Патруль контроля (СИ)

– Как ты?
– Нормально. – Удивленно ответила девушка и села. – А что произошло?
– Ничего! Если не считать того, что ты грохнулась в обморок, как зеленый стажер в первом полете.
– Я?
– А кто же еще. Вон и скулу свезла об кресло.
Аринда дотронулась рукой до лица. Левую скулу защипало. Она закрыла ссадину ладонью, убирая ''украшение''.
– Ничего не понимаю. Обычный переход. С чего бы это?
– Вот и я тебя спрашиваю, с чего? – проворчал Лоннед. – Сергей и то нормально перегрузки перенес. От кого, от кого, а от тебя я такого не ожидал.
«ДеБи» осталась на орбите Винтры. Состыкованная с другими кораблями Патруля, она должна была обеспечивать снабжение энергией восстановительных работ.
– О, Господи, куда мы прилетели? – не удержался от возгласа Сергей. – Аль, ты что-нибудь определенное видишь?
Десантный бот Патруля плыл, как в молоке, ориентируясь только по данным локаторов. Лучи мощных прожекторов бота беспомощно вязли в насыщенном пеплом воздухе. Сначала под ними возвышались горы, потом появился обширный залив почти правильной яйцеобразной формы, окруженный плоскогорьем и дальше бескрайняя ширь океана.
Пестрый лагерь, расположенный на южном берегу бухты они обнаружили лишь, когда подлетели совсем близко. Навесы. Палатки, полупрозрачные куполообразные сооружения. Бот заметили, повыбегали, сигналя, кто чем: фонариками, яркими тряпками, руками. Долгожданную помощь приглашали на посадку.
Льюс Дан аккуратно опустил бот у крайнего навеса. И пока Патрульные надевали биомаски и выбирались наружу, к месту посадки сбежалось почти все население лагеря. Людей, в бесформенных мантиях дождевиков, было всего одиннадцать, из них трое детей. Из-под нависающих островерхих капюшонов видны только глаза: ждущие, предельно усталые и радостные одновременно. Остальные обитатели лагеря стояли, чуть покачиваясь и доставая людям почти до плеча. Толстые, до полуметра в диаметре крупносегментные оливковые гусеницы с яркими красными пятнами, по паре с боков каждого сегмента. Головы, блестящие черным гладким хитином были украшены огромными фасеточными глазами. Радужными, с уклоном в сине- зеленую часть спектра. Под мощными зазубренными жвалами, скромно сложенные три пары тонких лапок с тремя коготками на конце каждой. Опирались гусеницы еще на три пары мощных коротеньких выростов с присосками. За самыми крупными особями стояли более мелкие. Самая мелочь, сантиметров по шестьдесят, держалась плотной кучкой чуть в стороне.
Один из людей охрипшим женским голосом начал объяснять, что залив, который Патрульные видят перед собой, совсем недавно был теплой зеленой долиной, отгороженной от океана полукилометровой скалистой грядой и двумя мощными дамбами. Стихия смяла и скомкала все защитные сооружения в один миг. И в долину хлынул океан, разрушая на своем пути поселки, электростанции, плантации и луга.
Окруженная со всех сторон горами, расположенная до сорока метров ниже уровня моря, долина ранее служила прекрасным местом жительства. И, главное, здесь, в этой теплой долине дозревали куколки со всей планеты. Своеобразный родильный дом. И вот теперь все двенадцать поселков похоронены под мутной толщей океанской воды. Спастись успели, естественно, не все, а кто спасся, ютились в таких временных лагерях раскинутых по склонам окружающих гор. Постройки, имущество, запасы провизии – все ушло на дно. А главное, под водой остались куколки – самое ценное, что было в каждом поселке- колонии. Гусеницы, благодаря толстому подкожному слою жира и короткому щетинистому ворсу, на воде держались отлично. Даже мертвые не тонули. А вот куколки.… Несколько тысяч куколок, которые вот- вот должны были превратиться во взрослых особей и отложить яйца, давая жизнь следующему поколению гусениц- долгожителей.
Патрульные слушали молча, вполне уже представляя, что им предстоит найти по локаторам места бывших поселков, разобрать завалы, найти куколки и вытащить их.
 
Сергей только посмел спросить телепатическим контактом у Шетона:
– А они уже не того, под водой?
– Нет, длительное купание они перенесут свободно. Но превратиться во взрослых особей смогут только при определенных температурных условиях и особом освещении. – Так же беззвучно отозвался Шетон.
Из пяти экипажей два должны заняться этими подводными работами, задачей еще трех было восстановить нарушенную экологию планеты: остановить сотрясения почвы, очистить атмосферу от дыма и пепла. Даже этот проливной дождь был результатом работы Патрульных. Таким образом, пытались прибить пепел, взвешенный в воздухе. Дать возможность почве и воздуху нагреваться естественным образом от теплых лучей двойной желтой звезды.
Два часа у экипажа «ДеБи-14» ушло на подготовку. И, несмотря на все сгущающуюся темноту, бот взмыл в воздух, чтобы, низко зависая над новоявленным заливом, начать локационные работы и почти сразу же подводные. Аринда взялась заправлять воздушной смесью баллоны аквалангов, зачем-то пометив свой нарисованным красным треугольником, и неизменно брала только его, хотя, в принципе, все баллоны были стандартными и подходили к любому аквалангу.
Как-то сразу получилось, что Лоннед работал в паре с Шетоном, а Льюс, Аринда и Сергей втроем. Они не вылезали из-под воды по семь-восемь часов. Четыре часа отдыха, включая обед и сон и опять под воду. Изо дня в день, вот уже третью неделю. Они проверили уже пять поселков из шести, выпавших на их долю, и вывезли на сушу уже не одну тысячу лаково- коричневых, в две трети человеческого роста, драгоценных куколок. И живых и давленых.
Лоннед первым выбрался на широкий, из оранжевого пластика плот, пришвартованный к их плавающему десантному боту. Подал руку Аринде, вытаскивая ее из воды. Шетон с Льюсом почти одновременно протянули по средней конечности Сергею, но он выполз сам, блаженно перевернулся на спину, еще держа ноги по колено в воде. Он стянул на лоб маску, раскинул руки в стороны. И, вздернув подбородок, закрыл глаза, подставляя лицо под мелкую морось, а затем с театральным пафосом провозгласил:
– Все, братцы! Вот, я сейчас лег, и сегодня больше не встану-у! – Можете считать, что я умер.
Он пару раз конвульсивно дернулся и затих. Шетон, ухватив под мышки, заволок его на плот полностью и с готовностью подыграл.
– Итак, мы имеем в наличии свеженький труп. Аринда, как посоветуешь, будем его жечь, закапывать или просто скинем в воду?
– Да-да, в воду, именно в воду, – поддержал Льюс Дан, – и тяжеленькое что-нибудь привязать, чтоб не всплывал и глаза не мозолил. – И тоже апеллировал к Аринде – Будешь оплакивать труп?
Она ответила очень усталым, но спокойным голосом, увещевая товарищей:
– Уймитесь, вы! У нас гости.
Все обернулись к ней. Даже труп ожил и сел.
У противоположного края плота, в небольшой надувной лодке, укрываясь от холодной ветряной мороси, съежилась человеческая фигура в ярко-синем бесформенном дождевике. Судя по всему, она сидела так достаточно долго. В ногах у нее стояла объемистая сумка. Лоннед подошел к гостю, показал рукой на бот:
– Пойдемте, там по крайней мере, тепло и сухо.
Шетон снял блокировку с люка и полез внутрь. Льюс последовал за ним, не забыв сумку с рыбой. Рептилоиды сразу же перешли в кабину, чтоб устроить себе сытный ужин. Они вполне могли довольствоваться свежей, даже живой рыбой.
Забравшись вслед за Патрульными в люк, фигура сняла плащ у самого входа и оказалась пожилой женщиной, одетой в стандартный рабочий комбинезон яблочно-зеленого цвета, довольно странно смотрящийся на расплывающейся фигуре. Волосы, когда-то темные, теперь густо серебрились и были гладко зачесаны назад. Черты смуглого лица и темные раскосые глаза выдавали уроженку Ксантлы.