На грани счастья (СИ)
— Это вы себя не слышите! Я адвокат, а не детектив! Делаю, что могу! — отрезал Говоров.
— Из-за таких как вы, ломаются человеческие жизни! — не могла успокоиться Калерия. Она подскочила со стула и угрожающе нависла над адвокатом.
— Ну знаете ли… — презрительно смерив её взглядом, произнёс мужчина в ответ.
— Не знаю и знать вас больше не хочу! Вы уволены! Мы больше не нуждаемся в ваших услугах!
— Лер, успокойся! — снова вмешался Герман, видя, что ситуация достаточно критическая.
— Не трогай меня! — разъярённая Лера сбросила его руку со своего плеча и метнула яростный взгляд в сторону парня. — Так вот, — она снова развернулась к Говорову: — не дай Бог, я увижу вас ещё раз! — и тут же покинула кафе, в котором проходила встреча.
Девушка сидела в машине, пытаясь успокоиться и справиться с дрожью, которая её пробивала. Она была в отчаянии, понимая, что муж остался без правозащитника, да ещё и в практически безвыходной ситуации. Слёзы снова накатывали на глаза.
Дверь открылась и Истомин-младший сел на водительское сидение.
— Ну и? Чего ты добилась? — раздражённо спросил он. — Чего? Оставила Игоря без адвоката!
— Послушай, лучше вовсе без адвоката, чем с таким, как этот! — так же раздражённо ответила она.
— Да? Может ты будешь представлять его интересы в суде? Раз такая умная!
— Я найду другого адвоката. Лучшего.
— Лучшего? Ты знаешь, сколько стоит лучший адвокат? Счета арестованы, у меня таких денег нет, я уже этому заплатил! — возмущённо заявил парень. — У нас безвыходная ситуация!
— Из каждой ситуации, есть как минимум три выхода. — взяв себя в руки, произнесла Калерия, стараясь убедить скорее себя, чем его.
— Что за бред?
— Это не бред. Так говорила моя сестра и это правда. Нужно верить и делать всё, что в наших силах. — настаивала на своём она.
Прошла неделя. Неделя, которую Лера провела почти без сна, выискивая телефоны и адреса адвокатов, обивая пороги контор.
— О, привет! Ну что? — Герман встретил её очередной раз, вечером, когда девушка, еле перебирая ногами от усталости, пришла домой, в светлую и просторную трёхкомнатную квартиру, купленную Игорем.
— Всё хорошо. — просияла она усталой улыбкой. — Я нашла его. Этот адвокат на очень хорошем счету и главное, он верит в то, что в этом деле рано ставить точку! Он уверен, что можно найти хоть что-то, хоть какую-то ниточку и помочь Игорю!
— И сколько стоят его услуги?
— Да какая разница? Главное, что он нам поможет!
— Как это какая разница, Лер? — удивился Истомин-младший. — У нас нет…
— У нас есть деньги! — перебила его она. — Я продала часть своих ценностей, доставшихся мне от бабушки по завещанию. Теперь у нас есть деньги. Завтра, я встречаюсь с одним хорошим частным детективом, он тоже будет помогать в расследовании.
— Ты следователя в известность поставила? — поражённо спросил Герман.
— Кого? Киреева? — девушка брезгливо поморщилась. — Зачем?
— Потому что, расследования-это его прерогатива.
— Ага. Конечно. Из него такой следователь, как из меня балерина… Была бы. — усмехнулась она, вспомнив своё детство. — Ему, как и Говорову, не терпится засадить Игоря побыстрее. Поэтому, он сам по себе, мы сами по себе.
— Смелая ты, Лер. Дело-то, опасное. — хмыкнул Истомин-младший.
— Я должна помочь Игорю, чего бы мне это не стоило. — упрямо повторила, как мантру, Калерия.
И вновь прошла неделя.
— Что мы имеем на сегодняшний день? — спросил Борис Юрьевич Невзоров, новый адвокат Игоря.
— Мы с Калерией Александровной, переговорив с персоналом, выяснили, что в кабинет господина Истомина были вхожи всего несколько человек: управляющий отелем Вадим Аверьянов и две горничных. — ответил частный детектив Евгений Климов, занимавшийся расследованием.
— То есть, любой из этих троих, мог подбросить пакетик с героином в стол к Игорю Максимовичу. — сделал вполне логичный вывод адвокат. — Записи с камер смотрели?
— Смотрели. — уныло произнесла Лера. — Проблема в том, что именно те камеры, которая установлена на этаже и в кабинете Игоря, последние несколько дней перед его арестом, были отключены. Даже не знаю, по досадной ли случайности, как нас с Германом уверяют сотрудники, или специально…
— Что за досадная случайность, могла поспособствовать отключению камер? — недоверчиво спросил Невзоров.
— По словам начальника охраны, новый секьюрити совершил оплошность, отключив часть камер в первый же день работы. После этого, он исправил проблему, и думал, что включил их все.
— С одной стороны, смахивает на правду. — задумчиво произнёс Климов. — Потому что, если бы это были звенья одной цепи, то смысл так долго держать камеры выключенными? Выключили бы только на момент совершения преступления. А с другой стороны…
— С другой стороны, Евгений Валентинович, — слегка резковато прервал его адвокат: — это всё может быть хорошо спланированной подставой.
— Может и так. — пришлось признать детективу.
— Ладно, что мы к этим камерам то прицепились! Записей нет и точка! Борис Юрьевич, что говорит Игорь? — спросила Калерия.
— Игорь Максимович утверждает, что накануне вечером никакого пакетика в ящике не наблюдалось. Соответственно, будем действовать методом исключения. Управляющий, как его…
— Аверьянов. — подсказала девушка.
— Да, Аверьянов. Был в отеле в день ареста Игоря?
— Нет, он в тот день уехал на СТО, а вместо него остался заместитель. — ответил Евгений.
— Тогда остаются наши барышни-горничные. — Борис Юрьевич снял очки. — Их то и надо допросить.
— Я поеду в отель, выясню, где девушки и поговорю с ними. — решительно произнёс Климов.
Лаврова снова вернулась домой под вечер, переваривая разговор с адвокатом и пытаясь понять, кому и зачем надо было подставить её мужа.
— То есть, вы считаете, что это горничные? — спросил Герман, раскладывая по тарелкам салат.
— Возможно. Хотя, мне уже кажется, что не может всё быть так очевидно. — озадаченно сказала Лера, без аппетита глядя на еду.
— Ну почему? Может вы на верном пути. Только, если честно, не понимаю, зачем каким-то горничным подставлять хозяина отеля.
— Я тоже ничего не понимаю. Господи, это так ужасно, когда ничем не можешь помочь! — подавленным голосом изрекла она и отодвинула от себя тарелку.
— Лер, ты и так нормально не ешь. Утром спешишь, сделаешь глоток кофе и убегаешь, днём не обедаешь, и вечером, вот, отказываешься. На работе, небось, тоже не до еды. И не спишь почти. — обеспокоенно глядя на неё констатировал Истомин-младший. — Так нельзя. От тебя скоро одна тень останется. Игорь мне не простит, что я не уберёг его жену!
— Я не могу есть, Герман. Он там уже почти три недели… Три. Я обещала ему, что помогу, а по факту, бьюсь головой о стену и ничего не получается! — с безысходностью воскликнула Лаврова. В этот момент, раздался звонок телефона. — Да. — она со вздохом ответила. — Я поняла. — раздалось после этого, и девушка положила трубку.
— Что случилось? — спросил Герман, видя, как она побледнела после разговора.
— Случилось то, что случилось. Мне казалось, хуже уже некуда, но, жизнь продолжает меня убеждать в обратном. — упавшим голосом произнесла Лера. — Горничные наотрез отказываются что-либо рассказывать, хотя Климов говорит, что они явно что-то знают, но скрывают. На них не действует ничего: ни угрозы, ни уговоры. Они были единственной надеждой и зацепкой! — срываясь, отчаянно выкрикнула она и заплакала.
— Лерочка, — парень подсел ближе к ней и обнял, пользуясь случаем. — не плачь. Ты делаешь всё, что в твоих силах… В конце-концов, даже если Игоря посадят, то ты будешь знать, что сделала всё возможное. — успокаивающим тоном добавил он. — Кстати, давно хотел сказать… Ты можешь на меня расчитывать. Я вас с Петькой не брошу, увезу в Лондон, будем жить все вместе…
— Герман, ты совсем рехнулся? — отчаяние быстро сменилось злостью и Калерия отпрянула от деверя. — Ты нормальный вообще? Думай, что ты несёшь! Ты брату уже приговор подписал?! Его не посадят! Я не допущу этого, понял?! — срывая голос, кричала она.