Души (ЛП)

Он проверяет меня? Я прищурилась, пытаясь раскусить его блеф.
— Нетушки, я голодная.
— Давай закажем доставку.
Я шлёпнула его по руке.
— Перестань. Ты не сможешь меня отвлечь. Я хочу, чтобы за мной поухаживали.
Эхо одобрительно ухмыльнулся. Какой наивный мужчина. Что ж, скоро он узнаёт, что меня не так просто контролировать.
Он поднял свой плащ с пола, достал артавус и создал портал к моей машине. Я поцеловала его в губы, и телепортировалась.
— Один час, — предупредил он, перед тем как портал закрылся.
 6. НАКОНЕЦ-ТО СВИДАНИЕ 
На полпути домой Дэв возник на соседнем сиденье. Я даже не моргнула.
— Говори через радио.
Он хмыкнул и скользнул в CD-слот.
— Куда вы вдвоём исчезли?
— Не твоё дело, — ответила я.
Он усмехнулся.
— Узнаю старого доброго Эхо. Сначала действует, а потом задаёт вопросы.
Я не поняла, имеет ли он в виду то, что случилось в доме престарелых, поэтому постаралась скрыть своё раздражение.
— Если продолжишь язвить, мистер, я не стану тебе помогать.
— Я всё больше склоняюсь к мысли, что ты не можешь не помогать, красотка. Эхо ничуть не изменился. Он бросит тебя, как бросил Нару.
Я улыбнулась.
— Не говори о том, чего не знаешь, Дымок.
— Мне показалось, или ты сказала это с улыбкой?
— Не показалось. Я докажу тебе, что ты ошибаешься. И помогу тебе.
А тем самым помогу ещё и Эхо, что очень важно для меня.
— Только не называй меня Дымком.
— Почему? Тебе подходит.
— Это оскорбительно. Ладно, я согласен. Удиви меня. Докажи, что Эхо изменился.
— Правила помнишь? В мой дом вход воспрещён.
— Помню, помню, — он выскользнул из радио.
Оставшуюся дорогу я пыталась придумать, как мне сказать Эхо про Дэва. Это нужно сделать мягко, начиная с того, как важно уметь прощать, и потихоньку подвести его к правде.
— Я дома, — крикнула я, но родителей не было на кухне. В воздухе пахло мясом с картошкой. Мама, наверное, ушла в амбар за куриными яйцами. Папа может быть где угодно, раз его нет в его писательском уголке.
Я вышла из дома и направилась к амбару. Ещё на подходе услышала голоса.
— Я не знаю, что делать, дорогой, — говорила мама. — Вмешательство в такие важные сферы может плохо кончиться, но в то же время ей восемнадцать, она уже взрослая.
— Она ребёнок, — ответил папа, совсем не так рассеянно, как обычно. — Она нас послушает.
Окей. Очевидно, они обсуждали меня.
— Мам, пап!
Они обернулись к двери. У обоих был виноватый вид.
— Привет, солнышко, — сказала мама.
— Тыковка! — одновременно с ней воскликнул папа. — Ты только пришла?
Я кивнула, чувствуя, как горят щёки.
— Миссис Джей сегодня снова была не в духе.
Мама вздохнула.
— Её дочь так и не пришла?
— Нет. Я пыталась сдружить её с другими жильцами, но... — я пожала плечами. — Тебе помочь, пап?
Он с радостью вручил мне корзину с яйцами, но не спешил уходить. Я гадала, кто же из них поднимет тему, которую они обсуждали. О какой важной сфере они говорили?
— Как там Эхо? — спросил папа.
Я скрыла улыбку. Папа победил.
— Хорошо. Он позвал меня в ресторан и заедет за мной, — я глянула на часы, — в течение часа.
— Почему ты не сказала утром? Я уже приготовила ужин.
Мама терпеть не могла оставлять еду и разогревать на следующий день, но сегодня мои мозги были где-то в другом месте.
— Прости, забыла.
— Он может поужинать с нами. Верно, дорогой? — она глянула на папу в поисках поддержки.
Папин взгляд метался между нами.
— Почему бы и нет, — пожал он плечами. — Вместе веселее.
— Я предложу ему, но он хотел устроить сегодня что-то особенное. Сюрприз.
Родители переглянулись, и мама ответила:
— Хорошо, но мы бы всё равно хотели позвать его к нам на ужин. Как насчёт следующих выходных?
— Конечно, мам, — я развернулась, чтобы уйти.
— Подожди, — окликнула она, и мой желудок свернулся в узел. Она снова переглянулась с папой, и я мысленно собралась. Мне это не понравится. Молчаливые разговоры между ними обычно означают плохие новости.
 
— Я буду дома, — спешно пробормотал папа и сбежал.
Точно плохие новости. Я сейчас как на минном поле. Кто бы сомневался, что серьёзный разговор со мной проведёт она. Мама уже инструктировала меня о мальчиках и сексе перед средней школой. Затем был неловкий разговор о таблетках и прочих видах контрацепции. Я смотрела на неё с круглыми глазами, покраснев до кончиков волос. Это было два года назад, когда мне только исполнилось шестнадцать.
Мы вышли из амбара вместе. Мама обвила мою правую руку; я перехватила корзину, чтобы нести её под левой.
Мама подняла мою ладонь, чтобы посмотреть на кольцо.
— Какое красивое кольцо.
Эхо подарил мне это кольцо с друидскими письменами пару месяцев назад. Сказал, что оно целую вечность принадлежало его семье. Сначала бабушке, которая передала его своей старшей дочери, а когда сёстры Эхо погибли, кольцо перешло ему.
— Спасибо. Эхо сказал, что найдёт получше, но мне безумно нравится это.
— Мне тоже, — мама погладила меня по руке. — Как думаешь, ты уже готова к контрацептивам?
Кровь прилила к моим щекам. Когда мне было шестнадцать, она попросила меня предупредить, если я начну вести половую жизнь, чтобы она могла помочь мне с таблетками. У меня очень практичная мать. Иногда чересчур.
— Мам... — попыталась возразить я.
Она остановилась, и я тоже.
— Тебе уже восемнадцать, Кора. Ты взрослая женщина. Раз у тебя есть краш, и с ним всё серьёзно, я хочу, чтобы ты была готова.
У меня упала челюсть. Это какая-то дичь.
— Краш?
Мама усмехнулась.
— Я не такая отсталая, как ты думаешь. Я много работала с детьми. А ещё я читала комменты в твоём блоге.
Я закрыла глаза, мечтая провалиться сквозь землю. Если скажу, что мне не нужны таблетки, а потом залечу, то буду выглядеть как идиотка. А если скажу, что и так принимаю противозачаточные, то она поймёт, что у нас с Эхо уже всё было.
— Мам... — тут я подумала про Эхо и его желание стать лучше ради меня, хотя я так и считала его совершенством. — Хорошо, я схожу к твоему доктору. Только пообещай мне одно.
— Что угодно.
— Никогда не используй слово "краш", — сказала я. Она рассмеялась, и я вместе с ней.
***
Часом позже я, спускаясь по лестнице, увидела, как папа о чём-то разговаривает с Эхо. Они оба замолкли, заметив меня, встали и развернулись ко мне. Два самых важных мужчины в моей жизни. Вместе. Маленькая девичья радость растрогала меня.
Эхо за этот час успел переодеться в джинсы, серую водолазку и синий пиджак. Как же я люблю, когда он в джинсах. Выглядит супергорячо. Его глаза вспыхнули огнём при виде меня в джеггинсах, ботинках и красном топе.
— Прости, что так долго, — я подошла к нему.
— Всё в порядке, — Эхо переплёл наши пальцы и повернул голову к моему папе: — Спасибо, сэр. Я обязательно учту то, что вы сказали.
— Это всё, о чём я прошу, сынок, — папа пожал ему руку.
Сынок? Я чуть было не хихикнула.
Чмокнула папу в щёку и помахала маме. Мне было до смерти любопытно, о чём папа разговаривал с моим парнем. Эхо приехал на внедорожнике, который часто арендовал для наших поездок. Он подождал, пока я сяду на пассажирское сиденье, закрыл дверь, обошёл капот и сел за руль.
— Итак, о чём вы говорили? — спросила я.
— А где мой поцелуй?
Я закатила глаза.
— Ты увиливаешь от темы.
— Нет, я просто хочу тебя поцеловать, — он развернулся ко мне и вскинул бровь. Его руны вспыхивали и угасали. Я потянулась к нему, быстро поцеловала в губы и тут же вернулась на место.
— Дразнишься, да? — пробормотал он.
— Так что там с разговором?
— Он спрашивал, когда я заканчиваю колледж. Я ответил, что в следующем году, то есть мне вроде как двадцать один год, — ухмыльнувшись, он завёл машину. — Кстати, по какой специальности я учусь в этом Уолкерсвилле?