Хуже, чем ничего (СИ)

— Тогда, про что?
— Про появление девушки на моей территории.
— Теперь я понимаю еще меньше, — я свела брови на переносице. Думала, что Этьен каким-нибудь образом уточнит свои слова, но этого не произошло, а, когда я уже собиралась задать еще несколько вопросов, ощутила, что лучше этого не делать.
* * *
В принципе, все было не так плохо. Я все время крутилась около столешницы. Смотрела за запеканием пирога и убирала то, что успела запачкать, пока готовила.
С Этьеном мы не разговаривали. Он сидел за столом. И даже это можно было бы считать приемлемым — то, что любые контакты между нами были закончены, но я вновь ощущала взгляд Дар-Мортера. Неотрывный. Настолько пристальный, что это уже можно было считать ненормальным.
Из-за этого у меня возникало лишь одно желание — поскорее доготовить, накормить Этьена и немедленно уйти отсюда. А потом, больше никогда тут не появляться.
И вот наконец-то пирог был готов. Открыв духовку, я достала его и поставила на столешницу. Запах был великолепным. Получилось даже лучше, чем я ожидала.
— Уверена, что тебе понравится, — сказала, снимая прихватки.
— Не сомневаюсь в этом, — эти слова прозвучали слишком близко. Настолько, что я даже вздрогнула, ведь понять не могла, как это Этьен только что сидел за столом, но внезапно оказался прямо за моей спиной.
Но хуже стало в следующее мгновение, когда Дар-Мортер подхватил меня на руки. Слишком резко. Внезапно. Так, что у меня перед глазами все вспыхнуло и я вскрикнула.
— Поставь… Поставь меня на ноги! — боясь упасть, я тут же пальцами вцепилась в его кофту. — Куда ты меня понес? Нет, стоп. Остановись. Не знаю, что ты задумал, но я против. Слышишь? Опусти меня.
Сознание задребезжало. Покрылось трещинами и я всерьез испугалась. В первую очередь по той причине, что от Этьена можно ожидать всего, чего угодно. Даже самого ужасного. Вплоть до того, что он сейчас меня в багажник бросит, а затем в реке утопит.
— Успокойся, Бертье, — Дар-Мортер вынес меня с кухни и вот уже даже преодолел часть гостиной. Подошел к лестнице.
— Куда ты меня несешь? — спросила, не в состоянии контролировать собственное дыхание.
— В спальню. Но мы можем и тут на диване. Или на полу. Мне все равно.
— Зачем в спальню? — у меня сердце остановилось. Я всерьез перестала ощущать его биение.
— Будешь выполнять свои обязанности.
А вот теперь биение сердца вновь появилось. Быстрое. Лихорадочное. Словно тревожная, паническая барабанная дробь. Да лучше в багажник, а затем в реку, чем это.
— Нет, стоп. Я против, — я завозилась, но было уже поздно. Дар-Мортер занес меня в свою спальню. Захлопнул дверь и, подойдя к кровати, опустил меня на нее. Практически бросил, так, что я подпрыгнула на матрасе и сию же секунду, слезла на пол. Вернее, упала на него, после чего подскочила на ноги и отбежала к окну.
— Вернись на кровать, — мрачно произнес Дар-Мортер, смотря на меня так, что его взгляд изувечивал на физическом уровне.
— Нет, — я отрицательно качнула головой и спиной прижалась к стене. — Я не буду делать с тобой ничего такого. Я до сих пор не могу понять, зачем тебе все эти игры в отношения, но это уже за гранью. Хочешь секса? Найди девушку, которая тоже будет этого желать.
— Говоришь, чтобы я трахал другую? — почему-то от того, как был задан этот вопрос, мне стало не по себе. Или все дело в том, как Этьен посмотрел на меня? Я могла поклясться, что его глаза стали темнее. — Нет, Бертье, у меня для этого есть ты.
— Я не хочу, — повторила, сжимая ладони в кулаки. — И ты уже заходишь слишком далеко. Понимаешь? Хватит. Давай на этом поставим точку.
Лицо Этьена было непроницаемым, но в этот момент некоторые черты дрогнули. Словно бы выдавая ту ярость, от которой его тело превратилось в сталь. Даже на ладонях выступили вены.
Он сделал шаг в мою сторону и мне показалось, что на этом моменте наступил мой конец. Сейчас Дар-Мортер порвет меня на части. Я почему-то в этом совершенно не сомневалась.
Вот только, Этьен почему-то остановился. Выглядел все таким же напряженным. Стальным. Но, еле заметно наклоняя голову набок, он сказал:
 
— Как же ты меня бесишь.
— Так дай мне уйти, — я еще сильнее сжала ладони в кулаки. — Закончим все это и я постараюсь даже в университете не попадаться тебе на глаза.
— Нет. У нас отношения. Ты никуда не уйдешь, — даже воздух полыхнул той яростью, которая исходила от Этьена.
Но, ненадолго закрыв глаза, Дар-Мортер сел в кресло. Положил руки на подлокотники. После этого спросил:
— Хочешь покинуть мою спальню?
— Да, — тут же ответила.
— Значит, сделай так, чтобы я поверил в то, что ты любишь, — он произнес это мрачно. Вызывая во мне ворох колючих мурашек.
— Что ты имеешь ввиду? — непонимающе переспросила.
— Я не трону тебя. Буду сидеть так, как сижу сейчас. Обещаю, Бертье. Но, в ответ, покажи, что любишь меня. Мне все равно как. Словами. Действиями. На твой выбор.
— Очередная игра? — спросила, опустив уголки губ.
Этьен ничего не ответил. Лишь прожигал взглядом своих черных глаз. И в этом мгновении время остановилось. Расплавилось. А затем утонуло, в чем-то полыхающем. До невозможности тяжелом и даже раздирающем.
Мне хотелось отказаться. Это было бы логично. Нечего затевать игры с чудовищем, но, в тот же момент, у меня серьезно возникало сомнение в том, что я в ином случае смогу уйти отсюда.
— И ты точно отпустишь меня? — спросила, кусая губы.
— Да.
Я выдохнула. Этьен любил игры. Жестокие. Беспощадные. Это лишь очередная. Но одна из самых тяжелых для меня, ведь, черт возьми, как показать любовь, если я его ничерта не любила? Более того, парня в нем не видела?
Вообще, единственный парень, к которому я испытывала чувства, это… Астор.
Стоило вспомнить о нем, как в груди все обожгло. Пожалуй, Дега являлся тем, воспоминания о ком я жаждала раз и навсегда вырвать из своего сознания.
Но, если вспомнить о тех временах, которые были до смотровой площадки…
Если подумать, что я бы тогда хотела сделать по отношению к Астору…
Я бы жаждала хотя бы прикоснуться к нему.
Мне физически стало плохо от того, что я сейчас думала о Дега в таком ключе. В конце концов, после смотровой площадки у меня испарились любые чувства к нему. Осталась только ненависть.
Но, зато я теперь знала, что нужно было сделать с Этьеном — прикоснуться к нему. Я бы так поступила бы, если бы любила его.
Затаив дыхание, я пошла к Дар-Мортеру. Медленно. Чувствуя его пристальный взгляд. Расстояние между нами сокращалось практически болезненно, пока я не подошла совсем близко. Так, что его колено соприкоснулось с моим бедром. Обычно, я бы тут же отошла, но ведь сейчас я «люблю».
— В своих играх ты всегда даешь невыполнимые условия, — произнесла, поднимая ладони и ими очень осторожно прикасаясь к лицу Этьена. Чувствуя грубую кожу и небольшую, еле заметную щетину.
Лишь одно прикосновение, а мы вдвоем замерли. Только каждый по-своему. Этьен в том напряжении и в раскаленной стали, с которой все еще неотрывно наблюдал за мной. А я в некой растерянности. Но лишь от того, что я думала, что будет труднее. Мне казалось, что я уж точно буду заставлять себя трогать его, но все получалось само по себе.
Я невесомо провела ладонью по его щекам и спустилась к скулам. Я считала, что, когда любишь, будешь прикасаться именно так — бережно. Практически лаская. Желая успокоить пальцами.
И в следующий момент произошло то, чего я не ожидала. Этьен закрыл глаза и сам провел щекой по моей ладони.
А я от этот замерла. Даже дышать перестала и, лишь заставив себя отмереть, вновь скользнула пальцами по лицу Дар-Мортера, несмело опускаясь ниже. К его шее. Прикусывая нижнюю губу, в тот момент, когда он открыл глаза и посмотрел в мои. В этом зрительном контакте весь мир рвался на части.
— Сядь мне на колени, — голос Этьена, утяжеленный хрипотцой, ударил по нервным окончаниям.