"Фантастика 2024-3". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Только теперь я понял весь смысл этого слова.
Говорить не хотелось, как и видеть кого-то из своих. Ерёменко примчались в госпиталь через пять минут после меня, но долго там не пробыли. Страшная новость подкосила Ольгу, и Олегу пришлось её увести, чтобы та не начала громить всё, что попадётся под горящую бирюзовым пламенем руку. Чародейка смеялась и плакала одновременно, повторяя, что они с мужем действительно прокляты. Видеть её в таком состоянии было тяжело — до этого девушка даже в самых тяжёлых ситуациях никогда не теряла самообладания.
Что касается меня, то я будто расслоился. Одна моя часть — более рациональная, взяла на себя управление бренной оболочкой. Она отвечала на бесконечные соболезнования, собрала личные вещи Эльги и привела меня сюда, на кладбище. Даже лопатку где-то раздобыла. Другая же — эмоциональная, царапалась и рвалась наружу где-то глубоко внутри меня. И чем больше проходило времени, тем сильней она становилась, требуя выплеснуть наружу скопившийся гнев.
Эльги больше нет, а я ничего не смог сделать, хотя находился рядом. Её голос, звучащий в голове, ещё больше разжигал этот огонь, повторяясь снова и снова:
«…мне страшно. Я не хочу превратиться в чёртов пепел! После меня ведь вообще ничего не останется…»
— Прости, что не смог защитить, — омертвевшими губами произнёс я, укладывая на дно ямы картонную коробку с прахом. — Но кое-что после тебя всё же останется.
Большинство родственников предпочитало более надёжные контейнеры — из дерева или металла, а то и вовсе — керамические сосуды, хранящиеся в земле сотни лет. Мне же, наоборот — нужен был максимально быстро разлагающийся контейнер. Поэтому я остановился на обыкновенном картоне. Выглядело не очень солидно, но мне было плевать. Эльге, наверняка, тоже.
Главное, чтобы семя, которое я оставил среди серых хлопьев, смогло в дальнейшем прорасти наружу. Лучше всего из моего запаса на эту роль подходило то, которое осталось после знакомства с бабушкой-информатором. Так и не придумал, куда бы его применить.
Оно не годилось даже для банального расщепления ради генетических образцов — способность наотрез отказывалась уничтожать не идентифицируемый объект. Единственное, что я смог про него узнать — процент всхожести. Как ни удивительно, он оставался стабильно высоким в любых агрегатных средах — в песке, в земле, в воде, да хоть в коровьей лепёшке! Странное семечко было готово расти даже в пищевой соде, смешанной с солью, достаточно было добавить туда немного жидкости, приготовив из него домашний раствор для полоскания горла. Как оно ещё не проросло до сих пор у меня в кармане — загадка.
Человеческая зола для ростка подходила идеально, особенно, когда она смешается с землёй. Картон прекрасно впитывает влагу, и быстро размокнет, так что никаких проблем возникнуть не должно. Что бы в итоге не выросло, оно будет лучше любого рукотворного памятника, неся при этом в себе частичку Эльги. На всякий случай я попросил место на самом отшибе, хотя был полностью уверен в том, что бабуся ради хохмы не подкинула мне какого-нибудь древесного хищника. Тем более, их семена выглядели совершенно по-иному.
Вдобавок, если у престарелой волшебницы всё же случилось обострение склероза, и она уронила что-то из собственного запаса на чёрный день, я приготовил специальную табличку. Покуда она обелиском и побудет.
Рядом с коробкой пристроились немногочисленные личные вещи. Укороченный автомат пришлось отдать на склад, а всё остальное устроилось в яме, даже её штатный пистолет. Посидев немного над последним пристанищем Эльги, я принялся засыпать землю обратно. Из-за сломанного черенка приходилось орудовать лопаткой почти как совком, но мне от этого было даже легче. Я совершенно не представлял, что делать дальше, когда работа подойдёт к концу.
Чувства, раздирающие измученную душу, настолько затуманили мой разум, что прозвучавший за спиной спокойный голос стал для меня полной неожиданностью.
— Эй, Сдвиг, какие планы на вечер?
Я крутнулся на месте, намереваясь запустить остатки лопаты в посмевшего произнести такие слова нахала, и лишь неимоверным усилием воли остановил руку на полпути. В груди запекло ещё больше, но рациональная часть и на этот раз одержала верх над звериной яростью. Хотя древесина под пальцами всё же захрустела.
 
Передо мной стоял Айрат, который будто вернулся с масленичных гуляний, весь день прыгая через костёр. Камуфляжный костюм местами обгорел или обуглился, не говоря уже о его любимой «арафатке». От разведчика за версту несло гарью и запёкшейся кровью, но выглядел он достаточно бодро. И зло.
Компанию ему составил незнакомый молодой парень в лёгкой броне, выглядящей довольно непривычно. Камуфляжный рисунок немного менялся в зависимости от освещения, размывая его фигуру на любом фоне. Одного лишь мимолётного взгляда хватало, чтобы вычислить в нём чужака в этом мире, хотя даже его фрейм ничем не отличался от остальных.
Коннор Белов.
Уровень — 1.
Класс — Контроллер.
Предрасположенность — Хаос.
Лицо у паренька тоже было вполне обычное — с выступающим вперёд подбородком, резкими чертами лица и очень светлой кожей, как у жителей северных регионов. Губы чуть припухлые, но это можно смело списать на молодой возраст. Наверняка, там он пользовался популярностью среди девушек, если они там ещё не вымерли…
Но что-то я отвлёкся, нарочно переключившись на незнакомого человека. Судя по изучающему взгляду Шайтана, он нарочно провоцировал, ожидая моей реакции. Ну уж нет, меня такими пустяками с резьбы не сорвать. После всего, что пришлось мне пройти до этой самой могилы.
Я опустил занесённую руку и поинтересовался в ответ:
— А есть, что предложить?
— К Аспидам в гости скататься, — произнёс он, будто звал меня вечером попить пивка.
— Дудников с Ёлкиным вроде бы запретили их преследовать, — напомнил я ему. — Уже передумали?
— На самом деле — нет. Поэтому, все должны думать, что мы просто тебе соболезнования заскочили высказать, а не подстрекаем к саботажу. Если ты не готов, то мы просто развернёмся и уйдём.
— Даже так… Хорошо, я в деле. Ты и сам это прекрасно понимаешь, раз пришёл ко мне.
— Да. Раз ты в адеквате, то и тебе найдётся место. Пойдём на одном лишь «Бегемоте», поэтому количество участников, сам понимаешь, строго ограничено.
— А Ерёменко?
— Нет, ни в коем случае, — резко покачал головой сталкер. — Нашу выходку Пересвет ещё как-нибудь простит, но, если с нами увяжется его дочурка, он за нами отправит Вторых. Да и вообще всех, кто на колёсах. Это поставит крест на операции — мы по скорости самые медленные получаемся. Не успеем оторваться.
— А вы хоть знаете, куда ехать надо?
— С этим проблем нет, — Айрат кивнул на спутника. — Коннор отправил за уродами дронов и сейчас ведёт их. Рано или поздно они приползут на базу зализывать раны, а следом подъедем мы и выжгем это змеиное кубло. Элитник ушёл всего один, остальное — всякая мелочь, большей частью раненая. Часть из них вообще сожрут по дороге, чтобы подлечиться. Не думаю, что долбоящеры оставили на охране лучших, скорее всего — они надеются на самих себя. Уровни у них должны быть высокие, так что есть шанс не вернуться обратно. Ты должен это понимать.
С подачи Пифии всех сбрендивших магов называли девиантами, но в сталкерской среде этот научный термин не прижился. Поэтому именовали их, как боженька на душу положит, но чаще всего — матерно.
— Если всё действительно так, то не проще ли послать на зачистку все группы разом? — задал я резонный вопрос.
— Руководство надеется на подмогу из Нижнего, — пояснил Демон. — Они должны были отправить технику и людей буквально на днях, но с тех пор от них ни ответа, ни привета. Взгляни на карту, что видишь?
Я давненько не пользовался этой вкладкой, поэтому очертания разноцветных зон успели существенно измениться. Вокруг Романихи по-прежнему было молодо-зелено, но вот леса за Сыроватихой массово покраснели. Областной центр же представлял собой одну бесформенную чёрную кляксу, подмявшую под себя весь центр города и часть его окрестностей.