Невинная штучка Итана (СИ)

— Вкусно, правда? — щебечет Анна, с аппетитом расправляясь с ароматной картошкой.
— Очень, — сухо отвечаю, вперивая взгляд в дорогу, чтобы не видеть, как эта маленькая зараза слизывает с подушечек пальцев майонез. И ведь делает это неосознанно, не для того, чтобы меня соблазнить. Но эффект от этого не менее сильный, чем если бы она делала так специально.
— Хотите ещё кусочек?
— Нет. Спасибо, — уже не знаю, от чего больше дискомфорт испытываю. От тесных брюк в зоне паха или от чувства голода, что разыгралось после её кормёжки.
Неужели она настолько наивна? Не понимает, что человек вроде меня может легко получить все? Или я ошибаюсь? Что же ты за штучка такая? Прямо святая невинность. Кто на самом деле прячется под оболочкой вкусной девочки, на которую член колом встаёт?
— Хочешь прямо? Без загадок? — решаю проверить теорию, заодно проучить за безрассудность и преподать девчонке урок.
— Хочу, — невинно хлопает ресницами, отправляя ложку с мороженым в рот.
— Тебе почти двадцать. Ты уже немаленькая девочка, должна понимать, что оставаться в доме со взрослым холостым мужчиной небезопасно. Случай в аэропорту тебя ничему не научил? — сворачиваю на заправочную станцию и следую в самый тёмный угол стоянки.
— Научил, — тональность в её голосе заметно меняется. Уверенность перетекает в сомнение. — Вы не станете меня насиловать. Тётка бы не обратилась за помощью к плохому человеку. К тому же у вас доброе сердце и вы меня спасли от тех ублюдков, — вцепляясь свободными пальцами в ремень безопасности, прилипший к груди, спешит убедить меня в сомнительной гипотезе.
— Ты правда в это веришь, малышка?
Паркуюсь, избавляясь от страховочного ремня. Забираю с колен Анны всё лишнее и отставляю на заднее сидение, ясно отмечая оцепенение девушки. Напугана, но я всё равно склоняюсь над ней так близко, что приходится ощущать скользящее по шее дыхание.
— А если я попрошу плату за спасение, а она тебя не устроит, что тогда, Ana? — прохрипев ей на ухо, перевожу внимательный взгляд на растерянную студентку.
Молчит. Мысли явно путаются в светлой головушке.
Впиваюсь взглядом в её губы. На верхней блестят остатки сладкого десерта. Возникает безумная охота их слизать, вгрызться зубами в нежную плоть и…
«Итан, мать твою! Что ты творишь?» — совесть подаёт последние признаки жизни в то время, как животные инстинкты подавляют мой разум.
— Какую плату? — сипло пролепетав, нервно сглатывает подступивший к горлу комок.
— О которой ты не имеешь ни малейшего понятия…
Глава 5. Первый опыт
Анна
Его голос погружает моё сознание в транс.
Он находится так близко, его лицо, грудь, руки, дыхание, всё в паре сантиметров от меня. Смотрю в потемневшие глаза Итана и дрожу, будто от страха. Но это совсем не страх. Скорее волнение из-за близости. Почему-то я ему верю. Не могу понять причину такой уверенности, просто знаю, что он не обидит меня и всё.
— Может.., объясните подробно? — в горле пересыхает, и я увлажняю губы языком. Дышать стараюсь носом. Запах Итана забивается в лёгкие и очень сильно кружит голову. Подобное происходит, если вращаться на карусели несколько долгих минут.
— Что? — не отводит плотоядного взгляда от моего рта.
Я же не дура. Понимаю, что мужчины так смотрят на нас в том случае, когда хотят большего, чем просто поболтать.
— О каком понятии идёт речь? — мне приходится перефразировать вопрос.
Аня, ты играешь с огнём.
В лучшем случае он позволит себе поцелуй, в худшем — воспользуется тобой и примет за очередную шлюху. Но я хочу попробовать его губы на вкус. Я так долго этого ждала…
Прикрываю глаза и медленно, почти незаметно тянусь к его губам напротив, чуть приоткрывая свои. Действую на инстинктах. Так, как велит душа, а ей хочется взлететь ввысь, прорваться в космос, ощутить блаженство, о котором все говорят.
Я хочу, наконец, это прочувствовать, пережить и запомнить на всю оставшуюся жизнь…
— Боже, ты сведёшь меня с ума раньше, чем я предполагал, — последнее слово врывается в меня и приглушается глубоко в горле. Жёсткие губы захватывают мои, поднимают вихрь эмоций, запускают в живот стаю бешеных бабочек и взрывают этот густой, бархатный комок в пыль.
 
Я не умею целоваться. Мне стыдно, не знаю, что делать с его языком, который беспрепятственно раз за разом порывается в мой рот и нагло исследует его.
Интуиция подсказывает, что нужно коснуться мужчины своим. И я сплетаю наши языки, чувствуя его пьянящий возбуждающий вкус. Сильный, подавляющий, напористый, сносящий наповал мой разум. Такой горячий и нежный одновременно. Самый невероятный поцелуй, который мог у меня случиться.
***
Стаканчик с мороженым вываливается из ладони и падает куда-то вниз. Я даже не пытаюсь сообразить каким боком его оттуда достать, чтобы не запачкался салон. Забываю об этом сходу, полностью отдаваясь ощущениям.
— Маленькая глупая лань, угодившая в клетку к зверю… — прохрипев эти слова мне в рот, Итан опускает ладонь на моё горло, смыкает несильно хватку, впиваясь пальцами в сонные артерии. Обжигает своим касанием. Прижимает к спинке кресла, чтобы удержать на месте. Меня, словно от электрошока, встряхивает. Накрывает от макушки до ног горячей волной.
Губы мужчины продолжают терзать мои, от этого начинаю задыхаться и вцепляться пальцами в его шею, царапая ногтями затылок.
Испугавшись безумного напора, хватаюсь за волосы на макушке, сгребаю их в пригоршню, сжимая пальцы в кулак. В этот момент его зубы жалят мою губу, будто в отместку, больно и одновременно сладко, вырывают из груди протяжный стон.
Кажется не только мой. Он сам от этого тащится. Зверюга!
Распахиваю напуганные глаза. Встречаюсь с его тёмными омутами и сразу же цепенею, ощущая на внутренней стороне бедра его грубую лапу, ползущую вверх, к белью.
— Итан… — в панике лепечу его имя.
Я не готова! Совершенно не готова к такому.
Ноги инстинктивно сжимаются, не пропуская его руку к интимной части моего тела. Чувствую, как от испуга волоски на коже встают дыбом. Зачем он это делает со мной? Здесь. В его автомобиле. Посреди ночи.
Я мечтала о романтике, о нежных поцелуях, о том, как он произнесёт слова любви и безболезненно лишит меня девственности на огромной супружеской кровати. Унесёт меня к звёздам, как об этом пишут в женских романах. Но уж точно не так, как всё сейчас у нас происходит в действительности, а не в каких-то там книжках.
— Шшшшь… — шипит он, отстраняясь совсем немного, ровно на один вдох. Глаза горят самым настоящим пороком. Вперив в меня обжигающий взгляд, интересуется хриплым голосом: — Ты же этого хотела, смелая девочка? Разведи колени в стороны, будь умницей. Впусти меня в свою киску. Хочу посмотреть, как ты кончаешь…
Ошарашив своими пошлостями, едва не доводит до обморока.
— Я н-не хочу… Не надо, Итан. Пожалуйста… — щёки пылают от стыда, хочется провалиться сквозь землю.
Какого черта с ним происходит? Где подевался тот мужчина, который спас меня от насильников? Где?
Кажется, он не слышит моих просьб. Ловко справляется с замком ремня безопасности и в тот же миг перетаскивает меня к себе на колени как какую-то пушинку. Лицом к лицу усаживает на свои горячие и твёрдые бёдра.
«Чеееерт…» — прикусываю губу и дрожу, глядя в его безумные глаза.
— Всё ещё хочешь ко мне домой, Ana? — сквозь шум крови в ушах доносится вкрадчивый голос Итана.
Не отвечаю. Только отрицательно верчу головой. На сегодня с меня достаточно потрясений. Уж точно. С лихвой нахваталась уроков. Но он и не думает отпускать. Сжимает ладонями мою талию, словно железными тисками.
— Мама не говорила тебе, что такие взрослые дядьки как я, сходят с ума от таких юных девочек, как ты? В нас просыпаются хищники, если их постоянно дразнить.
***
Жаркие ладони меняют дислокацию. Одна перебирается под лопатки, поглаживая их пальцами через ткань, вторая обхватывает грудь, сдавливает и ластится о набухший сосок, который не защищает тонкий бюстгальтер так, как следовало бы.