Хроники раздора (СИ)

— Там после тебя хоть что-то целое осталось? — прищурилась Фиона.
— М-м-м, стены? А, ну и вот.
Крестоносец продемонстрировал потрёпанный временем и неблагоприятной средой амулет. Из-за слоя грязи, пыли и коррозии было сложно сказать материал, из которого он изначально был сделан, но даже по текущему состоянию было понятно, что это не более чем безделушка.
— Может, он магический? — забирая, чтобы рассмотреть, предположил Фалайз.
— Х-хрустанический, — ухмыльнулся Тукан. — Поди забыл кто, перед тем как утонул в болоте.
Новичок, тем временем обнаружив, что амулет не простой, а открывающийся, попытался открыть его, но не сумел: то ли он был заперт, то ли механизм заржавел. Поковырявшись секунд десять, Фалайз прорычал что-то невнятно и швырнул находку в ближайший камень.
— Ещё один вандал, — простонала Фиона. — Давайте мы не будем все находки швырять о… О!
Амулет, ударившись о камень, всё же раскрылся. Никаких чудес внутри он не таил, только грязь. Однако туман вокруг вдруг принялся собираться в кучку и уплотняться, пока не оформился молодую девушку в шляпке и с зонтиком.
— Солнце! Ветер! — восторженно оглядываясь, начала она, хотя вокруг стоял пасмурный штиль. — Свобода! — тут девушка опустила взгляд, заметив своё состояние, и восторг сменился ужасом. — А-а-а-а!
Не дожидаясь того, что будет дальше, Тукан перехватил кирку, заменявшую ему оружие, и попытался рассечь ею призрака. В том и вправду на пару мгновений образовалась борозда, которая сразу же вернулась в прежнюю форму. Как-то иначе девушка отреагировать не пожелала, продолжая орать.
— Спокойствие, только спокойствие, — кривясь от шума, выступила вперёд Фиона. — Вы просто умерли. Немного.
— Такое случается, примерно раз в жизни, — поддакнул Тукан. — Хотя знал я одного мотоциклиста: четыре аварии, вместо черепа железная пластина и всё равно…
Призрак осёкся на мгновение и заорал пуще прежнего.
— Она сейчас сюда соберёт всех любопытных своих воем, — косясь на пригорок, с которого он недавно кувыркался, сообщил Фалайз.
На этот раз жрица подошла практически вплотную, и к тому же принялась размахивать руками, стараясь привлечь к себе внимание:
— Эй! Э-э-эй! Мы услышали тебя! Чем помочь?
Наконец призрак соизволил прекратить крик и обратить внимание на Фиону.
— К-кто вы?
— Хирург, студент и какая-то вредная тётка, — вклинился в разговор Тукан.
— «Вредная тётка»? — холодно уточнила жрица.
— Прости, не знаю, кто ты по профессии.
— Бухгалтер.
— Хирург, студент и вредный бухгалтер неопределённого возраста.
— Мне двадцать пять!
Крестоносец вздохнул и снова стал перечислять:
— Хирург, студент и вредный бухгалтер определённого возраста…
— Вы поможете мне отыскать мою родню? — не обращая внимания на пререкания троицы, спросила девушка.
Прежде чем Тукан успел открыть рот и съязвить на тему кладбища, Фиона спросила у группы:
— Очевидно это квест, берём?
— Всё равно шляться по болотам, так хоть осмысленно, — пожал плечами Фалайз.
— Помогать нежити?! — театрально возмутился крестоносец.
— Помогать за награду, — утешила его жрица. — Деньги, трофеи, опыт…
— А, ну это другое дело. За деньги — хоть нежити, хоть демонам.
Жрица явно хотела что-то на это ответить, но сдержалась. Вдохнув-выдохнув пару раз, она повернулась обратно к призраку, который терпеливо ожидал ответа.
— Да, поможем. Откуда начать?
— Я чувствую они где-то там, в районе кладбища, — указывая куда-то вглубь тумана, ответила девушка.
— Гы-гы, — подавился смехом крестоносец, глядя на помрачневшую жрицу.
— А-а-а! Сними с меня эту дрянь! Сними! — кричала Фиона, размахивая руками, как вертолёт. Е её запястью прилипла гигантская пиявка.
Фауна болот Глум не отличалась каким-то особым изыском. Даже пресловутых крокодилов, коих так боялся Тукан, здесь не было. Вполне ожидаемо в изобилии имелись комары. Правда, размерами с голубя и издававшие при полёте звук, схожий с воем пикирующей «Штуки». Уже упомянутые гигантские пиявки, игравшие роль своеобразных мин, — сами они не нападали, но стоило неосторожно оступиться, и парочка таких с радостью присасывалась ко всем открытым участкам тела, чему очень помогала способность прыгать на несколько метров, явно позаимствованная у блох. Конечно же обитали и змеи — не столько опасные, сколько маловосприимчивые к урону. Различные мухоловки, росянки и прочие хищные растения, тоже весьма немалых размеров, выполняли роль неподвижных турелей, прикрывавших «союзников» плевкам ядовитой гадости.
 
«Царицами» местной флоры и фауны были жабы. Первую такую Фалайз неосторожно принял за экзотическую статую — из-за камня, на котором та неподвижно сидела. Это едва не стоило ему жизни. Заметив страдающего любопытством, отсутствием опыта и слишком близко подошедшего новичка, жаба раззявила огромный рот, ловко заарканив длинным языком несчастного, и попыталась его сожрать. Учитывая её размеры — все шансы справиться за один раз у неё имелись.
Фалайза отбили — благо жующая добычу жаба оказалась не слишком ловким, а главное практически беззащитным противником, но в качестве прощального подарка противница забрала с собой на дно трясины обувь новичка. Следом последовала ещё одна битва — это на шум слетелись комары, а Фиона неосторожно упала в лужу, полную пиявок, одна из которых намертво прилипла к её руке.
Поняв, что жрице нужна помощь, Тукан несколько раз махнул киркой, но всё мимо. В основном потому, что пиявка уворачивалась от его ударов куда ловчее, нежели чем от противников.
— Сдурел? Ты меня прибьёшь! — возмутилась Фиона, но, махнув рукой, вновь заметила пиявку и вернулась к проблеме её присутствия. — А-а-а, снимите это!
— Так, стой на месте! — недовольно рявкнул крестоносец и вдруг ухмыльнулся и указал на отмахивающегося от комаров своим посохом Фалайза. — Или он жахнет.
— Мне можно жахнуть? — навострил уши новичок.
Здесь, в среде, практически невосприимчивой к разрушениям, в окружении множества мелких противников, его способности были скорее полезными. «Скорее», потому что среди топких, очень небольших островков, из лабиринта коих и состояло болото, увернуться от очередного взрыва, внезапного удара молнии или заморозки всего вокруг было затруднительно.
— Не-е, не надо, — вспоминая, как её полчаса назад сначала превратили в кубик льда, а затем в нём едва ли не утопили, поёжилась Фиона и, зажмурившись, выставила руку с пиявкой, — бей, хирург.
Один меткий взмах киркой, и пиявка, пронзительно пискнув, с приятным «чпоком» отлипла от запястья. Упав в траву, она поёжилась и неторопливо куда-то поползла, явно намереваясь попортить жизнь кому-нибудь ещё. Жрица попыталась было её раздавить, но у неё ничего не вышло — пиявка была очень эластичной, словно из резины. Тогда Фиона просто пнула её, отправив в короткий полёт вглубь болот.
Отбившись от комаров, троица остановилась, пытаясь вернуть показатели здоровья, маны и выносливости на приемлемый уровень с помощью небольшого запаса зелий — хоть на них у новичков денег хватало.
— Эй ты, — ткнул пальцем в призрака крестоносец, — долго нам ещё идти?
— Я слышу их пение, — пространно ответила девушка, замерев на мгновение. — Они, должно быть, уже рядом.
— Угу, ты это и десять минут назад «чувствовала», — скривился Тукан. — И какое пение? Тут только кваканье, зудение и бульканье! Твоя родня часом не комарьё?
— Она уже рядом.
— М-м-м, содержательно. Фиона, что у нас по запасам?
— Три красных, четыре синих и одна жёлтая бутылочка, — сообщила жрица. — Ещё одну жабу, может, потянем…
— Не надо жаб! — встрепенулся Фалайз. — Очень неприятное создание, особенно изнутри.
— К слову, мы здесь уже час, и всё ещё ни следа каравана, — заметил крестоносец.
— Ты ожидал его так просто сразу найти?
— Не, я к тому, что здесь, — Тукан обвёл руками округу, — его может и не быть. Ну сама подумай: мы здесь едва не тонем, а лошади, повозки?