Людоеды (СИ)
К концу совета Мих более или менее пришёл в себя. Оклематься ему помогла Астра, а вот на Борца с Соском без слёз и не взглянешь. Их и лили студентки, понимая, что теперь на них ложиться весь груз ответственности, а и дальше придётся браться за оружие. Да не раз — и сражаться с чудовищными порождениями данного жестокого мира.
— Да они сами как амазонки… — отметил Андрталец.
— Ещё бы вооружить достойно, — согласился Варвар. — И лучше луками!
Он видел их лучницами. Этакими прирождёнными эльфийками. Да мечты… А куда без них. Но реальность оказалась суровей. А будни кровавыми.
Если бы не тяжёлораненые практикантропы, «союзники» непременно бы выдвинулись к геодезическому лагерю с бараками ближе к ночи, а так решили заночевать вблизи дебрей, не опасаясь нападок не то что иродов, но и местного зверья. Одно присутствие Астры должно было отпугивать их, да и костёр. А зажгли не один — и все вокруг себя, а сами расположились внутри.
Потянуло жарким. Цепные псы иродов на запах оказались вполне съедобными, такими же и на вкус.
Никто из «союзников» не озаботился участью пленника. Здюка связали по конечностям и сунули в пасть кляп, дабы не рычал и не призывал своих сородичей. Те могли далеко не уйти, и больше того — попытаться отбить его у них с наступлением сумерек.
Йоё с охотниками из числа следопытов побродил по округе, читая следы, выяснил: вряд ли вернуться, но кто знает этих иродов, и на что они способны. А стоило бы допросить пленного. Даже можно было пообщаться, не вынимая кляпа из пасти исчадия при содействии со стороны Астры.
Сей мысленный посыл и уловила она от того, кто был дороже ей собственной жизни.
«Тебе нельзя напрягаться лишний раз! Ты должен отдыхать и набираться сил!» — запретила она, и думать Михею о том, о чём именно он просил её.
— Ну, началось… — уяснил Зуб. — Опять эти ваши сеансы гипноза! Сведёте меня ими с ума! И ладно меня, так ещё Варвара! Тогда что делать станем, а такое творить…
Ему перекрыли канал связи, а заодно и дара речи лишили. Зуб замычал как бык и… махнул с досады рукой. И его сменил Йоё, принявшись тыкать в Здюка дубинкой и что-то тарахтеть на дикарском наречии людоеда.
Мих хитро подмигнул Астре, и та с большими потугами уступила ему.
«Если тебе интересно, ирод… — заявила амазонка мысленно пленнику, — то сейчас решается твоя судьба, а незавидная, как и участь! Дикарь, он же людоед, что для тебя не секрет — требует отдать им! А сам понимаешь, чем это чревато! Вот и интересуется в гастрономических целях — ты съедобный, да?»
У ирода расползлись в стороны вертикальные щелки роговиц на злобных очах. В них нынче там поселился страх.
«И это один вариант для тебя! А иной… — Астра указала на лидера среди практикантропов. — … Всё что он хочет знать, расскажешь ему как на духу! И если я узнаю: соврал — а непременно почувствую — пеняй на себя! Твоя участь будет незавидна! Людоеды умеют мучить заклятых врагов! Они освежуют тебя живьём, а непременно скальпируют и даже кастрируют! Затем в столь непригодном обличии бросят тебя на угли и…».
Ирод пытался завыть, да кляп и так просто ему его не проглотить — подвился.
«Он согласен!» — заявила утвердительно масленым посылом Астра, благодаря дикаря за оказанную ей с практикантропом помощь.
Тот даже удивился, поскольку говорил им совсем об ином, да не стал мешать тем, кто был признан по местным меркам рода людоедов равными богам.
«Кто вы такие и откуда пришли на эти земли, ирод?» — отбился вопрос практикантропа в голове у пленника.
Тот огрызнулся больше для приличия, чем со зла, отказываясь говорить.
«Да расслабься ты — нас никто не слышит! И подслушать не в силах!» — настаивал практикантроп, кивнув в сторону людоедов.
Те как раз поедали очередного награ — тварь из своры наездника. А ящера оставили на утро в качестве завтрака. Но при этом разрывали его плоть, осматривая внутренности — уже делили шкуру убитой Зубом монстра, разрывая на шкуры-плащи.
«Чем бы людоед ни тешился, лишь бы не плакал! — уловил Мих мысли Зуба. И передал их смысл ироду с подачи Астры. — Так будешь говорить, Здюк, или те песец и даже не на воротник! А пойдёшь на украшения местным людоедкам! Они тебя уже забили — поделили! Когти — на серьги с кольцами в нос, а клыки — на бусы в качестве оберега-амулета!»
Ирод заговорил — и пускай мысленно, но всё же — и было интересно послушать его даже таким образом.
Астра либо подтверждала его мысли, либо опровергала. Мих не мешал ироду и не поправлял, делая вид: тому удаётся обмануть двуногого примата из числа примитивов. А чего не сделаешь ради добычи необходимой информации — ведь кто владеет ей в этом мире, тот владеет им в совершенстве.
Как удалось выяснить: в набег подалось около дюжины кланов — это примерно около полторы сотни всадников. Соответственно при них тысяча или где-то полторы нагров в сворах. А пеших иродов от пятисот до тысячи, и цепных зверюг при них почти столько же, а немногим больше.
Немного вроде бы, но и немало, если учесть, что дикари неспособны оказать со своим оружием им достойного сопротивления. Ироды жили в железном веке, людоеды же в костяном, и даже не каменном — отставали на два шага от них в своём развитии, а, по сути, меж ними целая пропасть размерами с бездну.
Также выяснилась приблизительная численность людоедов — сколько, где и каких родов, а также кланов имелось у них. Не меньше пяти, а то и десяти тысяч. Но можно считать — много меньше, как минимум на половину ироды их уже сократили, если не больше. Остальных можно было подмять под себя силами практикантропов вкупе с уцелевшими дикарями при них, а и амазонка со своими сёстрами поможет убедить их примкнуть к ним даже без применения силы. Плохие переговоры лучше хорошей войны. А с них вполне хватит кровопролитий. Не прожили практикантропы в этом адском мире и две недели, а уже потеряли больше трети погибшими сокурсниками, и столько же осталось в лагере ранеными. И кто знает: вдруг там уже хозяйничают ироды или хуже того — троглодиты. Не зря же Астра запрещала им туда идти, оттягивая момент возвращения, и требовала не объявляться там с наступлением темноты.
Ночь выдалась тревожная. Из-за костров то и дело эхом от дебрей и кустарниковой растительности доносились шумы и не рыками, как прежде, а в основном шорохами. Кто-то либо пытался подкрасться к спящим людям, либо напротив искал у них защиты, поскольку амазонка так и не сомкнула глаз. Нет, она закрыла их, но спасть не думала, даже дремать не собиралась, скорее медитировала, исследуя незримое пространство вокруг себя.
Один раз вздрогнула и замерла. Её дрожь и уловил тот, в чьи ладони была зажата кисть Астры.
— Ты чего не спишь? — прошептал Мих на ухо спутнице.
Она не отреагировала на него, даже мысленно. То ли транс оказался сильным, то ли сил не так много осталось у неё, а ночью и подавно. Молчала и никоим образом не отвечала.
— Не хочешь со мной разговаривать и не надо, — согласился Мих с молчаливым доводом Астры. — Мне достаточно и твоего присутствия! А прикасаться к тебе — твоей руке…
— Кхе-кхе… — предательски кашлянул Зуб, привлекая к себе внимание напарника. — Дурак ты, дружище! Я б её на твоём месте уже бы повалил и… Того! Ну, ты понял меня, а мы — друг друга!
— А сам чего теряешься? Вон сколько девок при нас — бери, не хочу! Ты ж герой — ящера завалил!
— Да ну их! И с их липовыми критическими днями! Перетерплю уж как-нибудь…
— Ну-ну…
— Ты не очень-то! У самого та же история! А длинная — так просто те её на то, что потребно нам иной раз мужикам — не скоро уломать удастся! А и развести — не мечтай!
— Сам помечтай!
— Чем и занимаюсь…
— Это чем же, дружище? Случаем не ананизм…
— Иди ты, Мих, знаешь куда…
— Конечно, и оба там окажемся, а надеюсь ещё и с Варваром, и прочими практикантками, да дикарями…
— Людоеды они — их сколько не корми — всё мало!
— Хм, то-то не спишь!
— Ага, уснёшь тут, как же! Огонь потухнет скоро и чё тогда? Дровами на ночь толком не запаслись…