Хроники раздора (СИ)

В обилии имелись и военные. Только они откровенно скучали: никаких боевых действий сегодня не было и, судя по всему, не планировалось. Рахетийцы зализывали раны и восполняли потери, явно имея лишь смутное представление, что им теперь, после потери доступа в город, делать дальше.
— Вот видишь, всё в порядке, а ты ныл! — не преминула воспользоваться возможностью для колкости Фиона, когда они покинули Периферию, и вышли на горную дорогу.
— Ещё половина пути впереди! — предостерёг её от поспешной радости Тукан, возмущённо поднимая руку.
Так он в этой позе и замер на пару секунд, что не укрылось от остальных.
— Что это с тобой? — поинтересовался Снекер.
— Не знаю, — растерянно ответил крестоносец, шевеля конечностями, словно проверяя, двигаются ли те.
— Ну точно, у тебя интернет по диалапу! — продолжала ехидничать жрица.
— Да не, по-моему, это игра лагает, — поспешил оправдаться Тукан.
— А по-моему… — начала Фиона, но закончить ей не дал Фалайз.
Дикий маг с самого «затыка» у крестоносца внимательно вглядывался в окрестности, припорошённые шедшим утренним снегом, и наконец нашёл что искал: странную тень, которую не мог отбрасывать ни один из объектов вокруг. В неё мгновенно полетело заранее заготовленное им заклинание — «Волна огня».
Выглядело оно так, будто кто-то выстрелил из огнёмета на пару секунд. Урон был совсем небольшим, но зато пламя отлично демаскировало, что и произошло. Фалайз промазал совсем немного — на пару сантиметров не угадал с местонахождением скрытого персонажа.
— Хех, догадался! — раздался насмешливый, немного самодовольный голос. — Растёшь!
Демонстративно сбивая с себя пламя, на свет вышла Кара и небрежно кивнула в сторону телеги.
— Отдайте по-хорошему, что везёте, придумайте себе легенду о нападении и идите по своим делам, — посоветовала она, остановившись в полуметре от повозки.
— Срочно понадобился крепкий стальной болт? — насмешливо спросил Снекер.
Все присутствующие следили за Карой очень внимательно и настороженно, но пока не решались вступать в бой. Момент был откровенно неподходящим: из всех четверых вооружён оказался лишь Фалайз и в каком-то смысле Фиона. Баян Трорка оставался у него в чехле на спине, а меч Тукана в ножнах. Впрочем, нежить тоже была безоружна, во всяком случае, так казалось со стороны.
— Клоуном был — клоуном и остался, — коротко ответила Кара. — Ну так?
— А может, это лучше тебе пойти по своим делам и придумать оправдание своему поражению? — с намёком уточнил крестоносец, чья рука медленно, но уверенно сползала на рукоять меча, он готовился выхватить его в любой момент.
— У меня оправдание простое, — нежить демонстративно подняла руки, — одна против пятерых. А вот что вы после проигрыша скажете?
— А мы не проиграем, — ответил Трорк ей в тон и вдруг, глубоко вдохнув, свистнул так, что поднялся целый ураган.
Однако Кара оказалась готова к такому повороту событий и отреагировала мгновенно. Она хлопнула в ладоши, из-за чего в воздух поднялось небольшое облако тёмного цвета, будто кто-то молотый перец рассыпал. Из-за ветра оно мгновенно распространилось по всему окружающему пространству, намертво парализовав всех присутствующих, кроме самой нежити.
— Споры Дьявольского гриба с островов Раздора, — объяснила она, демонстративно принюхиваясь. — Пахнут как смесь ландыша и мяты, если вам интересно.
Отряхнув руки, из-за чего в воздухе оказалось ещё больше спор, нежить неторопливо, практически вразвалочку подошла к Фалайзу.
— Вчера ты всех спас. Герой, победитель страшного, всемогущего Секретаря! Но сегодня, извини уж, мой звёздный час. А то некоторые рыжебородые дворфы в Ордене очень любят насмехаться: «Кара не смогла того», «не сделала этого», «не успела туда-то». Ха! Посмотрим, что они скажут сегодня!
Не тратя больше времени на пустое злословие, нежить уверенно направилась к ящикам, сразу же отыскав нужный ей. Правда, триумф испытать ей так и не удалось.
— ЧТО?!
Внутри ящика оказался отнюдь не светящийся диск, усиливающий многократно любую направленную на него магию, а причудливый механизм-ловушка, которая как раз готовилась сработать. Парализующие споры ей, конечно, не мешали, да и не могли при всём желании: внутри коробки находилось огромное количество оберегов, защищающих от всевозможных воздействий подобного рода.
 
— Приве-е-е-т! — раздался скрипучий, отдававший металлом голос.
Взрыв вышел что надо — почти десять килограммов порошка Громтравы, усиленные магией, расшвыряли болты с гайками на манер шрапнели с такой силой, что скосили на месте всё живое и неживое в радиусе почти сотни метров.
— Я придушу того, кто это придумал! — воскликнул Тукан, не успев возродиться. — Могли бы хоть намекнуть, что происходит! Столько снаряги в никуда!
— Такого коня угробили, — тяжело вздохнул Снекер.
— Полудохлую клячу? — уточнила у него Фиона.
— Полудохлую клячу, за которую в Ганзе пришлось отдать целую кучу бабла! — поправил её торговец.
— А я не брал инструмент, — похвастался Трорк. — Хотя чехол тоже жалко, и кираса хорошая была, да.
— Ты знал? — удивлённо вскинула бровь жрица.
— Нет. Но понял всё по лицу Гонгрика — вот он точно знал. Они переправили артефакт на аэродром, скорее всего, ещё ночью.
— Нет, Хельмехунд доложил об этом едва ли час назад и при мне. Мы тогда Секретаря допрашивали, — рассказал Фалайз.
— Угу. При тебе? Ещё, наверное, и орал так, чтобы его всё ЦШО слышало, да? — с намёком уточнил бард. — Гонгрик хоть и не любитель всяких гадостей, но если надо — придумает.
Дикий маг не стал спорить, вместо этого задумчиво и немного растерянно посмотрел на место возле статуи на площади Шестерёнки, где обычно возрождались все погибшие. Однако, кроме них пятерых там никто так и не появился.
— Очевидно она считается враждебной для города и возродится где-то в другом месте, у рахетов, скорее всего, — сообщила ему Фиона, мгновенно догадавшись, чего именно он ждёт.
— Жаль.
— Хочешь переубедить её?
— Не знаю, может, — вздохнув, признался Фалайз. — Пробовал ещё вчера. Просто… просто я не понимаю, почему она на ИХ стороне.
— Почему ближайшая соратница Фрайка во времена существования «Ангелов» вдруг снова на его стороне? — не без издёвки переспросил Трорк. — Думаешь, могло быть иначе?
— Думаю, да, — без тени сомнений ответил дикий маг.
Бард в ответ на это только фыркнул. И отправился в ближайшее хранилище за запасным снаряжением.
— В любом случае, — попытался утешить Фалайза Тукан, — свой выбор Кара уже сделала. Ты можешь его не одобрять, злиться, но зубную пасту обратно в тюбик не затолкаешь.
— И что делать?
— Жить дальше, — вмешалась Фиона.
— Делай, что должно, и будь что будет, — добавил крестоносец. — Так что идём делать что будет и будь что должно! Гы!
***
Альмагея стояла на ушах, начиная со вчерашнего вечера. Именно тогда новости о роли Ордена в осаде Заводного города всплыли наружу и достигли основной массы игроков. Всю последующую ночь реакция набирала силу и массу, словно снежный ком, катящийся по склону. К утру о происходящем говорили уже не только в самой игре, но и даже за её пределами. Полдень стал своеобразной красной линией — именно к этому времени Оренду искателей истины объявили войну все, кто только мог, за исключением Союза Запада и Рахетии, которые невольно оказались с ним в одной тонущей лодке.
— Моя работа здесь окончена! — спокойно провозгласил Мачу, врываясь во временный кабинет Фрайка, даже не пытаясь постучать. — Все наши счета и имущество за пределами этого замка и Амбваланга заблокированы.
— Много там осталось? — скорее из вежливости, нежели действительно интересуясь, спросил предводитель Ордена.
В этот момент всё его внимание занимали не приготовления к решающему сражению, дипломатическая обстановка и тем более понесенные убытки, а подборка старых статей, отзывов и просто комментариев, написанных им самим в очень давние времена, когда он ещё занимался этим чуть чаще, чем никогда.