Таящийся ужас (ЛП)

Наутро он продолжил работу. Чтобы не выходить из дому, он сам соорудил что-то на обед, поэтому сообщение о смерти профессора Леннокса и прочитал только вечером. Гаррик был глубоко потрясен - тотчас же позвонил семье покойного и выразил свои соболезнования, что само по себе было для него достаточно необычным. Затем перечитал в газете отчет о загадочной смерти профессора, найденного задушенным на узкой тропинке поблизости от дома: ясные следы пальцев на шее - преступник обладал чрезвычайной силой. Все деньги и ценности, как ни странно, остались нетронутыми, в том числе древнее изображение скарабея, которое профессор носил в кармане. Разумеется, делом занялся Скотланд-Ярд. Гаррик с мрачным удовлетворением кивнул головой: уж они-то, конечно, быстро найдут убийцу, так что справедливая кара не заставит себя долго ждать. Целый вечер он не мог работать и был погружен в размышления о страшной смерти Леннокса и о том, что из-за этой внезапной трагедии только Трефесн и он теперь занимаются истерскими находками.
Гаррик явно переоценил сыщиков Скотланд-Ярда: спустя месяц им не удалось найти никаких следов. История давным-давно исчезла с первых полос газет, да и Гаррик уже забыл о ней: он был поглощен яростным поединком с Трефесном, причем бои велись в основном с помощью телефона, а Трефесн завел привычку звонить ему поздней ночью, поднимая с постели, чтобы сообщить о своей очередной теории. Даже Иов не вынес бы подобного испытания, и в одну прекрасную ночь терпение Александра Гаррика лопнуло. Он не смог сдержать справедливого гнева и вне себя вскричал: «Трефесн, если только пятое измерение существует, я бы сейчас отправил тебя туда! Позвони завтра: я хочу спать!» - и бросил трубку.
На небе светила полная луна, и ее лучи проникали в окно спальни, несмотря на плотную завесу деревьев, окружавших дом. Уже лежа в постели и готовясь снова заснуть, довольный тем, что наконец-то дал отпор Трефесну, и в то же время испытывая стыд за свою несдержанность по отношению к коллеге-ученому, он не столько увидел, сколько почувствовал какое-то движение около двери комнаты между стеной и полом. Тихий шорох: прислушиваясь, он решил, что звуки доносятся с того места, где висит жакет. Он лежал, затаив дыхание, и ждал; наконец послышалось постукивание по полу, затем - шуршащие шажки по ковру. Он приготовился тихонько встать с кровати и зажечь свет, но вдруг ясно увидел, как что-то темное пересекло полосу лунного света на полу около окна. Он машинально поднял глаза на залитый серебристым сиянием подоконник. Невероятно: нечто темное, похожее на руку, руку, быстро бегущую по подоконнику, перебирая скрюченными пальцами. Он хрипло рассмеялся, чтобы унять внезапный страх, и немедленно включил свет. Ну конечно, там ничего не было.
Он подбежал к окну, выглянул, наружу. Сначала он ничего не заметил, но, приглядевшись, различил какое-то движение. Кажется, крыса - маленький черный комочек, совсем рядом с окном его дома, то растворялся в темноте, то попадал под свет уличных фонарей… Отвернувшись, он начал убеждать себя, что, если не будет следить за собой, вообразит и не такие ужасы. И действительно, то тут, то там ему теперь чудились шевелящиеся черные комочки; в каждом темном углу тени принимали очертания странных существ. Объяснив случившееся игрой воображения, он смог отогнать беспричинный страх, выключил свет и забрался под одеяло, бормоча про себя ругательства: ну и сценка - почтенный ученый муж в погоне за бегущей на пальцах рукой!
Но сон все не шел к нему. Страшное видение руки, как паук лапками, шевелящей пальцами, не давало покоя. Где-то он видел - или читал про это… что-то это напомнило ему. Рука… Он перебирал в уме обрывки воспоминаний, пытался отыскать нужную информацию в беспорядочных нагромождениях фактов, скопившихся в памяти за годы исследований. Кажется, это как-то связано с покойным дядюшкой. Прошел почти час, прежде чем он, наконец, вспомнил о сморщенном, обтянутом кожей предмете, который он вынул из потайного ящика и положил в карман жакета. Наследник вскочил с кровати, включил свет и почти побежал к тому месту, где висел жакет.
 
Карман был пуст.
В это мгновение он застыл в непонятном страхе: тысячи мелких воспоминаний роем пронеслись в голове - и он решил, что непременно должен найти странный предмет, куда бы ни засунул его в припадке рассеянности, и хорошенько рассмотреть, иначе сойдет с ума. Гаррик бегом спустился на первый этаж и обшарил библиотеку, кухню, подвал. Он даже осмотрел лестницу на случай, если объект поисков выпал из кармана, когда он здесь проходил, - ничего.
Он вернулся в спальню, весь покрытый холодным потом, на всякий случай снова опустил руку в карман жакета, и пальцы нащупали холодную кожистую поверхность. Предмет лежал в кармане!
Едва не упав от облегчения, Гаррик вытащил его и самым внимательным образом обследовал. Страх, угнетавший его, исчез: в первый раз он просто недостаточно глубоко засунул руку в карман, вот и все; правда, какие-то сомнения все еще оставались… Он поднес предмет к свету: слишком мал по сравнению с тем, что ему привиделось только что, но действительно очень похоже на крошечную руку, без костей, если они, конечно, были когда-то, сморщенную от старости. «Да, нельзя отрицать, это и в самом деле походит на руку», - эта мысль заставила его вздрогнуть от отвращения. Он отнес предмет к столу и положил обратно в потайной ящичек. На этот раз он выдвинул его до конца - там, оставшийся раньше незамеченным, лежал кусок свечи; как аккуратный человек, он немедленно выбросил его в корзинку.
Но смутные страхи уже не отпускали его. Весь остаток ночи Гаррика преследовали странные пугающие видения: покойный дядюшка, ухмыляясь, следил за ним из своего гроба; он видел, как тот играет с бесчисленным множеством маленьких коричневых рук, ползающих, словно пауки, по его телу; он бежал, и за ним гналась страшная рука со скрюченными пальцами. Последний сон оказался вещим, но он так никогда и не узнал этого.
Он как избавления ждал рассвета и в то же время боялся того, что может принести с собой новый день.
Когда наконец наступило утро, он первым делом купил газету. И сразу же в глаза бросился заголовок: «Труп в Сент-Джонском лесу: вторая жертва душителя». Закружилась голова, он без сил опустился на землю. Потом, когда стало немного лучше, поискал скамейку. Он сидел и размышлял о событиях последних дней, о страшной находке в потайном ящике: как ученый, он не мог поверить в сверхъестественное, но случившееся по крайней мере заставило его задуматься. Гаррик поднес к глазам газету; его взгляд выхватывал отдельные фразы: «… доктор Трефесн, судя по всему, работал в своей лаборатории… Следы чрезвычайно упорной борьбы… деньги и ценности остались нетронутыми… Скотланд-Ярд». К горлу подкатила тошнота, снова закружилась голова, все расплывалось перед глазами. Что делать? В конце концов он вспомнил о Британском музее.
Туда он и отправился, движимый смутной мыслью, что найдет здесь необходимую информацию. И после бесплодных поисков среди описаний разных этнографических коллекций и сочинений о важности правильного изображения рук для художника, он добрался до исследований по магии. Вот, наконец, то, что ему нужно, - Рука Славы: «Отрубленная рука мертвеца, в которую вставляется зажженная свечка, с помощью специфических ритуалов наделяется магической силой и используется обладателем…» Чем дольше он читал, тем сильнее становилось внутреннее сопротивление: Гаррик не мог принять этого, его мозг ученого отвергал подобные сказки; наконец, он захлопнул книгу и решил поговорить со стариной Сент-Джоном, джентльменом, который знал все на свете. К ужасу, Сент-Джон очень серьезно воспринял его сбивчивый рассказ. Гаррик, конечно, знает, что за человек был его дьявольский дядюшка, спросил он. Гаррик был вынужден сознаться, что почти ничего не знает о покойном, слышал только, что дядя без сомнения был не вполне нормальным в психическом отношении.
- Как раз наоборот, старина, - заявил Сент-Джон. - Он обладал могучим умом; да, да, блестящим умом! Весьма неуравновешен, но ведь в нем всегда было что-то дьявольское. Мало сказать, что он занимался оккультными науками, - он жил ими. Помню, как-то раз твой дядя заговорил со мной об этой Руке Славы, и через некоторое время при странных обстоятельствах был убит, задушен, какой-то журналист, постоянно пытавшийся что-то выведать у дяди, не дававший, ему проходу. Конечно, это могло быть простым совпадением. В любом случае, подобные факты наводят на размышления, не правда ли?