Души (ЛП)

— Я не позволю ей мешать нам только потому, что она постельная игруш...
Краем глаза я уловила что-то размытое, но оно тут же исчезло, а меня сбила с ног некая сила. Однако перед тем как я встретилась с асфальтом, кто-то схватил меня за талию и не дал упасть на задницу. Взгляд сфокусировался на знакомом лице.
— Рейн?
— Ты в порядке? — спросила она, выглядя взбешённой.
Я кивнула. В нескольких шагах от нас Торин пригвоздил Риза к дереву, ноги последнего не касались земли. Судя по напряжённым мышцам, он едва сдерживался. Гримнир совсем не выглядел испуганным, но и не сопротивлялся, что многое о нём говорило. Они оба активировали руны и были скрыты ото всех. Случайные прохожие могли видеть только меня и Рейн. Мы с ней часто обнимались или ходили плечом к плечу, так что никому не было странно видеть нас вместе.
— Слезь с меня, Валькирия! — закричала Нара и попыталась скинуть Эндриса, который навалился на неё всем телом и прижимал её руки к бокам. Пускай обычно он ведёт себя так, будто пачкать руки — выше его достоинства, но сейчас он вмешался в своей привычной нахальной манере.
— Да ладно тебе, крошка, — подначивал он. — Ты же знаешь, что ближе к Асгарду, чем сейчас, когда я на тебе, ты никогда не будешь, так что наслаждайся моментом. Кора, прости, я едва не пропустил всё веселье.
Нара дёргалась и пиналась, выплёскивая поток оскорблений в его адрес.
— Нара! — выкрикнул Риз, и она замерла. Он посмотрел на Торина, сощурив глаза. — Я не хочу сражаться с тобой, Валькирия, так что отпусти ме...
— Заткнись, — перебил Торин. — Кора! Иди сюда.
Впервые слышу, чтобы Торин говорил таким голосом. Подчинись-иначе-будет-хуже-голосом. Я послушалась. Иначе шея Риза может сказать: "Пока-пока!"
— Ты не пострадала? — уже мягче спросил он.
— Нет.
Я посмотрела на Нару, которая перестала сопротивляться и теперь прожигала меня взглядом. Я могла пожаловаться на неё, но ничего хорошего это не даст. Я и так уже боюсь представить, что с ними сделает Эхо, когда узнает об этом.
Торин внимательно посмотрел на меня, словно зная, что я соврала. Но затем кивнул и сосредоточился на Ризе.
— Когда я тебя отпущу, Гримнир, исчезни. Ещё раз увижу тебя рядом с ней — тебе это не понравится. Кора под нашей защитой. Полезешь к ней — придётся иметь дело с нами.
— Но у неё душа, которая принадлежит нам, — возмутилась Нара. Эндрис всё ещё не отпускал её.
— Он под моей защитой. — Все посмотрели на меня как на сумасшедшую. Опять двадцать пять. Ненавижу. — Я пообещала ему помочь, — добавила я в свою защиту.
— Дэв предал наш народ! — не унималась Нара.
— Нам плевать, — рявкнул Торин. — Если Кора дала обещание, она его сдержит. — Он отпустил Риза и сделал то, что делают футболисты после того, как грубо наедут на кого-то: поправил воротник Риза и смахнул с него невидимую пылинку. — А теперь будь хорошим Гримниром и свали из города.
Риз ощетинился. Очевидно, ему не понравился снисходительный тон Торина. Поэтому его ответ прозвучал резко:
— Другие придут за ним.
Торин пожал плечами.
— Тогда и с ними разберёмся.
Он оглянулся на Эндриса и кивнул. Тот тут же вскочил на ноги и протянул Наре руку.
Если взглядом можно было испепелить, он бы уже превратился в шашлык. Она проигнорировала его руку, встала и прошипела сквозь зубы:
— Ещё увидимся, Валькирия.
— Я свободен по средам, — ответил Эндрис, раскинув руки. — Приходи одна, милая.
Её руки сжались в кулаки, глаза обещали Эндрису все виды телесных наказаний. Окинув уничтожающим взглядом напоследок, она развернулась и последовала за Ризом в созданным им портал.
Я полагала, что после их ухода мы пойдём на уроки. Парковка уже почти опустела, остались только опаздывающие школьники, уже спешащие к дверям, и лениво бредущие бездельники, которым всё равно, что занятия уже начались. Рейн и остальные сверлили меня глазами, словно ждали объяснений.
Я указала на школу.
— Ребят, звонок уже прозвенел.
— Школа подождёт, — сказал Торин. Его командный голос начинает вызывать у меня желание бунта. — Ты защищаешь душу? Почему?
 
Я закатила глаза.
— Он обратился ко мне за помощью, и я пообещала, что помогу.
— Это кто-то из дома престарелых? — спросил он.
Логичный вопрос, хотя я не ожидала, что он знает, что я там помогаю. Я покачала головой, не зная, стоит ли рассказывать им про Дэва. Валькирии сопровождают в Асгард души здоровых, спортивных людей. Тёмные души не должны их интересовать.
— Почему на него охотятся Гримниры? — продолжал Торин.
— Его хочет к себе богиня Хель? — выпалил Эндрис.
— Эхо о нём знает? — присоединилась Рейн.
— Так, всё, хватит вопросов, — я подняла рюкзак с земли и крепко его сжала. — Сейчас не лучшее время для этого разговора. Кому-то из вас придётся использовать руны на моём учителе английского, иначе у меня будет штрафной урок в субботу. — Но они всё ещё смотрели на меня так, что было ясно: мы никуда не пойдём, пока я не признаюсь. — Ладно. Его зовут Дэв. Он когда-то был одним из них. Друидов. Эхо обратил его в Бессмертного, чтобы спасти. А затем Дэв предал их. Ну, или они думают, что он их предал. В любом случае, они злы на него. Даже Эхо не хочет с ним разговаривать.
Они втроём переглянулись. Ненавижу, когда так делают. Это означает, что они что-то знают или находятся на одной волне, пока я блуждаю одна в темноте.
— Это один из тех Бессмертных, с которыми мы сражались на прошлой неделе? — спросил Торин.
— Нет. Эхо убил его много веков назад. Он... эм, тёмная душа.
На этот раз я точно знала, о чём они подумали. Что я спятила.
— Я знаю, что вы скажете, — произнесла я с нотками вызова.
— Нет, не знаешь, — мягко возразил Торин.
— Знаю-знаю. Я вижу неодобрение. Я прекрасно осознаю, что делаю и зачем, поэтому прошу отнестись к этому с уважением.
Торин сощурил глаза, но ничего не сказал. Эндриса, казалось, забавляла вся эта ситуация.
Рейн выглядела обеспокоенной, и я была уверена, что она прочитает мне долгую мучительную лекцию о том, почему мне не стоит связываться с тёмной душой.
— Это из-за него ты позвонила мне тогда в субботу?
Я кивнула.
— Я была осторожна. Согласилась помочь ему, только когда убедилась, что не я его цель. И прошу вас, не говорите Эхо. Ему не стоит знать о том, что сегодня произошло. Пожалуйста, Эндрис, — добавила я, когда тот открыл рот. — Он и так не ладит с другими Гримнирами, не стоит его провоцировать.
— Но ты же ему скажешь? — уточнил Торин, когда мы направились к школе.
— Да.
— Когда?
Ну, нельзя же быть таким доставучим? Я вздохнула.
— Когда буду готова, Торин.
— А ты чем занимался, когда на неё напали? — спросил Торин, сверкнув голубыми глазами на Эндриса. — Ты должен был присматривать за ней с той секунды, как она вышла из машины.
— Я и присматривал! — воскликнул Эндрис. — К тому же я должен был защищать её от тёмных душ, а не от безмозглых Гримниров. Она как раз закончила разговаривать с ними и пошла ко мне, когда они вдруг напали. — Он взглянул на меня. На лице отразилось сожаление. — Прости, что так вышло, блонди.
— Тебе не за что извиняться. — Я сердито посмотрела на Торина. — Это не его вина. Я сказала ему, что это друзья Эхо и что я хочу поговорить с ними наедине. Кто ж знал, что Нара сорвётся, когда я отказалась сообщать ей, где прячется Дэв.
Наступила тишина. Эндрис приблизился ко мне.
— Кстати, раз он не привязан к тебе, где ты его прячешь?
— Как он выглядит? — спросила Рейн, которая шла с другой стороны от меня.
Мне удалось уйти от их вопросов, но я понимала, что тем самым только оттягиваю неизбежное. Если они снова объединят усилия, то я не выдержу и выложу всё.
 9. БЕДНАЯ МОЯ МАШИНА 
Рейн проводила меня до класса и использовала руны на учительнице английского, миссис Босник, поэтому возможности поговорить с Дэвом у меня не было.