на твоей шее? – Тая рассмеялась, лукаво глядя на меня и делая глоток из своей чашки.
– Окстись женщина, что за нелепые мысли в твоей голове? Я всего лишь хотел узнать, нужно ли мне готовиться к тому, что ты сейчас покинешь мою берлогу, чтоб уйти во внешний мир за материальными благами. Там погода не располагает к прогулкам, а ты в легком пальто.
– Я в отпуске. Так что еще как минимум пару недель буду свободна.
– Это хорошо, потому что я совсем не хочу тебя отпускать, – наклонил голову и поймал ее губы поцелуем, наслаждаясь податливостью и мягкостью ее губ.
Вечером меня снова скрутило от боли. Собственная ошибка. Я настолько расслабился, что забыл принять во время таблетки, и едва вышел из душа, тут же словил жесткую судорогу со всеми вытекающими последствиями. Тая, хмурясь, принесла лекарства и обтирала мое лицо мокрым полотенцем, пока мне не стало лучше. Уложила меня на диван, а потом взяв в руки телефон, ушла на кухню и прикрыв дверь, закурила, набирая чей-то номер.
Как только приступ прошел, я сел и уже был готов подняться, чтобы узнать, чем она там так занята, но Тая вышла, держа в руках листок бумаги.
– Это контакты клиники и врача, – она протянула мне лист с номерами телефонов, названием и адресом клиники. – Позвони, пожалуйста, договорись о приеме. Этот врач берется даже за самые тяжелые случаи, у них есть связь с китайскими клиниками, они отправляют туда, если сами не могут поставить на ноги пациента.
– Хорошо, – я улыбнулся ей, притягивая ее к себе. Если быть честным, то мне даже думать не хотелось о врачах, клиниках и операциях.