Грань судьбы (ЛП)

Было определено, что из них всех Кальдар каким-то образом оказался наименее окровавленным, поэтому он вымыл лицо, снял два люкса в отеле «Холидей Инн Экспресс» и провел остальных через боковой вход. Мужчины заняли один номер, она — другой.
Было уже почти одиннадцать вечера, когда Одри, наконец, смыла с волос всю гадость. Она больше не чувствовала запаха крови, только какао-масло геля для душа и сирень шампуня. Одри вытерла лицо белым полотенцем и осмотрела его. Ничего красного. Хорошо. Она обернула одно полотенце вокруг себя, а в другое завернула мокрые волосы, скрутила его и откинула конец назад, выйдя из ванной с тюрбаном на голове.
— Удивительно, как каждая женщина умеет это делать.
Кальдар сидел на краю ее кровати. Ну-ну. Кто-то скрывал навыки взлома замков. Или, что более вероятно, он просто попросил дополнительную карточку-ключ для ее комнаты и оставил ее себе.
Душ сделал его волосы почти черными, и они обрамляли его чистое лицо в небрежном беспорядке. Он не потрудился побрить щетину и выглядел как разбойник с большой дороги, который каким-то образом оказался в белой футболке и синих джинсах.
Очень сексуальный разбойник.
В своем воображении Одри подошла к нему. Он бросил на нее один из своих дьявольских взглядов и стащил с нее полотенце, которое соскользнуло на пол. Кальдар провел своими ловкими руками по ее бедрам, по бокам, к груди. Одри откинулась назад, позволяя ему ласкать себя. Это было так хорошо. Он встал и стянул футболку, обнажив мускулистый торс. Она обвила его руками. Он крепко прижал ее к себе, его руки были сильными, а кожа такой горячей, что почти обжигала. Его губы прошлись по линии ее пульса на шее. Воспоминания о прошедшем дне исчезли из ее головы. Видения крови растворились.
Это было бы здорово, не так ли? Да, было бы. Ей хотелось забыть об этом уродстве и почувствовать, что она все еще жива и в безопасности. Но потом наступит утро, и за всю эту страсть придется заплатить.
Она указала на дверь.
— Вон!
— Одри, — промурлыкал он.
— Вон. Я впущу тебя, когда оденусь.
Он не двинулся.
Одри скрестила руки на груди.
— Кальдар. Агент, карманник, насильник…
— О, ради Бога, женщина. — Он встал и вышел за дверь. Она заперла дверь на засов, натянула спортивные штаны и просторную футболку и отперла дверь. Он все еще был в коридоре.
— Теперь я могу войти?
— Да.
Он закатил глаза и вошел внутрь. Одри заперла дверь.
Кальдар внимательно осмотрел ее наряд. На ней были простые черные спортивные штаны и футболка с большой черной кошкой.
— Когда ты их купила?
Она фыркнула.
— Я не все деньги потратила на те два костюма. Еще я купила футболки, спортивные штаны, лифчики, трусики…
— Кружевные белые трусики? — спросил он. Его голос был подобен бархату. Она могла бы поклясться, что в нем была магия, не магия Грани или Зачарованного, а какая-то мужская магия, которая заставляла тебя засыпать, свернувшись калачиком с широкой улыбкой на лице.
— Ты хотел о чем-то со мной поговорить?
Кальдар уставился в потолок.
— Я пришел спросить, почему.
— Эмм?
— Я хочу тебя, Одри. Я так сильно хочу тебя, что о тебе моя первая мысль утром и последняя ночью.
О, прям такой шелковый.
Кальдар, крадучись, обошел ее, сохраняя дистанцию. Он двигался как боец на мечах: сильный, уверенный, но грациозный. Забавно, что раньше она этого не замечала.
— Ты целуешь меня так, будто тоже хочешь. Ты думаешь об этом. Ты представляешь, как мы занимаемся любовью.
Она улыбнулась ему. Кальдар, ты скользкий тип, вот ты кто.
— Мы оба взрослые люди, мы хотим друг друга, и ничто нас не держит. Почему мы не вместе?
Одри держала ее крепко… улыбку на лице.
Кальдар молчал. Он смотрел на нее одновременно с любовью, восхищением, собственничеством и тоской. В свое время она была поражена несколькими призывными взглядами, но этот оставил их всех позади.
— Одри, ты думаешь, я сделаю тебе больно? Ты боишься, что это не будет хорошо, и тебе не понравится, потому что я обещаю, что тебе понравится.
 
Кальдар, мужчина с низкой самооценкой, скромный и кроткий.
— Выручай, — сказал он.
— Не думаю, что нам стоит говорить об этом. Думаю, тебе лучше вернуться в свою комнату.
— Почему?
— Потому что это сделает наши отношения напряженными и сложными.
— Отношения между нами и так напряженные и сложные. — Кальдар встал между кроватью и дверью. — Я никуда не уйду.
— Ты действительно хочешь получить ответ? — Ничего хорошего из этого не выйдет.
— Да, — сказал Кальдар. — Хочу.
— Ладно. Когда я была маленькой, бабушка дала мне совет. Она сказала: «Одри, если ты встретишь мужчину, который говорит все правильные вещи и знает все трюки, чтобы сделать женщину счастливой, ты должна спросить себя, как он стал таким».
— Не понимаю, — сказал Кальдар.
— Сколько тебе лет?
— Какое это имеет отношение к делу?
Одри уперла руки в бока.
— Ты хотел этого разговора, сладкоречивый.
— Тридцать два.
— Кальдар, ты старше меня на девять лет. Держу пари, большинство твоих друзей женаты. Они, скорее всего, семейные люди. У некоторых из них есть дети, другие думают об этом. Многие, вероятно, купили свои первые дома несколько лет назад. Почему ты не женат, Кальдар?
Он как-то странно пожал плечами.
— Может, я ждал правильную девушку.
— Да ладно. — Почему-то ей захотелось заплакать, что было совершенно глупо. — Держу пари, с твоей внешностью и умениями, ты встречал много девушек. Правильная девушка приходила и уходила, Кальдар. Наверное, не раз.
— Я в замешательстве. Так ты хочешь, чтобы мы поженились, что ли?
Ей действительно приходилось сдерживать слезы. Ей потребовалось все ее умение, чтобы сохранить приятное выражение лица. По крайней мере, она на это надеялась.
— Не говори глупостей. Я не могу выйти за тебя замуж. Я даже не знаю тебя. Ты меняешь лица, как большинство людей носят носки, каждый день новую пару. Обаятельный мошенник, надменный бизнесмен, заботливый дядюшка, ловкий вор… ты меняешь их по своему желанию. Я даже не знаю, видела ли я тебя настоящего в этом маскараде. Спроси меня, каков настоящий Кальдар. Чего он хочет, что ему нужно, что он за человек, и я не смогу тебе ответить. Знаешь ли ты, какая из этих ролей настоящий ты?
Он молчал.
— Прежде чем я приглашу мужчину в свою постель, я должна узнать его. Я хочу доверять ему, и он должен мне нравиться. Ты самый сексуальный мужчина, которого я когда-либо встречала. Без сомнения. Лучший карманник. Лучший фехтовальщик. И ты еще гениальный мошенник. Ты обведешь вокруг пальца лучших мошенников, которых я знаю. У моего отца не будет ни единого шанса. Ты бы заставил его переписать его дом на себя.
— Так вот оно что, — тихо сказал он. — Одри, ты думаешь, я тебя обманываю?
— Нет. Я знаю, что ты меня обманываешь, — Одри пожала плечами. — Кальдар, ты украл мой крестик. Ты обращался со мной как с целью. Ты не уважаешь меня.
— Я украл его, потому что одержим тобой. — Его голос звенел от эмоций. — Я хотел что-то твое, потому что это все, что я мог получить.
— Не сомневаюсь. — Одри вздохнула. — Ты не первый мошенник, который пытался очаровать мои трусики. Я уже видела все трюки, я уже слышала все сладкие слова. Я выросла с отцом, который очень хорошо умел манипулировать женщинами. Я видела, как друзья моего отца «справляются» со своими женами. Это не значит, что мы не повеселились бы, Кальдар. Мы бы так и сделали. И до сегодняшнего дня я, вероятно, приняла бы твое предложение. Но сегодня мы чуть не погибли. Это заставило меня понять, что я заслуживаю некоторого счастья. Я больше не хочу просто повеселиться.
 
— Тогда чего же ты хочешь?
— Я хочу честности и преданности, и я хочу верности и любови в ответ. Хоть раз в жизни я хочу иметь возможность доверять кому-то без необходимости перепроверять, следить за ним и беспокоиться, не лжет ли он мне. Я все еще хочу веселиться, но я хочу быть любимой, Кальдар. По-настоящему любимой. Жизнь слишком коротка, и я хочу испытать это прежде, чем умру. Я не думаю, что ты говорил об этом, когда вошел сюда. И в этом нет ничего плохого. Мы просто хотим разных вещей, и если мы будем вместе, это будет катастрофа.