Невинная штучка Итана (СИ)

Сандра врывается в квартиру как раз тогда, когда я заканчиваю последнюю фразу и не успеваю её предупредить, что в моей холостяцкой берлоге мы не одни.
На ходу расстёгивает платье. В мгновение ока ткань соскальзывает по стройному телу на пол. Разворачивается ко мне лицом, не замечая в глубине апартаментов остолбеневшую Анну.
— Какие скандалы, милый? Я и не собиралась, — оправдывается, услышав прозвучавшую речь в адрес Анны. — Ну как тебе? Святому нравится распущенная Грешница?
На любовнице откровенный прикид: развратное чёрное белье с множеством ремешков и застежек, в тон чулки и туфли на высоченных шпильках. Всё смотрится дерзко и охуенно на стройном прокачанном теле, но по какой-то неведомой мне причине совсем не вставляет, как пару часов назад. Видимо, не тот настрой, либо отчаянно-удивлённый взгляд неопытной девочки, блуждающий по спине Сандры, мощно блокирует рвущуюся наружу похоть.
Твою же мать! Ситуация — ну просто обхохочешься…
— Так.., на чём мы с вами остановились, господин Santos? — покачивая округлыми бёдрами, Сандра «подплывает» ко мне вплотную.
Захлопываю дверь, теряя к ней интерес. Ничего нового кроме белья она не может мне предложить.
Перевожу взгляд на гостью. В распахнутом вороте халата замечаю два небольших упругих холмика. Там и близко нет шикарного третьего размера, но член предательски дёргается, реагируя именно на эту оголённую грудь. Молочного цвета кожа выглядит почти прозрачной, купаясь в лучах приглушенного света. Слишком соблазнительной, чтобы не испытывать желания притронуться к ней…
— Куда ты смотришь? — Сандра с любопытством поворачивает голову назад. Несколько затяжных секунд молчания заканчиваются чередой неуместных вопросов с претензиями.
— Кто она? Ты хочешь, чтобы я участвовала в тройничке? Совсем рехнулся? — поспешно поднимает с пола платье, набрасывая на себя.
— Я бы предупредил, если бы планировал оргию, — хмыкаю, отрывая взгляд от Анны. — Она моя гостья. Остынь. Сегодня переночует здесь.
— Какого черта она здесь забыла? — Сандра продолжает недовольно шипеть, ещё больше раздражая. — Пока мы вместе, всё, что я могу себе позволить — невинный флирт с мужиками в компании подружек. Тебе меня мало, Итан? Ты с ней спал? Между вами что-то было?
— Каким боком тебя это касается? Мы с тобой просто трахаемся! Или ты забыла? — жёстко обрубаю истерику, указывая на грань, которую Сандра в последнее время часто пытается пересечь. — Иди в спальню. Я сейчас приду. Выпить что-нибудь хочешь?
— Мой любимый коктейль.
С облегчением выдыхаю, когда стук каблуков полностью растворяется за дверью спальни, и в гостиной наконец-то повисает долгожданная тишина.
— Она останется с вами? — Анна нарушает молчание первой.
— Почему тебя это волнует? — не уделив ей внимания, двигаю прямиком к холодильнику. Открываю морозильную камеру, выуживаю оттуда пакет с замороженными овощами. Из аптечки достаю обезболивающий гель. — Не думаешь же ты, что я должен и перед тобой отчитываться? — подойдя к ней впритык, устанавливаю тесный зрительный контакт, отчего у девчонки сбивается дыхание.
— Нет, не думаю, — Анна не выдерживает «глаза в глаза», нервно выдёргивает пакет из моих рук и резко отворачивается к окну. Схватив за плечо, разворачиваю малышку обратно к себе и тут же сожалею…
— Да что вы себе позволяете? — вырывает руку из захвата, окончательно оголяя грудь с розовыми, как вишенки, сосками. Нежданно врезает пощёчину и замирает, погружаясь в шок.
Немой диалог
«Как придурок пялюсь на неё, не мигая…»
«Худшего унижения я в жизни не испытывала…»
«Что же ты творишь, зараза мелкая?»
«Господи, Итан, только не иди к ней. Пожалуйста, не иди к ней…»
«И грудь такая охрененная… Маленькая двоечка, как раз под мои ладони… Бляяять! Хочется выдохнуть, болезненно простонав. Это всё добром не кончится. У Анны с Сандрой разные «весовые категории». Всё, что можно предложить заморской Царевне — поцелуй в щёчку, поход в театр на Щелкунчика и упаковку шоколадных яиц с сюрпризом. ВСЁ! Убирайся к чертовой матери, старик. Подальше от греха. Кэтрин же отца подключит, а ты до колик в печёнке не хочешь с ним пересекаться. И не только с ним... И уж тем более интеллектуального недотраха не испытываешь. Абсолютно…»
 
Аня
Взглядами сцепляемся.
В голове, кроме сигнала остановки сердца, ничего не звучит. Ни одной правильной мысли. Ни одного слова в своё оправдание.
Что я наделала? Он же сейчас очнётся, и мне придётся отвечать за этот чертов выстреливший рефлекс.
Отслеживаю направление дикого потемневшего взгляда. В нём такая буря поднимается, и он снова фиксируется на моей груди. Обжигает и замораживает одновременно. Сотнями иголочек впивается в кожу…
Как после разряда тока вздрагиваю, приходя в себя. Торопливо запахиваю покалывающими пальцами халат.
Итан наконец-то отмирает, медленным движением руки проходится по горящей щеке. Рот искривляя в хищном оскале. Моё сердце не выдерживает напряжения, обрывается вниз и тихо тарахтит где-то в пятках, словно у него барахлят батарейки.
Нужно что-то делать. Как-то разрядить эту чёртову обстановку. Святой не собирается мне в этом помогать. Только накаляет.
Боже, да он не святой, как выразилась его любовница, он самый настоящий демон! Парализующий своим присутствием.
— Вот!!! — зачем-то впечатываю овощной микс на место прилетевшей пощёчины. Перехватывает пакет вместе с моей кистью. Отрывает от своего лица. Замороженные ледышки с треском плюхаются на пол, а он, всё ещё озадачен моими действиями, просто смотрит в глаза и молчит.
Молчит, черт бы его побрал! И смотрит так, словно бетонной плитой придавливает, хочется сквозь землю провалиться. На самое дно.
— Вам… нужнее, — лепечу, едва не плача. В груди жжёт такая обида, с которой я не в силах справиться. Она к горлу подкрадывается и беспощадно давит, давит и давит...
Кто я ему? Никто!
А она?
Она его любовница! Она делит с ним постель. Она рядом, пусть и не всегда, но ей позволительно его трогать, ласкать, целовать, обнимать и сходить с ума от близости…
Хочу выдернуть руку, но хватка только крепче и больнее становится.
— Отпусти… те… меня, я хочу выпить воды, — всхлипнув, прикусываю губу, чтобы не разреветься. Уверена, полные глаза слёз говорят сами за себя.
Почему он не осуждает меня? Не орет? Не выгоняет из дома? Не человек, а каменное изваяние.
— Ложись спать, — вскоре произносит он. Причём низким и спокойным тоном. Как будто между нами ничего не произошло. — Завтра обсудим произошедшее.
Отпускает мою руку и уходит на кухню. Достаёт из холодильника нарезку, из шкафчика два хрустальных бокала. В баре подхватывает какую-то бутылку со спиртным.
Только не это! Нет! Если он выберет развлечение с крашеной секс-бомбой, я этого не переживу! Я просто сбегу отсюда на ночь глядя. И будь что будет.
— Я не хочу ничего обсуждать. Завтра, тем более, — с трудом игнорируя мужчину, приступаю искать в рюкзачке зарядное устройство для мобильника и ключик от чемодана, чтобы переодеться в практичную домашнюю одежду. Первое удаётся найти без труда, а вот с вторым не везёт. Ключика нигде нет. Неужели потерялся?
— Твои желания меня мало волнуют, Ana. Второй санузел найдёшь в кабинете. Дверь напротив моей спальни. Спокойной ночи! — бросает чуть резче, сворачивая за угол. Через мгновение и вовсе сердце разрывает хлопком двери.
Сволочь! Бессердечная сволочь!
А мне что делать? Что делать мне? Уснуть я точно не смогу. Или смогу..?
Глава 9. Побег
Аня
Выдохнув подкатившее к груди отчаяние, ставлю мобильник на зарядку и плетусь к бару, чтобы принять успокоительное. То самое, которое мне очень понравилось.
Им, значит, можно, а мне нельзя?
От этой мысли становится жарко. Хочется снять с себя ненавистный халат, но чемодан по-прежнему закрыт. Если замок не взломать, придётся и дальше расхаживать в его одежде.