На грани счастья (СИ)
Игорь пришёл к финишу первым, опередив младшего соперника на какие-то пол минуты.
— Ну что, кто там в отличной форме? А я говорил, надо меньше по вечеринкам шастать. — произнёс он, пытаясь отдышаться. — Два-один. И не в твою пользу.
В этот момент, к ним подошла Калерия, сбавившая напоследок темп.
— Я первый. — похвастался супруг.
Она вопросительно вскинув брови, глянула на Германа, как бы ожидая подтверждения этих слов.
— Это чистая случайность, — окинув старшего брата взглядом, ответил тот. — но да. — девушка подошла ближе к мужу, улыбаясь, посмотрела ему в глаза, а затем радостно сказала:
— Я тебя поздравляю. Очень рада, что у меня такой супруг. — и открыв калитку, пошла к дому.
— Подожди, Лера! А награда победителю? — Истомин-старший догнал её, взяв за руку. — Ты обещала поцеловать того, кто добежит первым.
— Да, обещала. Но я же не сказала когда именно.
— В смысле?
— В прямом. Я сказала, что поцелую того, кто прибежит первым, но не сказала когда я это сделаю. Пока не хочется. — пожав плечами пояснила молодая жена и отправилась в дом.
Герман рассмеялся.
— Два-один, говоришь? — подойдя к брату, спросил он.
— У меня, хотя бы, есть грант на её поцелуй.
— Смотри не лопни от счастья.
— Гер, ты меня знаешь… — начиная закипать, замахнулся на него бизнесмен.
— Ладно, ладно, хватит. — всё ещё усмехаясь, произнёс младший брат. — Пошли в дом. Свой грант, когда-нибудь, да используешь.
За завтраком, Екатерина Дмитриевна, ударилась в воспоминания о детстве Германа, а потом, вдруг, осознала, что хотела бы отдохнуть.
— Мамуль, давай я организую вам с Виленом Андреевичем отпуск? — оживился Игорь. — Европа, Мальдивы… Куда ты хочешь?
— Сын, — с любовью посмотрев на него, засмеялась Истомина. — я буду вполне счастлива, если мы поедем в Ессентуки. Когда-то, мы, если помнишь, ездили туда каждый год с тобой и твоим папой. Давно не были…
— Я не против. Наша страна богата хорошими местами отдыха. — поддержал её Вилен.
— Ну и отлично. Сегодня же этим займусь. — ответил Истомин-старший.
— Жаль, ты уже не мальчишка и не можешь сорваться вот так, и поехать с нами. — с лёгкой меланхолией в голосе произнесла мать.
— Я то не могу, но… Есть же тот, кто может меня заменить. — и бизнесмен посмотрел на младшего брата.
— Что? Я? — удивился тот.
— Ой, и правда! Герман! Это же просто чудесная мысль! — обрадовалась Екатерина Дмитриевна, пока Герман испепелял взглядом Игоря.
— Мам…
— Не начинай, дорогой мой! Там мы и отдохнём, и пообщаемся как следует! — радостно щебетала женщина, предвкушая долгожданный отпуск, да ещё и в компании горячо любимого младшего сына и мужа. — Всё, я пошла примерять наряды! Всем чудесного денёчка! — и запев старый романс «Белой акации гроздья душистые», она, воодушевлённая, побежала наверх.
— Ну, я тоже поеду, всем прекрасного дня. — Истомин-старший тоже поднялся и ушёл.
Герман догнал его в коридоре.
— Братец, ты что это, решил вести нечестную игру?
— На войне все средства хороши. Вместо того, чтобы ерундой страдать, лучше маме внимание удели. — жёстко ответил Игорь и ушёл.
Вечером, поздно вернувшись из офиса и застав всю семью в гостиной, он положил на стол конверт.
— Мам, Вилен Андреевич, Герман, вот ваши билеты на завтрашний рейс. В аэропорту вас встретит трансфер и доставит в отель. Выбрал лучший в городе. Там же есть лечебный корпус, все процедуры и посещение врачей включены. Экскурсии тоже.
— Боже, волшебника можно родить! — расплывшись в улыбке, воскликнула Екатерина Дмитриевна и тут же подскочив с дивана, обняла сына.
— Ну да, хоть старшенький удался. — слегка ревниво произнёс Герман, взирая на эту идиллию.
— Прекрати, Гера! — Истомина тут же подошла к младшему сыну и обняла его тоже. — Я же вас обоих люблю!
— Ты вот, как был врединой, так и остался. — сказал Игорь, посмотрев на брата. — Никак не можешь принять, что кто-то может быть лучше тебя. — при этих словах он взглянул на Калерию, вкладывая в них больше смысла.
— Детский сад! — прокомментировала девушка, не удержавшись. В этот момент, Истомин-старший закашлялся. — Ты не заболел? — спросила она, услышав это.
— Дорогая, я в принципе никогда не болею. — деловито отозвался супруг.
— Ах, ну если так… Тогда вопрос снимается. — развела руками Лаврова.
Лера не смогла проводить родителей и младшего брата мужа, так как на следующий день ушла в сутки.
Когда её дежурство закончилось, она вернулась утром домой, лишь с одной мыслью: поскорее лечь спать.
В доме было тихо. Она вспомнила, что Вера Харитоновна взяла отпуск на несколько дней и её нет. Девушка обрадовалась той мысли, что хотя бы до вечера побудет одна в пустом доме, муж усердно работал и редко возвращался рано.
Однако, когда Калерия пришла в спальню, то была сильно удивлена: Игорь спал на диване, как ни в чём не бывало.
— Муж! — бодро окликнула его Лаврова. Он даже не пошевелился в ответ. — Игорь, вставай, ты, кажется, проспал! — снова ноль реакции.
Она подошла к нему и только хотела тронуть за плечо, как вдруг мужчина начал говорить что-то бессвязное и мотать головой как в бреду. Девушка дотронулась до его лба и поняла, что у супруга температура не меньше тридцати девяти.
Глава 8
Она тут же поняла, что сон отменяется и быстро спустившись вниз нашла аптечку. «Да, с лекарствами в этом доме беда. Надо же, это при двух медиках то!» — подумала она, посмотрев на весьма скудный набор препаратов.
Следующий час прошёл для неё в борьбе с одолевающим Истомина жаром. В какой-то момент, он пришёл в себя, с трудом приоткрыв глаза и увидев склонившуюся над ним жену.
— Ты что здесь делаешь? — спросил Игорь.
— Молюсь, чтобы муж не умер. — иронично ответила Лера.
— Ладно, мне не смешно, спать очень хочется и вообще, у меня голова раскалывается почему-то…
— Может потому, что я уже час пытаюсь сбить тебе температуру, никогда не болеющий супруг?
— Ты хочешь сказать, что я заболел? — не веря её словам. — Нет, я не болею никогда.
— Да, я вижу.
— Можно попросить стакан воды?
— Ну, пока нет детей, которые тебе его принесут, то можно. Кстати, я сейчас ещё дам тебе… — начала Калерия.
— Ничего не надо, лечить меня точно будешь не ты. — немного пренебрежительно прозвучало в ответ.
— Хозяин-барин. — произнесла она. — Я за водой. — и вышла из комнаты.
Когда она вернулась, поднеся Истомину стакан воды, он сказал:
— Если можешь, привези вот эти лекарства. Водителю я позвонил, он скоро будет. — и мужчина протянул ей листок бумаги. Лера быстро пробежалась по нему глазами.
— Ну и кто тебе эту дурость написал? — поморщившись спросила она.
— Слушай, ты вот давай не строй из себя здесь Айболита всех времён и народов. Я тебя прошу купить эти лекарства! У меня простуда!
— Я сама знаю, что у тебя простуда! Только кто её так лечит? Здесь антибиотиков вагон, как для смертельно больного! У тебя после этого что, печень потом откажет, а виновата я буду? — возмутилась Лаврова.
— Лера, едь в аптеку! Это мой друг, врач, между прочим, выписал!
— Знаешь, так себе у тебя друг! Никуда я не поеду! Я тебя без этого всего вылечу.
— Лера…
— Всё, я сказала! Лежи, я сейчас! — и девушка исчезла за дверями.
«Когда же из неё выйдет всё упрямство?!» — возмущённо подумал Игорь, и тут же схватился за голову от боли.
Через некоторое время, Калерия вновь вернулась с чашкой в руке.
— Вот, пей.
— Что это? — недоверчиво и брезгливо покосившись на мутную жидкость в чашке, спросил муж.
— Цианистый калий разведённый с чаем матча. — съязвила она. — Пей, не бойся! Не умрёшь.
— Мало ли, вдруг ты отравить меня решила.
— Если бы я хотела, я бы сделала это давно.
— По-моему, ты этим и занималась, когда мне ужин один раз приготовила. — с обидой припомнил Истомин, всё ещё не поднося чашку к губам. — Решишь остаться богатой вдовой, отправив ненавистного супруга на тот свет.